– Рома с Викой, кстати, мне больше понравились. С ними мне как-то попроще было.
– Да, Вика вообще классная! А Рома тоже неплохой парень, он иногда рассказывает что-нибудь интересно, только его надо уметь слушать. Ты знаешь, что он из известной семьи?
– Ага, догадался. Ты же понимаешь, что он в тебя безнадежно влюблен?
Катя фыркнула:
– Вот еще! С чего ты взял?
– Да тут и слепому ясно!
– Мне кажется, ты преувеличиваешь! Он, конечно, милый парень, но… – она слегка замялась.
– Да и тут тоже всё ясно. Можешь не продолжать.
– Какой ты, блин, умный! Всё сразу определил! – наигранно сердясь воскликнула Катя.
– Что есть, то есть, – довольно улыбался Андрей.
Они доели и, взяв ещё по стакану кофе, отправились на прогулку. Погода, похоже, налаживалась: хотя солнце так и не показалось, серые облака двигались по небу выше обычного, а кое-где между ними иногда можно было увидеть куски голубого неба.
Катя была одета вполне подходяще для прогулок: в короткую пуховую куртку, ту самую в которой она ходила с Андреем на балкон в их вторую встречу; короткую, как всегда, юбку и полуботинки на невысоком каблуке. То ли Андрей привык, то ли Катя слегка остепенилась и все-таки выбрала сегодня юбку подлиннее, но её наряд не вызывал у него такого смущения, как прежде. Впрочем, ему трудно было рассматривать её ноги, ведя её под руку.
Они прогулялись по голому сырому парку, болтая обо всём понемногу, а когда Катя начала замерзать, зашли в винный бар неподалеку, где заказали по бокалу вина и какие-то закуски.
Андрей чувствовал себя хорошо и комфортно: ему снова нравилась Катя и нравилось, как они проводят этот спокойный выходной. После всех треволнений последних дней непринужденное, ни к чему не обязывающее общение с симпатичным человеком было ему очень по душе. Он невольно искал в Кате успокоения, и находил, и был ей искренне за это благодарен. Катя, казалось, почувствовала это. Почувствовала, что ему хорошо с ней здесь и сейчас, не благодаря её молодости и привлекательности, не его половому влечению и не деньгам её родителей, а просто потому что она нужна ему, потому что ему с ней легко, весело и от этого хорошо.
Они выпили еще по бокалу и, продолжая свой непринужденный разговор, пошли дальше. На улице уже стемнело и было по-воскресному пустынно, несмотря на еще довольно ранний час. Андрей и сам не смог бы точно сказать, нарочно или случайно они вышли к его дому.
– Я здесь живу. Это мой дом, – сказал он Кате.
– Ого, здорово! – Катя остановилась и, задрав голову, стала разглядывать светло-серое здание.
– Вон мои окна, – он показал ей рукой на два окна.
Катя продолжала стоять, рассматривая здание.
– Хочешь зайти? Чаю выпить? – Андрей не нашел ничего лучше, чем это предложить.
– А давай! Интересно посмотреть, как ты живешь! – с готовностью ответила Катя, и тут же добавила: – Если ты не против, конечно. Это тебя не затруднит?
– Нет, наоборот! – поспешил заверить её Андрей и смеясь добавил: – А еще я сегодня утром уборку сделал! Так что пойдем, чтоб мои труды не пропали напрасно!
Они поднялись по лестнице и зашли в квартиру. Едва Андрей помог Кате снять куртку, как она обвила его шею руками и прильнула к нему, долго и страстно поцеловав. Андрей не ожидал от неё такой решимости и напора, но быстро пришел в себя и, прижав её к себе, ответил на поцелуй.
Когда полная Катина грудь уперлась в него, а его руки, наконец, заскользили по её вожделенным бедрам, Андрей понял, что до осмотра квартиры и чая дело, судя по всему, не дойдет.
Он толкнул дверь в комнату, и они, оторвавшись ненадолго от поцелуя, переместились туда. Андрей взял Катю за руки и посмотрел ей в глаза: волосы её слегка растрепались и залезали на лицо, щеки зарумянились, а в глазах горел хитрый огонек. Он поцеловал её еще раз, уже более осознанно, сконцентрировавшись на своих ощущениях и уделив этому всё своё внимание. Губы её были мягкими, таким же показался ему и её язык, – и вообще, вся она казалось какой-то мягкой, округлой и будто бы слишком нежной для своих кажущихся упругими форм.
Андрей прижал её к себе, обняв за спину и талию, и невольно сравнил её с Тоней, которую обнимал вот так же совсем недавно. В Кате не было той гибкости, легкости и грации, она не трепетала у него в руках, как тонкое деревце на ветру, а навалилась на него всей своей сочной тяжестью молодого тела, пышущего силой и страстью. Руки его скользнули ниже, на широкие Катины бедра. Они тоже показались ему более мягкими и рыхлыми, чем он ожидал, несмотря на то, что были плотно стянуты юбкой и колготками. Он сильно сжал их руками и агрессивно придвинул Катю за них к себе, будто теперь, когда они, столь соблазнительно выставляемые ею, наконец оказались в его руках, он хотел получить от них максимум, взять всё что получится, испить их прелесть до конца. Катя ответила на это коротким стоном и, то ли поощряя такой подход, то ли просто следуя ему, подарила Андрею еще более страстный поцелуй. Член у Андрея в штанах пришел в движение.