Вскоре и Тэрон с Тэкером, и Артём с Ритой оказались под защитой теневой оболочки мёртвых. Мети н Гамаль, державшие эту защиту, постепенно выдыхались, и маг-некромант быстро обошёл группу по краю, полностью восстанавливая защитные границы. Женщины за это время успели поверхностно очистить рану на плече Артёма и перевязать его.
Насколько сумела оценить Рита, пилигримов оставалось — раз-два и обчёлся. Но иррациональная тревога заставляла её беспокойно оглядываться. Девушка нутром, обострённым постоянной близостью к опасности, ощущала, что самое страшное впереди.
— Да, я это тоже чувствую, — признался Тэрон, беспокойно оглядывая видимое его глазам пространство. — И не понимаю… Демон ушёл — я почувствовал его уход. С этими разобраться — мы быстро разберёмся, но что ещё? Не понимаю…
— Повернись, — недовольно сказал Артём и положил руку на его плечо. Рита добавила свою ладошку и улыбнулась, когда её пальцев коснулись пальцы Семры. — Теперь ещё раз оглядись. Что видишь?
Тэрон честно обошёл группу ещё раз и медленным шагом, сопровождаемый боевыми воплями пилигримов, которые вызывали его на бой, и рычанием оборотней. Обернулся было, обескураженный. И внезапно замер, явно осенённый открытием.
— Уходим — и быстро! — закричал он, оборачиваясь, чтобы его слышали все. — Город уходит в адские глубины!
Изумлённые пилигримы, услышавшие его крик, опустили глаза — и со всех ног рванули от дворца демона. Ак-вуки — за ними.
А маги группы растерялись.
— У нас есть время, — жёстко сказал всем Тэрон, когда площадь опустела. — Пилигримы оповестят своих о том, что город скоро уйдёт под землю. Они будут спасаться сами, но не думая о других. Поэтому сейчас на ровных площадках при дворце необходимо быстро начертить заклинание зова, чтобы собрать брошенных магов-«батареек» из тех, кто ещё остался жив. Надеюсь, они откликнутся, даже будучи рабами. Ведь от паутины города мы их отсоединили.
— А караван?! — возмутился Тэкер.
— Он здесь, при дворце, но через две площади, — ответил Артём. — По времени — у нас есть минут десять… Что, Тэкер, помнишь наши скачки на лошадях? Готов ли ты пробежаться пешком до каравана?
— Но, анакс Артём…
— Я ранен только в плечо. Ноги у меня в порядке.
— Бежим! — крикнула Рита и первой помчалась в нужную сторону, молясь лишь о том, чтобы по дороге Артёму плохо не стало. И усмехалась — не то с горечью, не то со злорадством: стремясь освоить тело Артёма, демон первым делом выкинул ранившее парня копьё, вытеснив его из плеча, и остановил ему кровь.
Они пробежали арку в ряду зданий, отделяющих одну площадь от другой.
— Артём, как ты понял, что нужно рвать бумагу? — на ходу спросила Рита.
— Так я этого гада, знаешь, как чувствовал?! Все его мысли — он будто орал внутри меня! Я ж чуть не оглох! Плевать он на меня хотел — понимаешь? Он меня уже похоронил своей массой! Поэтому всё наружу, все мысли и соображения, — лихорадочно рассказывал на бегу Артём. — Когда ты бумагу перед глазами сунула, он же молиться начал, лишь бы ты не догадалась, что её надо порвать!
— А мы думали, анакс Артём больше не встанет, — с простодушной грустью сказал Тэкер, державшийся рядом. — Мы все молились всем богам, кого только вспомнили!
— Тэкер, а давай я тебя поколочу? — сердито предложил парень.
— За что? — удивился наёмник. — За то, что вымолили вас?
— Тебя, Тэкер! Тебя — Артёма! Без анакса!
— А, — беззаботно отмахнулся Тэкер. — Можно и подраться. Вот время будет — и ана Маргарита ещё немного мне покажет, как надо, тогда и подерёмся… Артём.
— Наконец-то, — проворчал тот. — О, смотрите-ка! Наши!
