Освободившись от лишнего груза, девушка начала двигаться заметно быстрее. Скоро они оказались на плоской площадке примерно в двух третях от края оврага и присели, глядя вверх. Преследователей видно не было.
— Они спустятся вон по той тропинке, — проговорил Черный Шип, — и мы окажемся прекрасной мишенью. Ты умеешь плавать?
Эмилин кивнула.
— Немного.
В жаркие летние дни, проведенные в Эшборне на пруду вместе с Гаем, Ричардом и Агнессой, она действительно кое-чему научилась.
— Немного — но этого вполне достаточно, — проговорил Черный Шип, снимая плащ, лук и колчан и бросая их точно рядом с вещами Эмилин. — Пойдем. Через камни и в озеро.
Она в нерешительности смотрела вниз и вдруг внезапно подняла глаза к своему другу — в них стоял страх. Она помнила: еще раньше он говорил, что вода достаточно глубока.
— Я не смогу прыгнуть отсюда! — прошептала девушка.
— Эмилин! Ты должна довериться мне, — настойчиво произнес Черный Шип. — Не волнуйся, не думай, просто делай то, что нужно делать.
Он схватил ее за руку и потащил к воде.
— Ну, давай! Набери побольше воздуха и прыгай! Он снова не оставлял ей ни выбора, ни возможности подумать. Приходилось доверять его решениям, послушно выполнять приказы. Отчаянно шагнув в пустоту, она прыгнула и через мгновение ощутила обжигающий холод воды. Промокнув насквозь, изо всех сил пыталась работать ногами, но тяжелые юбки мешали, опутывали ее и тянули на дно, несмотря на все усилия удержаться на поверхности.
Медленно, будто во сне, Эмилин подняла голову и взглянула сквозь зелено-голубой слой воды. Над ней, искаженные почти до неузнаваемости, качались скалистые берега. Несмотря на все усилия, девушке так и не удавалось пробиться на поверхность. Она начала задыхаться.
Неожиданно показался Черный Шип — его длинные волосы, словно темное облако, обрамляли лицо.
Он схватил Эмилин за руки и потащил за собой к поверхности.
Наконец, едва не задохнувшись окончательно, девушка смогла набрать в легкие воздух. Крепко держась за шею своего спасителя, она постепенно пришла в себя и наконец поплыла самостоятельно. Путь лежал через пруд к водопаду.
— Вдохни поглубже! — скомандовал Черный Шип под водой потащил ее к пенящимся струям. Нырнув, они проплыли под водопадом — только теперь можно было снова вздохнуть.
Уставшая, с мокрыми спутанными волосами, прилипшими к лицу, Эмилин наконец-то осмелилась оглянуться вокруг. Они оказались в полной безопасности — за водопадом, за его сверкающей и гремящей стеной.
Черный Шип плыл рядом. Волосы тоже мешали ему смотреть, в бороде сверкали брызги. Не в силах ждать, он прямо в воде притянул к себе девушку и прижался щекой к ее щеке. Эмилин крепко-накрепко обвила руками его шею, все еще кашляя и тяжело дыша.
— Боже мой, Эмилин! — прошептал он ей в самое ухо. — Я уже решил, что окончательно потерял тебя! — Холодные мокрые губы коснулись ее лба, щеки и, наконец, нашли ее рот.
Мощными гребками Черный Шип подтащил девушку к крутому скалистому берегу. Найдя опору в узком камне, он вытолкнул девушку из воды, а следом вылез и сам. Осторожно пошел по камню к берегу и уже через мгновение вернулся с плащом и сумкой Эмилин. Кивком позвав ее за собой, снова прошел по скользкому камню и, согнувшись, исчез в темной расщелине крутого скалистого берега.
Эмилин послушно следовала за ним. Туннель оказался настолько узким, что любое движение давалось с огромным трудом. Он вел в крошечную пещеру, темную, но сухую. В ней шум водопада казался значительно тише. Девушка встала и уперлась головой в потолок. А Черный Шип и вообще не смог выпрямиться, поэтому он сразу сел, прислоняясь спиной к стене.
Вода ручьями стекала с платья Эмилин на песчаный пол пещеры. Девушка примостилась рядом со своим героем, тесно прижавшись к нему плечом.
— Да уж… — только и смогла произнести она.
— Вот именно… — согласился мужчина.
— Какое счастье, что ты знал об этой пещере, — стуча зубами, выдавила из себя Эмилин. Он обнял ее.
