— Смелее, — шепнул Коросс, легонько подталкивая ее в спину.
Ланетта подошла к своему Ветру, выуживая из кармана ломтик черствого хлеба. Тот вежливо понюхал подношение, но есть не стал, предпочтя пройтись шероховатым языком там, где еще недавно колдовал Коросс, заживляя на руке раны. Тем временем Коросс по-хозяйски оглаживал жеребца, такого же черного, как и единорог Шэри, на которого она уже успела усесться.
— Думаю, будет лучше их оседлать, — задумчиво проговорил Коросс, и окликнул застывшего невдалеке Шута. — Линь, а ты чего медлишь? Выбирай, кто по нраву.
— А они подпустят меня? — как-то робко спросил Линнок.
Ланетте никогда не доводилось видеть на лице своего друга такую странную смесь нерешительности и желания поверить в чудо.
— А ты разве не девственник? — деланно изумился Коросс и засмеялся. — Брось комплексовать, Линь. Пока не подойдешь, не узнаешь.
Линнок, пробормотав под нос какое-то ругательство, со всех ног бросился к единорогам, словно ожидая, что они сорвутся и сбегут, но они, с интересом ожидали его, ничем не демонстрируя испуга или недовольства. Он сходу взлетел на ближайшую к нему вороную кобылу, и та загарцевала под ним, готовая в любой момент сорваться вскачь.
В отличие от восхищенного приятеля, Коросс с единорогами не церемонился. Стянув в себе ремень и сделав петлю, он накинул ее на рог золотистой кобылицы, и дернул, затягивая потуже.
— Клиоссу, — пояснил он, и дал шенкелей своему жеребцу, уверенно направляя его в сторону временного лагеря.
Единороги недовольно зафыркали, когда их окружила восторженная толпа, но не делали попытки убежать.
— Разойдитесь, вы пугаете их! — раздался звонкий голос Корэл. — Коросс, ты для кого привел эту золотую красавицу?
— Кого она к себе подпустит, — ответил Коросс, спешиваясь и направляясь к сложенной на траве конской упряжи.
Зацокав языком и протягивая единорогу раскрытую ладонь, Корэл смело приблизилась к нему.
— Дай, я тебя поглажу, Звездочка моя ясная! — воскликнула она.
Но как только она дотронулась до кобылицы, та прижала уши и резко мотнула головой, отталкивая девушку. От неожиданности будущая правительница упала, со страхом глядя на ставшего вдруг таким угрожающе опасным единорога. Верхняя губа кобылы приподнялась, обнажая острые, как у волка клыки, а глаза из оранжевых мгновенно стали ярко-красными. Клиосс, растолкав народ, кинулся к кобыле, уводя ее подальше от девушки, а Данэл бросился на помощь к Корэл.
— Знаете, Корэл, — насмешливо фыркнул Шут, — ради вас, теперь я поверю Шэри. Похоже, все-таки единороги реагируют на какие-то особые свойства крови.
— Я всегда догадывалась, что ты скрытый кроссец, Шут, — обиделась она, прижавшись к Данэлу.
Словно в подтверждении ее слов, Клиосс, что-то прошептал кобылице, погладил ее рог, и она послушно побрела за кроссцем седлаться.
— Ну, вот мы и определились с разведывательным отрядом, — бодро заметил Клиосс, накидывая на свою кобылу попону. — Стрелок!
К нему подбежал стройный митрилец, что провожал Ланетту к шатру.
— В наше отсутствие командовать отрядом тебе. Двигайтесь на север, ориентируясь на восточный склон Горы. Данэл укажет дорогу. И старайтесь планировать свой маршрут так, чтобы ночь всегда встречать в высокогорье. Мы постараемся встретиться с вами на подступах к Террасовой Долине.
— И еще, Стрелок, — добавил Коросс, — за жизнь Корэл и Данэла ты головой отвечаешь.
— Ты делаешь большую ошибку, Ланетта. Коросс не пара тебе, бедная дурочка. Сгоришь как мотылек.
Ланетта, увлеченно следившая за тем, как Коросс проверяет подпруги ее Ветра, вздрогнула и обернулась. Ей и Шэри не доверили сборы, приказав отдыхать. И теперь они наблюдали за слаженными действиями своих будущих спутников, заполняющими седельные сумки необходимыми в дороге вещами и продовольствием, притачивающими к седлам свернутые в тугие рулоны одеяла, проверяющими исправность оружия.
