Глава 27
Нос защекотал вишнево-мускусный аромат духов. Ее любимые. Полина приоткрыла глаза. Темно. Протянула руку. Убедилась, что лежит лицом к стене. Духи ей наверняка пригрезились, как снился шоколадный фондан и их уютные вечера с Лизой. Другая жизнь… Сколько времени прошло с тех пор? Полина не представляла. Дневного света она не видела с момента, как оказалась в подвале. Даже электрический теперь включали редко. Приносили воду, давали сделать всего пару глотков. Обещали, если назовет логин и пароль, отдадут всю бутылку. Полина знала: не отдадут. И последнего ужина у нее не будет. Слишком уж долго придется ждать, пока она умрет.
Шорохи. Неужели мышь? По коже побежали мурашки. Только живности ей здесь не хватало. Хотя она не отказалась бы от компании кошки. Недавно ей снился Апельсин, рыжий котяра, который был у них с сестрой. Терпеливый. Царапался, только чувствуя угрозу для жизни. Однажды он высидел весь сеанс макияжа и взбунтовался в самом конце, когда сестры взялись за тушь. Вот и во сне Полина тискала его, как хотела, а кот, мурча, прижимался к хозяйке. Затем она сама его оттолкнула, вспомнив, что он умер от старости три года назад. Тот повалился набок, с оттопыренными одеревеневшими лапками.
Стук каблуков? Наверняка мерещится. Кто-то топчется над лестницей. Может, принесут ей попить? Как бы она хотела… Вспышка. Глаза обожгло. Полина закрыла лицо ладонями, прислушиваясь. И правда, каблучки. Так цокают только женские, но откуда? Она посмотрела сквозь пальцы. В подвале горел свет. Какая-то женщина, надушенная, в туфлях на каблуках, щелкнула выключателем и теперь спускалась по лестнице.
Полина непроизвольно потянулась к волосам. Расчесать их уже не удастся. Первое время она как могла поддерживала привлекательный вид, но, оставшись без еды, стала экономить силы. Цоканье приближалось, то замедляясь, то ускоряясь, будто подгоняемое ветром. Полина села. Пригладила волосы на затылке и скрутила колтуны в жгут. Завязала в крепкий узел. Почистила уголки глаз, вытерла тыльной стороной ладони губы. Какой в этом смысл, если сломан нос и, возможно, под глазами синяки? Или за десять дней они уже сошли? Какое вообще это имеет значение сейчас? А такое: внешность важна всегда.
Цоканье замерло в паре метров от Полины. Шорох. Кажется, разворачивается. Вдруг уйдет? Снова цоканье, но уже отдаляющееся.
– Привет! – выкрикнула Полина.
Получился еле слышный, хрипловатый стон. Цоканье даже не замедлилось. Сейчас уйдет! Ну уж нет, она должна найти в себе силы.
– Привет!
Выложилась, как в последний раз в жизни. Получилось даже слишком громко. Все звуки стихли, послышалось только эхо Полининого окрика.
– А, что? – отозвался женский голос.
– Я здесь, сзади!
По щекам покатились слезы, но девушка их тут же вытерла. Перевела дыхание, чтобы не выдать голосом волнение.
– В дальней комнате. Можешь подойти? Мне нужна помощь.
– Ну ладно… Сейчас.
Цоканье из медленного и хаотичного превратилось в нарочито чеканное. Полина поднялась, пошатываясь на дрожащих ногах. Подтянула джинсы, пригладила свитер.
– Ох ты ж, ежкин кот!
Оранжевое пятно метнулось к решетке и выскочило обратно из поля зрения. Полина заморгала, не понимая, что произошло. В животе все сжалось. Похоже, спугнула. Надо было спрятать лицо. Неужели снова неудача? Все будет хорошо. Оранжевый – цвет счастья…
Из-за стены показался светловолосый затылок. У незнакомки был высокий выпуклый лоб, брови с качественным микроблейдингом, слегка впалые, полуприкрытые глаза. После такого вскрика Полина ожидала увидеть глаза, выпученные от ужаса… Голова качнулась и вместе с телом, одетым в оранжевый пиджак, из-под которого еле выглядывала юбка, нырнула в Полинину зону видимости. Золотые босоножки на шпильке, вот чем она так цокала. Слишком вычурно, на Полинин вкус. К тому же неуместно. Дело даже не в том, что на улице еще лежит снег. А может, уже и не лежит? Неужели она здесь так долго?! Так, нет, сейчас это неважно. Важно, что девушка в золотых босоножках на шпильке еле стояла на ногах.
– А что это ты тут, – незнакомка указала на решетку пальцем, – за оградкой?
Полина мысленно сплюнула. Типун пьяной красотке на язык.
– Ролевая игра была, забыли выпустить.
– Понятно… А с лицом чего?
– Говорю же, ролевая игра была. Ты что, не знаешь, как они проходят?
– Не, ну знаю, конечно… Но тебя прям хорошо так разукрасили.
– Богачи, – пожала плечами Полина и сама еле устояла на ногах. – А ты новенькая, к миллиардеру?
– Я? А, да, – опомнилась девушка. – На содержание. Но я на такое не подписывалась.
– Тебе и не придется, – соврала Полина. Нормально соображать та явно не в состоянии, а если еще и в панику впадет, то пользы тем более не будет.