Уолтер тащил девушку вдоль тоннеля, напевая себе под нос. Он был весел и сосредоточен. Приятная нега разливалась по его телу, стоило лишь вообразить, как любовно он формовал бы новое выражение на этом безупречном лице с идеальной кожей…
– То есть я должна смотреться как везучая шлюха, да? Черт подери, пластырями можно больше прикрыть, – возразила Рысь, увидев, какое платье на вечер Джек ей предлагала. Веселенький цветочный принт, вырез до пупка и такой короткий подол, что весь зад на виду.
– А ты и не будешь так смотреться, – сказала Джек. – Но нужно, чтобы ты выглядела, как…
– Твоя сучка, – вздохнула Рысь. Она вовсе не собиралась уступать Джек пальму первенства. Разве что, на пока что.
Джек, подняв руку, остановила первое попавшееся такси и сказала водителю гнать к «Сайгон Парагону», новому роскошному торговому центру, где располагалось несколько бутиков ведущих дизайнерских домов. Джек сказала, что они отправлялись за покупками, чтобы подыскать для Кэссиди что-нибудь подходящее на вечер. Но «подходящее» в данном случае означало «развязное», даже если на этикетке был логотип иконы мировой моды. Это Рысь понимала прекрасно.
– Когда ты последний раз видела дядечек, которые водят за ручку этаких сладких школьниц? – спросила Джек, передавая Кэссиди вешалку со светло-сиреневым платьем того же фасона.
– А что, выгляжу я именно так?
Джек окинула оценивающим взглядом одетую на голое тело желтую майку-поло, узкие джинсики и аккуратные кроссовки.
– Ты выглядишь молодо, свежо и точно занимаешься теннисом.
– М-м-м, да твое мнение обо мне улучшается день ото дня. Кстати, я и раньше работала под прикрытием. Думаю, я справилась бы и с внедрением. И потом, я выгляжу именно так, как и должна, – молодая туристка в Азии.
Рыси казалось странным, что можно было стоять в магазине с симпатичной женщиной (и даже не оперативницей ОЭН) и позволять выбирать для себя одежду. Кэссиди даже не могла понять, нравилось ей это или нет.
– А ты делаешь все слишком убедительно. Тут такое не прокатит, – настаивала Джек. – Ты должна быть недоступной. Чтобы каждый твой жест говорил: «я занята».
– Ага, завязавшая шлюшка, которая теперь наслаждается жизнью в достатке и безраздельно принадлежит своему папику… ой, прости, мамику, – парировала Кэссиди. Раз уж так настойчиво указываешь на разницу в возрасте, получай той же монетой.
– Да-да, типа того, – ответила Джек. Эти препирательства, очевидно, забавляли ее.
– Уверена, что справлюсь.
– Как насчет вот этого? – Джек протянула ей еще одно платье. Красное. Она остановила свой взгляд на ее груди. – Похоже, нужный размер.
Рысь не могла побороть трепет и возбуждение, охватившие ее при виде одобрительного взгляда Джек, но в то же время было очевидно, что что-то поменялось между ними.
Пока Джек не догадывалась, что я знаю, кто она, было легче к ней подкатить.
По дороге в Сайгон, особенно, ближе к концу поездки, Джек начала снимать заслоны, стала смиряться с тем, каким мощным было их взаимное влечение. Но теперь она снова готова была закрыться. Джек избегала визуального контакта и вела себя сдержанно с того самого момента, как Рысь вывела ее на чистую воду.
Кэссиди выхватила из рук Джек платье и быстрым шагом направилась к примерочной.
Оплатив покупки, они поднялись в ресторанчик на верхнем этаже торгового центра – просто чтобы обсудить дело за столиком, в спокойной обстановке. Расписав план действий на следующий день за аперитивами, они заказали ужин.
Ресторан оказался очень уютным, играл медленный джаз, из панорамных окон открывался изумительный вид на вечерний Сайгон. Романтическая атмосфера заставила Рысь забыть об Оуэнсе, ее мысли сами собой вернулись к размышлениям, отчего вдруг Джек снова стала с ней холодна.
Что явилось причиной ее внезапного отдаления? Тот факт, что Рысь просто взяла и выложила всю правду? Если да, то почему эта правда была такой уж преградой?
Или это были попытки защитить себя и задание? По непонятной причине у Кэссиди сложилось впечатление, что это ее Джек отчаянно пыталась защитить. А это лишено всякого смысла. Она была более чем способной, она была профессиональным убийцей, прошедшим обучение. Но все же Джек понятия не имеет, на что я способна. Какая-то часть ее души готова была принять такие причины отказа Джек от близости.
А может, дело было в том, что Джек хотела заполучить Оуэнса сама. Но ведь федералы и так имеют на него полное право, вне зависимости от того, кто поймает маньяка. Вот только этого Джек не могла знать. И потом, не похожа была Джек на человека, который может присвоить плоды чужих трудов.