Министр рывком поднял девушку на ноги и, придерживая перед собой одной рукой, больно сжимал плечо, другой ухватил за волосы и запрокинул ей голову. Сам навис, как коршун над добычей.
— Где — это не имеет значения. Вам должно быть все равно. Что это значит, вы, наверное, и сами знаете. Если нет, объясню. Мне очень нужно вернуть моей тетке былую мощь, а поделиться с ней магической силой выпало вам, милая Хельга. Уж не обессудьте. Ничего личного, — господин Верза посмотрел Хельге в глаза и тяжело задышал, сглотнул, затем отстранился.
Не успела она опомниться, как он заклеил ей губы чем-то липким и взвалил её к себе на плечо. Куда-то понес.
От неудобной позы Хельгу тошнило. Кровь пульсировала в висках, а каждый шаг министра отдавался сильной болью в голове. Разум помутился. Она потеряла сознание.
Глава 46
Утро еще только пробуждалось, а Лисси уже давно не спала. Одевшись теплее, она вышла на балкон своего дома и там уютно устроилась в кресле. Она ни о чем не думала, наблюдала за рождением нового дня.
После того, как учитель вернул её к жизни, Лисси Жер`Олом научилась ловить мгновения, замечать то, мимо чего раньше пробегала не оглядываясь и не задумываясь. Странные изменения, происходящие с ней, не раздражали, не пугали, а вызывали лишь некоторое недоумение и любопытство.
Вот и сейчас она с восторгом, затаив дыхание встречала рассвет. Небо стало светлеть и вдруг, будто вырвавшиеся из банки бабочки — взметнулись ввысь желто-розовыми полосами лучи, а за ними неспешно высунулась дугой из-за верхушек деревьев солнечная спина, будто ленивый кот выгнулся, взъерошив шерсть.
— Доброе утро, — улыбнулась Лисси через некоторое время уже округлившемуся солнцу.
— Надеюсь, что доброе, — ответил ей Жусс.
Он стоял за спиной Лисси и мрачно вглядывался в небо, будто хотел там что-то рассмотреть. Жер» Олом лишь повела плечами, она уже привыкла к тому, что учитель приходит к ней без приглашения.
— Что-то случилось? — она не оборачивалась, знала, что он еще здесь.
Правда, могла и не спрашивать, Жусс редко навещал её просто так. Исключением бывали те случаи, когда она нуждалась в лечении после приступов ярости.
Но сейчас Лисси совсем ничего не чувствовала к Хельге д`Аймон. От недавней ненависти не осталось и следа. Учитель объяснил это тем, что он перенял её боль в момент слияния на себя.
— Иначе, я не смог бы тебя вытащить, — ответил он тогда на её молчаливый вопрос. Первое время Лисси не могла говорить, да и силы к ней возвращались очень медленно. — Не Хельга виновата в твоих бедах, и ты это сама знаешь.
Да. Она знала. Сама принимала решения, сама следовала не за тем повелителем. Но намного легче было злиться и обвинять в собственных промахах удачливую Хельгу, чем признаться в том, что в каждой из ошибок, происходящих в её жизни, так или иначе — виновата сама.
Учитель не отвечал, возможно, не мог найти подходящих слов, чтобы озвучить свою просьбу. Лисси решила ему помочь.
— Вы говорили, что может понадобиться моя помощь и я… — она поднялась из кресла, развернулась к учителю.
Он рассматривал носки своих дорогих туфель, которые в этот раз отчего-то не сияли, как обычно, а оказались покрыты толстым слоем пыли. Лисси поняла, что Жусс не спал эту ночь, где-то бродил.
Она не видела его двое суток, но сейчас перед ней был совсем другой учитель — незнакомый, осунувшийся, даже постаревший. Одни сгорбленные плечи и обеспокоенный взгляд — говорили о многом. От былой его уверенности почти ничего не осталось. Лисси никогда раньше не видела учителя таким. Она замолчала на полуслове.
Он поднял на нее тяжелый взгляд:
— Да, девочка. Мне нужна твоя помощь.
И больше не нужно было никаких слов. Лисси готова была сделать что угодно, чтобы её учитель стал прежним — таким, каким она всегда восхищалась.
Зею не нравилась сложившаяся ситуация. Когда Элит вернулся без Хельги, в душу Хранителя закралась тревога. И вот уже двое суток она его не отпускает.
'Неужели Хельга сама, снова сама решила вступить в неравную схватку? Неужели она настолько безрассудна?' — нет, он не мог в это поверить. Элит не видел, как и куда она исчезла. Хельга закрыла свой путь и почему-то не выходила на связь ни с кем из их небольшого сообщества.
Арлену становилось хуже с каждым часом, а Картапелла не спешила обнаруживать себя.
Зей злился, что в этой ситуации ему отводилась роль наблюдателя. Если вначале он хотел уговорить Лисси перевоплотиться в Картапеллу, чтобы нарушить планы Юса и обмануть ведьму, то теперь понял, что его опередили. Он чувствовал, что с д`Аймон что-то произошло. Вряд ли она, рискуя жизнью наследника, позволила бы себе подставить под угрозу еще и жизнь Арлена да в довесок и свою собственную.