Ярвис задумчиво повел усами.
– Как вы уже, наверное, знаете, Его Величество чувствовал себя не очень в последнее время.
– Слыхали, – кивнул Рилькер. – Но кажется, теперь ему получше.
– Кажется у нас возникла проблема...
– Какая?
– Наши корабли... Они больше не взлетают. Пока королю нездоровилось, мы не решались ему доложить. Но теперь нам поступил приказ привести флот в боеготовность.
– Что с ними случилось?
– Никто не может понять. Просто в какой-то момент перестали взлетать, и все. Все, как один. Я уже начал опасаться, что мы оказались заперты в крепости, как в ловушке. Я поэтому был удивлен, узнав, что вы каким-то образом попали во дворец.
– Думаю, Вам следует немедленно доложить королю.
– Да, наверное, – Ярвис глубоко вдохнул и стремительно зашагал к шатру.
Там было на удивление тихо. Хотя еще совсем недавно отсюда доносилась музыка.
Рилькер решительно распахнул полы шатра и шагнул внутрь.
Король Лед, владыка Шемрера, лежал распластан на земле в какой-то нелепой позе. Девушка-рабыня с отрешенным видом сидела за столом. Она отрывала по одной ягоды от горсти винограда и не спеша по одной клала их в рот.
– Что случилось?! – воскликнул Рилькер. – Где все?
– Он приказал, всем уйти, чтобы мы остались наедине, – не поворачивая головы механически проговорила девушка. – А потом ему вдруг снова стало плохо.
Колдун подбежал к королю и проверил его дыхание: Лед был без сознания, но жив.
Рилькер уложил короля поудобнее.
– Ярвис, крикните слуг, пускай перенесут Его Величество во дворец.
Девушка встала и хотела было выйти. Рилькер окликнул ее
– Почему Вы не позвали никого на помощь?
– Я бы позвала... Позже... – Ни с того ни с сего она вдруг разрыдалась. – Пусть бы он совсем не очнулся! – крикнула она в сердцах.
– Я передам, чтобы с тобой разобрались, – пригрозил колдун.
– Разбирайте, – ответила она сквозь слезы.
Девушка вышла, Старла проводила ее растерянным взглядом.
Короля перенесли во дворец, в его спальню. Как и утром, уложили в кровать.
Заложив руки за спину, Рилькер суетливо ходил из стороны в сторону. Ярвис Дотт, капитан королевского воздушного флота, был взволнован не меньше волшебника.
– Вы хотите сказать, что принц Тиас собирается напасть?
– Именно.
– Вы предупредили об этом короля?
– Конечно! Я только об этом и твержу с момента моего появления здесь!
Ярвис потер подбородок:
– Я, конечно, предупрежу охрану. Но случись что, без кораблей мы не сможем обороняться.
– Как долго он может пробыть без сознания?
– Не знаю, несколько часов, дней...
– Дней?!
– Кто знает, может, он теперь вообще не очнется. Мне кажется, недуг короля имеет магическую природу.
Колдун вопросительно взглянул на Ярвиса.
– Его амулет, – кивнул тот в сторону короля, – он совсем погас.
Из под одежды Леда выбивался кулон, ажурная сфера, сплетенная из золотых нитей. Камень, заключенный внутри нее, был черным, как уголек.
Владыка Шемрера не отличался особым здоровьем с рождения. Он рос слабым и болезненным ребенком. Он долго не мог научиться ходить, а первое слово произнес, когда другие его сверстники уже радовали предков потешными стишками.
В отличие от брата-близнеца, который большую часть времени был предоставлен сам себе, Лед постоянно находился под пристальным наблюдением служанок. Многочисленные няньки день и ночь хлопотали над ним, стараясь уберечь мальчика и от сквозняка, и от яркого солнца.
В то время как Тиас учился ездить верхом, Лед наблюдал за его успехами из окна своей спальни. Когда Тиас впервые участвовал в серьезном турнире и одержал свою первую победу в битве на мечах, Лед только научился держать в руках перо и выводить свое имя.
С сожалением он осознавал, что уступает брату практически во всем: и в силе, и в ловкости, и в уме. Но у него было одно преимущество, которое Тиас не мог перекрыть даже всеми своими достоинствами вместе взятыми – Лед родился первым. Разница в несколько минут сделала слабого тощего мальчика наследником целой страны. Амулет Всевластия, символ правящей династии, надели на шею мальчика в день его рождения, и с тех пор Лед носил его неизменно.
Когда Леду было десять, при дворе появился странный человек. Ходили слухи, что это колдун или лекарь, которого выписали из-за моря король с королевой. Он был угрюм и необщителен, редко выходил на свет, а со слугами и вовсе не хотел знаться. Никто не знает, какое чудо он сотворил с мальчиком, но так или иначе тот стал набираться сил и вскоре выглядел совершенно здоровым.
Позже кто-то заметил, что амулет на шее мальчика мерцает дивным светом. Внутри сферы, сплетенной из тонких золотых нитей сиял и переливался странный кристалл.