Так вот, приколотят и начнут поклоны бить и клянчить урожай бананов. А может, жертву принесут? Блондинку с глубоким декольте и прической только что из парикмахерской. Вся такая полуголая, извивающаяся … мощный толчок возвращает Данилу в реальный мир. От удара засохшая грязь подозрительно коричневого цвета на забрале крошится, сквозь мутное стекло проникает слабый свет. Сумрак, всюду снег, солнца не видно, вроде как начало зимы. Или середина? Нынче оттепели и в январе не редкость.
Данила легонько стучит шлемом о землю, застывшая грязь и снег осыпаются, появляется возможность оценить обстановку. Итак, он жив, невредим! Его волокут два жлоба в приличной одежде. Жлобы явно люди, но это еще не значит, что он на Земле — опыт предыдущих приключений научил. Вокруг припорошенные снегом холмы, какой-то мусор — ба, да он на свалке! Холмы это кучи мусора, над которыми вьются стаи птиц. Данила поднимает забрало и в легкие врывается прохладная вонь свежих отходов, обрушивается карканье ворон, вдали заливается истошным лаем стадо собак. Нет, он точно на Земле!
Впереди появляются оранжевые блики, чувствуется запах дыма. «Стойбище бомжей, - понял Данила. - Сейчас меня приволокут и попытаются снять скафандр, чтобы сдать в пункт приема металлолома. Или целиком бросят в костер, что бы выжечь пластик, а заодно и меня». Рассуждения придают силу. Мощным рывком выдергивает ноги из лап бомжей и поднимается в полный рост. Хотелось бы эффектным прыжком, как в кино, но экзоскелет не работает, а скакать в железе как-то не очень. Пришлось просто встать и грозно глянуть на растерявшихся бомжей из-под приподнятого забрала. Бомжи явно не ожидали, что мужик в железе оживет. Они неподвижно стоят, выпучив глаза, лица перекошены страхом и непониманием.
- Ну, шпрехен зи дойч или как? - грозно спрашивает Данила.
- Немец, что ли? - удивленно спрашивает один.
- Немцы в космос не летают, - отвечает второй.
- Нет, летают, - возражает первый. - Наши за бабки возят. И французов с пиндосами тоже.
- Ладно, щас проверим … Hallo, herr astronaut!
«Во блин, бомж немецкий язык знает! - удивленно подумал Данила. - А я нет. И переводчик встроенный сдох».
- Здравствуйте, - говорит Данила. - Поговорим лучше по русски. Не могли бы вы сказать мне, где я нахожусь?
- На свалке, - пожимает плечами бомж, знающий немецкий язык.
- В смысле страна, область, город …
- Страна Россия, ближайший областной центр Нижний Новгород. Это городская свалка, уважаемый! Вроде собираются закрыть, но завод по переработке отходов никак не построят. Нет дураков вкладываться, - пояснил бомж. - А вы как здесь оказались? Аварийная посадка?
- Типа того, - вздохнул Данила.
- А где посадочная капсула? - спрашивает другой бомж.
- Сгорела. В верхних слоях атмосферы, - врет Данила не моргнув глазом. - Вместе с парашютом.
- Как же вы не разбились, падая с такой высоты? - удивился бомж. - И скафандр у вас неизвестного типа. Вы похожи на военного в экипировке «Ратник». Только та полегче выглядит. А вы как танк!
«По немецки говорят, о космических технологиях известно, экипировку «Ратник» знают … после университета в бомжи идут что ли?»
- Это экспериментальная модель, - продолжает врать Данила. - Еще не вошла в серию. А парашют отстреливается при касании земли и … и самоуничтожается.
- Значит, вы испытатель. А сюда ветром занесло, - говорит бомж.
- Вроде того, - соглашается Данила. - Вы же понимаете, что всего рассказывать я не могу.
- А почему на вашем скафандре нет опознавательных знаков? - не унимается бомж. - Может, вы шпион пиндосовский?
И с этими словами достает из-за спины топор. Хороший такой топор, с длинным топорищем и внушительным лезвием.
- Да бросьте, мужики! Шпионы не прыгают с парашютом из стратосферы. Они приезжают по туристическим визам, работают дипломатами или прикидываются эмигрантами. Я же сказал - сгорело все в верхних слоях атмосферы! И на кой черт шпиону ваша помойка?
- Брось, Паша, никакой он не шпион! - отмахивается второй бомж. - Идем с нами.
Бомж Паша прячет топор, пожимает плечами:
- Ну, да … с визой проще. Пошли!
Толстый слой мусора не промерз, под ногами пружинит, будто идешь по болоту. Неудобно, все время хочется сойти с тропы на твердое. Но твердого тут нет, а если сойдешь с тропы, наступишь на разлагающийся труп животного или целлофановый мешок с недоеденными отходами из ресторана. Целлофан лопнет, нога окажется по колено в пахучей жиже …
- А чего у вас тут все в одну кучу навалено? Ну, бытовые отходы вместе со строительным мусором. Вроде раздельно надо, - спрашивает Данила, неуклюже перескакивая через развалившийся ящик с гниющей колбасой.
- Надо, - эхом отозвался бомж Паша. - Эта свалка скоро закроется, ее владелец хочет заработать побольше напоследок и принимает все подряд. За раздельное складирование мусора надо платить, а никто не хочет. Хозяин тоже берет, но меньше, вот к нему и свозят всю дрянь.
- Но ведь свалка не резиновая!
- Не резиновая, - согласился бомж. - Недавно на краю образовался провал и туда все валят.
- Провал!? - насторожился Данила. - Далеко он отсюда?
- Нет, рядом. Вас нашли неподалеку. Могли упасть туда и все, с концами.
- В каком смысле?
- Она глубоченная, оттуда не выбраться.
- И давно здесь эта яма?
- Вроде нет, - пожал плечами бомж. - Говорят, это рухнул потолок карстовой пещеры. Не выдержал тяжести мусора!
- Ага. И как вы меня нашли?
- Из ямы дым пошел, гул какой-то … как мусор воспламенился! Мы пошли глянуть, а вы неподалеку лежите, весь в грязи и говне, извиняюсь за выражение.