Даже Диего, любивший резать правду-матку в лицо и обладавший поистине слоновьим чувством юмора. Сегодня утром Диего подвозил Пеппер до школы и по дороге уверял, что в шапочке она смотрится потрясающе. Пеппер предположила, что тело Диего могли захватить марсиане. Такое поведение совершенно не в его духе.
— Я просто как-то странно себя чувствую, — сказал я. — Витаю в облаках. Наверное, по дороге в школу я отморозил себе мозги.
Лиззи сказала, что раздобыла пистолет.
Я сказал: согласен. Неужели я действительно сказал, что согласен?
Как я МОГ?
Она сказала, что даст мне пистолет, и я сказал, что согласен.
Я сказал, что убью Энджела завтра ночью.
У меня возникло сильное желание все рассказать Пеппер. Я знал, что она меня остановит. Я знал, что она позаботится обо мне. Я знал, что Пеппер будет… в ужасе.
Я открыл рот, чтобы рассказать ей о том, как встретил Лиззи во время метели. Но не смог произнести ни слова. Лишь издал сдавленный звук.
Пеппер еще пристальнее уставилась на меня. Она схватила меня за руку.
— Майкл? Может, тебе нужно к медсестре? Выглядишь так странно. Ты что, заболел?
Лиззи сказала, что раздобыла пистолет.
Она назначила мне место встречи.
— Нет. Я в порядке. Правда. — Я показал на дверь, за которой находилась парковка для учащихся. — Может, подышу воздухом…
— Снег еще идет, Майкл. Не выходи без куртки.
Я кивнул:
— Спасибо, мамуля.
— Ты идиот, — сказала она.
Я сказал, что убью Энджела завтра ночью.
— Если я идиот, чего ж ты торчишь в коридоре, пропуская урок, и общаешься со мной?
Она пожала плечами.
— Без понятия. — Она развернулась и пошла прочь, поправляя на голове шапочку. Ее кроссовки пищали по полу. Она обернулась. — Мы еще будем встречаться после уроков для работы над ежегодником?
Я кивнул:
— Само собой.
Она покачала головой.
— Не броди по коридорам, как неприкаянный. Не сходи с ума, ладно? Нам и так проблем хватает, еще ты умом тронешься.
— Хорошо, — сказал я. Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Я повернулся и аж подскочил от неожиданности, обнаружив, что надо мной нависает директор школы мистер Олифант. Ростом больше двух метров, и массивный, как центральный полузащитник. Собственно, мне доводилось слышать, что он действительно выступал полузащитником, играя за университет Говарда. Темно-синие костюмы, которые он постоянно носит, всегда растянуты на груди и плечах.
Олифант — первый чернокожий директор Шейдисайдской школы, и все согласны, что он мировой мужик. Дружелюбный, всегда спокоен, никогда ни на кого не орет, его всегда можно встретить в коридоре и поговорить по душам.
— Не хотел к тебе так подкрадываться, Майкл, — сказал он. Свет отражался в стеклах его очков, и я не мог видеть его глаза. От здоровяка вроде Олифанта ожидаешь громоподобного рычания. Однако он всегда разговаривает мягким, спокойным голосом.
— Я… мне нужно в читальный зал, — выпалил я.
Зачем я так сказал? Что со мной не так?
— Если у тебя найдется несколько минут… — произнес он и мотнул головой в сторону своего кабинета, расположенного дальше по коридору, — …я бы хотел поговорить с тобой об этой девочке, которую, по всей видимости, ты встречал. Лиззи Уокер? — Он положил огромную ручищу мне на плечо и повел вниз по коридору. — Насколько я понимаю, в школу проникла самозванка, посторонняя девушка.
— Лиззи говорит, что раздобыла мне пистолет, — сообщил я ему.
Он повернулся и уставился на меня через очки.
— Что ты сказал?
Я сглотнул.
— Я сказал, что не видел Лиззи уже сто лет. Мы вроде как стали друзьями… после того, как я помог ей найти класс. Она постоянно терялась.
Олифант вошел в кабинет, кивнув мисс Грир, своей секретарше.
— Присаживайся, Майкл. Давай поговорим о ней. Ты догадывался, что она не зарегистрирована?
— Нет. Понятия не имел, — сказал я. — На самом деле, я не так чтобы хорошо ее знаю.
Олифант плюхнулся в свое кресло за столом. Кожаное сиденье издало под его весом жалобный свист. Ему точно нужно кресло побольше. Он снял очки. Его темные глаза пытливо смотрели на меня.
— Майкл, ты находился в школе, когда Лиззи Уокер подверглась нападению, — проговорил он. — Но своими глазами не видел…