Сам-то Светлан благоразумно расположился поодаль от красотки, чтобы не травить нервы ее эманациями, — к тому ж у него давний иммунитет.
— Пожалуй, меня уже ждут, — сказал он, демонстративно глянув на стенные часы. — Конечно, если желаете разделить нашу трапезу…
— Нет уж, спасибо, — отказался Гюшест, неловко усмехаясь. — Думаю, для первого раза с меня довольно.
— Даст бог, не последний, — радушно пожелал Светлан, в то же время вставая.
Инспектору не осталось иного, как откланяться, хотя уходил он с явной неохотой. Конечно, в Городе беспокойно, бросает в жар то и дело — но каким тусклым кажется потом остальной мир!..
— Ну а вы согласитесь… э-э… отзавтракать со мной? — справился Светлан у Артезии.
— С наслаждением, сир, — откликнулась та, как и всегда, несколько преувеличивая.
Впрочем, в такие смешанные компании маркиза и впрямь вписывалась, точно по заказу. Как ни странно, она отлично ладила с ведьмами — наверное, оттого, что по натуре была отзывчивой и не завидовала никому, благо сама одарена щедро. Если бы не страсть к интригам, не раз приводившая бедняжку на самый край, и не любовь к нарядам, вовсе не обязательных ее красоте, Артезия давно отдалилась бы от двора, вполне довольствуясь здешним обществом. К счастью, теперь, когда первая ведьма страны сделалась королевой, ей удалось совместить одно с другим.
Под руку с фрейлиной Светлан прошествовал к лифту, и тот вознес их на самый верх. А еще через десяток секунд они вступили в столовую, где сноровистая Жанна уже все подготовила к трапезе. И конечно, в углу возлежал косматой грудой Пес, дожидаясь своей порции. Пока что он сохранял солидность — но не дай бог его обделить!..
— Ну что, си-ир, накладывать наконец? — спросила Жанна, с утра немного сварливая.
— Сделай такое одолжение, — ответил он.
Хмыкнув, девушка сладко зевнула и снова принялась хлопотать. Причем следить за ней было удовольствием, настолько споро и сноровисто у нее выходило, — не говоря о том, как обольстительно выглядела сама.
Дышалось тут, вдали от земли, намного легче, а обстановка была скромней, чем в большой гостиной. Глядя на Жанну, маркиза позволила себе скинуть босоножки с изящных ступней и совсем расстегнуть блузку, явив восхищенным зрителям (собственно, одному Светлану) свои бюстовые роскошества. А полную обнаженку Артезия берегла для амурных занятий и для шабашей, где иной формы не полагалось. Ну еще для пляжей, к коим пристрастилась в последнее время.
Присев на скамью, фрейлина разбросала руки по мягкой спинке, от чего стройный ее стан прогнулся, а налитые груди разъехались по сторонам, и произнесла, по привычке оттопыривая губки:
— Мне показалось, сир, вас обеспокоила добавочная миссия инспектора. Его высказывания действительно стоят тревоги?
— Когда принимаются звать всех братьями, я пугаюсь, — признался Светлан, усаживаясь напротив нее. — Это ж во сколько обойдется такое родство!.. А еще пуще страшусь великих целей — в свое время наелся до оскомины.
Он в самом деле ощущал себя не от мира сего. Здешнюю среду он скорее знал, а прежнюю — прочувствовал всем нутром.
— А мне Гюшест показался милым. Такой забавный!..
— С ним-то более или менее ясно, — сказал Светлан. — Нормальный чинуша, озабоченный поиском функции, по-своему даже порядочный. Эдакая разновидность Ното, ориентированная на управление. К счастью, он не похож на свою прабабку, всегда готовую схрумкать ближнего. Вот то чудище и впрямь ископаемое — такой запас сил, живучести, злобы!.. В прежнем мире из этого казана многие нахлебались, да и тут она, похоже, непотопляема. Впрочем, речь сейчас не о ней, а о Комитете благонравия. Чем они собираются насаждать благие нравы: бластерами?
— Но, сир, возможно, там собрались достойные господа…
— В Комитете? — удивился он. — От одного этого слова тянет мертвечиной. Я все ждал, не назовет ли Гюшест наш городок лагерем.
— … а возглавляет их истинный рыцарь, сродни нашему Артуру.
— Спросите Артура: хочет он возглавлять кого-то? Опекать — куда ни шло. Защищать, выручать. Но заделаться вожаком!.. И не важно, кто составляет стаю на данный момент, — такие организмы развиваются по собственным законам.
Взяв со стола пультик, Светлан послал вызов Бертрану, и через секунды на экране проступил невозмутимый лик юного Стража.
— Конечно, ты слышал наш разговор с инспектором, — произнес Светлан с уверенностью. — Что имеешь сказать про Комитет?
— Сир, эта организация создана недавно, — доложил Бертран. — Число членов пока не очень значительно, но тенденция к росту… и ее состав…
— А что полагает на сей счет наш Гай?
— По его мнению, это серьезно.
— Если хочешь знать, по моему — тоже. Тем более, у меня давняя аллергия на такие названия. Малыш, надо приглядеться к Комитету пристальней!
— Сделаем, сир.
— Этот визит, понятно, пустяк, пробный шар. Но последствия от него могут быть, как от «черной метки». Нас как бы поставили на учет. Или даже примеряют на роль первой цели. Негры в стране не водятся, а население смешалось настолько, что латыша не отличить от грузина, как же тут сыщешь евреев, чтобы навешать собак? А ведьмы — пугало знатное, проверено временем. Мало что на голову выше, вдобавок и полом отличаются. А для любителей сладкого это открывает такие возможности!.. Не говоря о том, что про богатства Города уже пошла молва в определенных кругах.
— Сир, я проникся, — кивнул офицер и сгинул со стены.
Некоторое время Светлан разглядывал потухший экран, задумчиво щурясь.
— Гуси-гуси, — пробормотал он, — есть хотите?.. Еще как!
— Вот именно, — сказала Жанна, выставляя перед ним полную тарелку. — Или тебе, си-ир, без твоей женушки даже не до еды? Уж мог бы и со мной прикорнуть часок!..
Она не имела в виду худого — только сон. Впрочем, с этими двумя, Жанной и Артезией, королева сблизилась настолько, что считала их чуть ли не своим продолжением. И, возможно, не стала бы гневаться, если бы у Светлана с кем-то из них произошло нечто, выходящее за рамки дружеских нежностей. Или даже с обеими.