- Я был очень рад, когда узнал, что вы вернулись, Роланд, - сказал Мейсен, - но в то же время был огорчен, узнав о ваших теперешних злоключениях. Я решил вывести вас из того затруднительного положения, в котором вы находитесь, хотя я могу за это потерять свое место. Я рассказал ей всю правду, сказал, что Адкинс человек дурной, и что я докажу это. Я обещал ей также посетить вас. Вильтон теперь служит шкипером на другом судне, и я взял его с собой, зная, что он тоже может помочь вам.
- Ничто не доставит мне большего удовольствия, как увидеть Адкинса потерявшим место командира "Леоноры", - сказал Вильтон, - потому что я знаю, что он обкрадывает вдову. Мы должны доказать миссис Хайленд, что она доверяет негодяю.
Вильтон и Мейсен пробыли со мной почти час; мы решили не предпринимать ничего до моего освобождения. Когда же я выйду из тюрьмы, мы узнаем время, в которое можно будет застать Адкинса и миссис Хайленд вместе, и явимся все трое, чтобы окончательно изобличить его.
Освободившись, я в тот же день повидался с Вильтоном и Мейсеном. Тут я узнал, что Леонора сама обещала известить нас, когда Адкинс будет у матери.
7. РАЗОБЛАЧЕНИЕ
Леонора не обманула меня. Через два дня после выхода из тюрьмы я получил от нее известие, что Адкинс будет у ее матери на следующий день, и чтобы я со своими приятелями явился около половины десятого.
Получив это известие, я немедленно уведомил Мейсена и Вильтона, и мы назначили друг другу свидание на следующее утро. Утром я встретил своих приятелей в назначенном месте, и около девяти часов мы направились к дому миссис Хайленд.
Когда мы подходили к дому, я увидел Леонору у окна. Она заметила нас и встала со своего места. Я позвонил, и дверь отперла сама Леонора. Без колебаний она ввела нас всех троих в гостиную, где мы увидели Адкинса и миссис Хайленд.
- Что нужно этим людям? - вскричала, увидев нас, миссис Хайленд, голосом, выражавшим не столько негодование, сколько тревогу.
- Эти джентльмены желают видеть вас по делу, мама, - сказала Леонора. Опасаться их нечего. Они наши друзья.
Сказав это, Леонора пригласила нас сесть.
Адкинс ничего не сказал, но я видел по выражению его лица, что он считает игру проигранной, а себя погибшим человеком.
- Миссис Хайленд, - сказал Вильтон после короткого молчания, - я пришел сюда из чувства долга, который мне следовало выполнить давно. Я был другом вашего мужа, с которым я проплавал около 9 лет. Я был на "Леоноре", когда капитан Хайленд умер в Новом Орлеане. Я узнал о том, что рассказал вам мистер Адкинс про этого молодого человека. Все это - ложь. Когда в Новом Орлеане заболел ваш муж и затем умер, мистер Адкинс все это время пьянствовал и пренебрегал своими обязанностями. Роланд не убегал с корабля и не оставлял капитана Хайленда, он один из всей команды был с ним и заботился о нем до самой смерти. Мистер Адкинс никогда не любил Роланда. Когда Адкинс сделался командиром, он не пустил Роланда на корабль, мало того, он не дал ему даже вернуться на родину. Я провел с Адкинсом только одно плавание после смерти капитана Хайленда и увидел, что оставаться с ним не могу, если не хочу сделаться таким же негодяем, как он. Вот причина, почему я оставил "Леонору". Миссис Хайленд, - продолжал Вильтон, в упор глядя на Адкинса, - я в присутствии мистера Адкинса, не колеблясь, говорю, что он дурной человек, что он обокрал вас и продолжает обкрадывать.
- Эти люди в заговоре, чтобы погубить меня! - вскричал Адкинс, вскакивая на ноги. - Я подозреваю, что они подкуплены. Трое мужчин и одна женщина - это слишком много, чтобы я мог состязаться с ними!
Миссис Хайленд не обратила никакого внимания на это замечание, но, обернувшись к Мейсену, сказала:
- Я знаю вас давно, мистер Мейсен. Что вы можете сказать?
- Подтверждаю справедливость того, что сказал вам сейчас мистер Вильтон, отвечал Мейсен. - Роланд и в моих глазах не сделал ничего такого, за что стоило бы его лишать вашей дружбы. Я давно знаю, что капитан Адкинс негодяй, и только боязнь лишиться места удерживала меня от желания высказать вам все это. Услыхав, что, благодаря этому разбойнику Роланд лишился не только вашей дружбы, но и посажен под арест, я не стал больше колебаться и решил открыть вам все. Адкинс - бесчестный, злой человек и я могу доказать это.
- Продолжайте! Продолжайте! - вскричал Адкинс, - ваша цель теперь ясна. Конечно, мое слово ничего уже не значит.
- Он сказал единственный раз в жизни правду, - обратился Мейсен к миссис Хайленд. - Действительно, его слово не имеет никакой цены для тех, кто его знает.
- Теперь, Роланд, - сказала миссис Хайленд, - что скажете вы?
- Очень немного, - отвечал я. - Я бы не хотел, чтобы вы думали дурно обо мне. Мучительна была мысль, что вы считали меня неблагодарным. Ваше прежнее ласковое отношение ко мне побудило меня попытаться доказать вам, что я не был неблагодарным. Вы теперь видите, насколько справедливы обвинения Адкинса. После этого объяснения я не буду больше беспокоить вас. Я не хочу настаивать на возобновлении дружбы, которую я, по вашему мнению, поколебал. Я только желал, чтобы вы знали, что я был ее достоин.
- Теперь, джентльмены, - сказал Адкинс, - вы, наконец, удовлетворены всем сказанным обо мне, и я могу себе позволить оставить вас, - и, обратившись к миссис Хайленд, прибавил: - Я снова увижусь с вами, сударыня, когда вы освободитесь от этого общества.
Он встал и направился к выходу.
- Стоп! - сказал Мейсен, загораживая ему выход. - Миссис Хайленд, я знаю достаточно об этом человеке и об его бесчестных делах. Справедливо будет отдать его в руки полиции. Угодно ли вам послать за нею?
Миссис Хайленд молчала. Я посмотрел на Адкинса и увидел, что мой триумф над ним был полным. Его собственный вид доказывал его вину. Дополнила мою победу Леонора, которая с величайшим интересом отнеслась ко всему происшедшему и не скрывала своего удовольствия при виде полного поражения Адкинса.
На предложение Мейсена отдать Адкинса в руки полиции как мошенника она ответила:
- Отпустите его, мама, с тем, чтобы он никогда и близко к нам не подходил.
- Да, отпустите его, - повторила миссис Хайленд. - Мне нужно подумать, прежде чем что-нибудь предпринять.