В сочувствии Корэл пряталась злая насмешка.
— Скажи, на что ты рассчитываешь, Ланетта? Ведь твоим единственным преимуществом раньше была твоя Сила. А теперь и ее нет. Чем ты думаешь теперь удержать Коросса?
— Я не буду его удерживать, — покачала головой девушка. — Нельзя удержать ветер.
— Ага, — с мудрым видом покачала головой Шэри, — но его можно победить, пронзая насквозь.
Часть 3. Тропою Дракона
Пленница
Все убранство узкой камеры состояло из деревянного топчана. В углу помещения непрерывно лилась струйка воды в сливное отверстие. Она вытекала из узкого желобка, расположенного над самым потолком. Рядом располагался светильник, выполненный митрильскими мастерами и стоивший немалых денег. Он казался бы неуместным в этом царстве сурового аскетизма, если бы не его предназначение. Жертва должна отчетливо видеть своих палачей, затаившихся в углах потолка, густо опутанных паутиной. Не забывать о них ни на минуту. Тюремщице это давало возможность растянуть пытку, пленнице — дарило надежду выжить. Вот только надежда была такой же тусклой, как свет, льющийся из светильника.
Черные сонники зашевелились, почувствовав внимание пленницы. Один из паучков, уже преодолевший половину пути, рванул назад к своим собратьям. Черные сонники любили доводить людей до смерти, взращивая страхи до разрушительных для рассудка размеров, но сами умирать не любили. Смерть каждого из этих мерзких созданий заставляло в ужасе содрогаться все паучье сообщество. И они потом долго метались по потолку, пытаясь придти в себя от настигшего их шока.
Пленница чуть не облизнулась от удовольствия, вспомнив, как ей удалось подпустить одну из этих тварей и прихлопнуть. Влажный звук до сих пор сладостно отзывался в ее душе. Наверное, она уже начала медленно сходить с ума от безумия последних дней. И ей нужно было отдохнуть, чтобы продолжить это противостояние, у которого не видно было конца.
Тело продолжало имитировать движения бодрствующего человека, в то время как душа отправилась на прогулку по тропам недавних событий, приведших ее сюда.
Даосса собиралась в дорогу с тяжелым сердцем. Ей не нравилось, как они обошлись с Тантоссой, но Уоросс лишь беспечно отмахнулся от сомнений кузины.
— Тантоссе нужно было сразу показать, кто в Кроссе нынче настоящий хозяин. Даже если официально она пару лет и пробудет Верховной Правительницей, она всегда должна при виде нас вспоминать, где ее место. Ты приглядывай за Клиоссом. Он отличный парень и еще ни разу не давал повода усомниться в крепости дружеских связей между нашими Домами. Но сама понимаешь: возможность обладания живым Источником может стать для него серьезным испытанием на верность. Я бы отправился сам, но нам нужно хорошенько подстраховаться в столь важном для интересов нашего Дома деле. Отец поговорит с главами Домов, а я задействую все свои каналы для поиска Коросса и девушки из Нижнего Мира. Нельзя не учитывать то, что ваша экспедиция может оказаться неудачной. Необходимо проработать запасные варианты.
— И еще, Даосса, — заметил ее дядя Кодосс, тоже вышедший провожать ее. — Недавно Клиосс попросил у меня твоей руки. Их Дому нужен наследник, а Леасса из Дома Радости так и не смогла за все время их супружества родить девочку нужных Дому качеств. Клиосс уже расторгнул брачные договоренности и теперь думает взять себе новую супругу. Я разрешил ему поухаживать за тобой. Не хочу настаивать на том, чтобы ты ответила ему согласием, но все-таки присмотрись к нему во время вашего похода как к возможному супругу. Пойми, наш Дом ни в чем не нуждается, кроме как заботы о твоем душевном благополучии. Радость материнства у женщин — довольно мощный инстинкт. Если женщина его по каким-то причинам не испытывает, это может сказаться на ней довольно сильно. И глядя на то, как ты изменилась за последние годы, думаю, что причина именно в этом. Конечно, печально, что жрица твоего уровня оказалась подвержена примитивным человеческим слабостям, но болезнь эта исправима. Пара-тройка лет супружества пойдет тебе только на пользу.