— Да я наверняка ничего и не знал. Просто, когда увидел расщелину, подумал, что за ней, скорее всего, должно быть какое-то пространство. Пещера — не пещера, но достаточно места, чтобы нам обоим укрыться.
— А что мы делаем сейчас? — еле слышно прошептала Эмилин.
— Ждем. Скоро я выйду, чтобы посмотреть, что случилось с конвойными.
Голос Черного Шипа казался Эмилин музыкой.
— А ты их видел, когда ходил за одеждой? Они не найдут нас здесь?
— Они спускались по тропинке в ущелье, но меня не заметили. Не волнуйся — здесь они нас не найдут. Это место слишком тщательно скрыто. До тех пор, пока мы будем сидеть тихо и не разведем огромного костра, который будет виден и сквозь водопад, нам бояться абсолютно нечего — здесь безопасно, как в могиле.
От этого сравнения Эмилин невольно вздрогнула. — Но ведь скоро ночь.
— Да, — едва слышным шепотом согласился рыцарь. — Конвойные вполне могут стать лагерем прямо в ущелье: ведь один из них ранен.
— А нам обязательно сидеть здесь до зари? Так холодно…
— Как получится, может быть, и обязательно.
Он обнял ее еще крепче, а она прислонилась щекой к его промокшей куртке, доверчиво прильнув к нему всем телом. Черный Шип растирал ей руки, и постепенно дрожь начала отступать, хотя холод и оставался пронзительным.
Из кучи вещей Черный Шип вытащил свой плащ и укрыл Эмилин и себя, словно одеялом. Но даже под толстой сухой шерстяной тканью все еще было холодно.
Через несколько минут он снова зашевелился.
— Господи, нужно срочно обсохнуть и согреться, иначе мы просто сгинем в этом лютом холоде! — Чуть отодвинувшись, он скинул мокрую куртку. Серебряный свет, проникающий сквозь узкий тоннель, четко обрисовал широкие мускулистые плечи, мощную грудь. Мужчина тщательно выжал куртку и повесил ее на выступающий из стены камень. Потом наклонился, чтобы снять сапоги и брюки. Эмилин постаралась отвернуться — но все равно краем глаза не могла не заметить крепких худощавых ягодиц.
— Подай, пожалуйста, плащ, — тихо попросил Черный Шип.
Взгляд ее снова скользнул к нему, к мощным ногам и широким плечам, так четко обрисованным дневным светом. Жарко покраснев, Эмилин бросила ему плащ. Он завернулся в него и снова сел рядом с девушкой.
— Тебе придется сделать то же самое, — тихонько приказал он.
Из всех поступков Эмилин, выходящих за рамки приличия, которые давно привели бы Тибби в состояние нервного потрясения, этот был, несомненно, самым рискованным. Мало того, что она сидела рядом с обнаженным мужчиной; сейчас она будет снимать при нем свою промокшую насквозь одежду и облачаться во все сухое — к счастью, в ее сумке нашлось что надеть. В нерешительности, обхватив руками плечи, она дрожала и чихала. Черный Шип сел прямо.
— Леди, вы промерзли до костей. Если мы хотим остаться в живых после стольких приключений и предстоящей ночи, то первым делом должны согреться. Быстренько снимайте все мокрое, пока не заболели!
Конечно, он был прав — она прекрасно это понимала. Повернувшись спиной, неохотно подняла подол, чтобы снять ботинки и шерстяные рейтузы. Потянув под плащом завязки на боку платья, чуть не заплакала от расстройства — мокрые узлы отказывались подчиняться.
Черный Шип начал помогать распутывать шелковые шнуры. Девушка отвернулась от него, но он положил руку ей на плечо.
— Позволь помочь, — мягко попросил он. Этот спокойный голос немного унял нервозность. Эмилин приподняла руку, чтобы легче было добраться до шнуровки.
Его длинные ловкие пальцы терпеливо трудились. Блестящие темные волосы были всего в нескольких дюймах от ее лица. Когда же пальцы легко коснулись мягкой возвышенности груди, дышать стало совсем трудно.
Мысли Эмилин сосредоточились вовсе не на опасности этого приключения, не на конвойных, рыскавших снаружи, и не на безумном предложении выйти замуж за Черного Шипа, — нет; все, что она сейчас чувствовала и осознавала, — так это его запах, его прикосновение, его голос. Его пальцы на своем боку, на груди. И она прекрасно понимала, что его дыхание сейчас тоже громче и тяжелее, чем обычно.