— А агент был старым?
— Нет. Просто рано поседевшим и выглядел плохо.
— Еще бы, при такой работе!
— Да, работа не сахар. Перед тем как прибыли врачи, медведь разгромил все поселение. В конце концов, у сражавшихся кончились боеприпасы, и Том разрезал медведя автоматической пилой, которой поселенцы валили лес. И, вот, медики видят такую картину: вся планета залита кровью, повсюду валяются горы трупов, и надо всем этим стоит мужик с окровавленной пилой. Они, недолго думая, усыпили его выстрелом ампулой со средством, и уже сонного хотели везти к себе. Тут подоспели наши, естественно, в военной форме Объединенной Вселенной. Они забрали агента у психиатров, ну тут все сходится с той историей, которую Марсель рассказал.
— А как же Объединенная Вселенная? Ведь это было на их территории?
— Не знаю. Наверное, испугались скандала. Том на них много нарыл. Им невыгодно было, чтобы все Космическое Сообщество их в таких нарушениях уличило!
— Да, эксперименты с зомби-мутантами — это не шутка. Даже если на животных!
— Тут могли и зоозащитники выступить! Они тогда тоже сильны были. Во всех правительствах у них сильное лобби было.
— Как сложилась судьба этого агента дальше?
— Его спрятали по программе Защиты Агентов на одной маленькой планете. Он счастливо дожил там остаток дней, завел семью. Даже был там Председателем Поселения, имел авторитет среди людей. До конца жизни не любил медведей. По его просьбе их всех оттуда выселили на другие планеты, а вместо них завезли слонотавров.
— Ладно, — сказал профессор — Попробуй еще детский стишок объяснить с точки зрения Учения:
Марсель инстинктивно опустил обе ладони вниз, прикрыв пах. Даже Смартоник заиграл красными оттенками.
— Какой ужасный стих, профессор! Это точно детский?
— Да, раньше такие произведения были выполнены в форме «страшилок», чтобы предостеречь детей от необдуманных поступков. Попробуй интерпретировать его.
— Хорошо, некий молодой человек, с прекрасным анатомическим строением.
— Ну, здесь вообще то уменьшительный суффикс!
— Хорошо, может быть, и не с таким огромным достоинством, но зато прекрасно знающим искусство Любви, за что женщины и одарили его таким прозвищем; короче, этот плейбой, баловень судьбы пристрастился шляться по дамам полусвета, причем некоторые были с очень низкой социальной ответственностью!
— Неплохо!
— Так вот, друзья его стали предупреждать: «Смотри, будь осторожен, в одном, известном тебе, борделе появилась представительница древней профессии, причем, нисколько не журналистики, которая крайне недобросовестно выполняет свои услуги! Возможно, она маньячка, и поклялась отомстить всему мужскому роду! И, вообще, не пора ли тебе, наш друг остепениться и перестать совать свой огурец куда попало?»
— Ну, что же, теперь я вижу, что ты готов! В целом, ты понял учение! Все лекции уже закачаны в память твоего железного друга, так что на досуге почитай.
Потом профессор еще немного рассказывал Марселю об Учении. Немного коснулся общей психологии, многое из которой Фабер уже знал. Потренировал Марселя в искусстве гипноза.
Глава 3
Настало время изготовить две маски, одну — для превращения в конструктора межзвездных кораблей Майка Старсмита, другую — для того, чтобы стать профессором психологии Фройдо Зиггинсом. Первым делом, Смартоник отсканировал голову Фабера, для изготовления пуансона формы. Потом тоже самое сделал с головой профессора. Математическая модель головы Старсмита уже была в его памяти. Поскольку, Старсмит был ненастоящим человеком, его анатомические данные были максимально приближены к данным Фабера, за небольшими отличиями, которые придавали непохожесть облику. С профессором было посложнее, его лицо оказалось более вытянутым, чем у Марселя, но, при этом, уже. Смартоник увеличил размер, и немного исказил пропорции, но так, чтобы не исчезло портретное сходство. Таким образом, маска должна была получиться с излишками материала со стороны подбородка и макушки, и тонкой в висках и скулах.
Робот построил поверхности лиц Марселя, Зиггинса и Старсмита на своем встроенном 3D принтере. Из них лицо Фабера было выполнено в позитиве, а остальные лица в негативе, чтобы стать матрицами, внутренней поверхности формы. Шероховатую поверхность всех болванок отполировал до блеска. Затем пуансон был зафиксирован неподвижно, относительно матрицы и между двумя поверхностями был залит силиконовый состав со специальными добавками. Эти добавки в процессе застывания силикона сформировали микроотверстия, поры, через которые кожа Марселя будет дышать, когда он будет в течении многих часов под маской конструктора, либо профессора.