— Караван! — обрадовался и Тэкер. — Эй, Тревор!
Командир наёмников, смотревший, как и его подопечные, и возницы в противоположную сторону — видимо, туда, куда убежали недавние их сторожа, резко обернулся. Рита бежала и поспешно всматривалась в лица оборачивающихся к ней людей. Кажется, все живы? Все на месте?
Лошади с подводами уже были повёрнуты к выходу на улицу.
Вскоре бегуны, уставшие до дрожи в коленях, с облегчением сели на своих лошадей и без лишних слов велели уходить, потому что теперь караванщиков никто не тронет. И цепочка подвод и всадников начала поспешно втекать в узкую улицу, оставляя за собой пыль рушащегося здания демонического дворца. Охрана столпилась вокруг магов и наёмника, которых никто из караванщиков уже и не чаял увидеть. К ним присоединились три старика-мага из команды Тэрона и, жадно задавая вопросы, с той же жадностью выслушивали вестников от Тэрона.
Многого рассказать трое не успевали, потому что необходимо было подгонять караван к выходу из города, который уже начинал заметно для глаза погружаться в глубины земли. Вспомнив страшный зоопарк в тюремных камерах, Рита с содроганием понадеялась, что вместе с городом на порядочную глубину уйдёт и он — вместе с катакомбами и их довольно неприятными жителями.
В конце улицы подобрали четвёрку магов-«батареек», сразу же послав их на подводу анакс Заниара, благо она пока пустовала. Под конец лошадей хлестали, чтобы те поторопились, ведь пыль чёрным дымом клубилась по пятам, и стало страшно, что выйти из демонического города никто не успеет. Но лошади-тяжеловозы, отдохнувшие за последние несколько дней вынужденного простоя, мчались так, как никогда — даже с гружёными подводами. А может, тоже чуяли ужас разрушения.
Уже за пределами города, когда под копытами лошадей глухо застучала земля, а не булыжники или плиты мостовой, их радостно встретили Тэрон и другие маги. Правда, остановиться не пришлось. Ехали так долго, пока пыль уходящего в бездну города перестала грозить удушением. Тогда караван остановился и принял на пару пустых подвод всех спасшихся.
Вместо эпилога
«Эх, дороги… Пыль да туман…» Вместо оставшихся, по расчётам Челика, десяти дней, ехали ещё две с половиной недели. Точней, не совсем ехали. Опытные возничие, едва перевал Чёрных духов остался далеко за спиной и опасность провалиться в адские глубины больше не грозила, свернули к ближайшему месту привычного отдыха, как обычно же, у небольшой горной речушки. Здесь и остановились на несколько лишних дней, в первые же часы уничтожив ак-вуков, которые преследовали караван всё это время. Здесь, у воды, прозрачной и чистой, приходили в себя маги, бывшие «батарейки». Здесь Артёму пришлось лежать плашмя, потому что магическая эйфория закончилась для него плачевно и рана на плече взвыла дуром. Рядом всегда сидела Рита. Впрочем, с нею было то же самое, но только ужасающе ныла нога.
К ним присоединились Гамаль и Зекия, уже серьёзно решившие не расставаться, причём, если хромоножка ещё сомневался, что может быть объектом влюблённости, то Зекия была абсолютно уверена в своём желании никогда не разлучаться с магом-переписчиком. Зекия и стала «лечащим врачом» Артёма и Риты. Целила она своеобразно: каждое своё движение подробно разъясняла, чтобы болезные успели запомнить на будущее, как использовать целительскую магию себе во благо. И тихонько хихикала над Ритой, когда та пыталась записывать за нею.
Зато Гамаль, как выяснилось, присоединился к паре наёмников-магов с определённой целью. Его заинтересовал нотный лист Артёма с символическим портретом демона. Чтобы объяснить ему — хотя примерно, что именно сделал Артём, когда писал выходную партию демона, пришлось прочитать целую лекцию по теории и гармонии музыки, сопровождая её музыкальными же примерами. И Рита с Тэкером бурно радовались, что успели стащить у Артёма витчхайский гребень. Ведь парень собирался использовать его в качестве инструмента для озвучивания тех самых примеров.