– Мистер Нейтон, – приветствовал его Марсель, стараясь правильно произнести фамилию посетителя. – Очень рад видеть вас снова.
– Правда? – скептически спросил Винс.
– Всегда приятно видеть гостей нашего прекрасного города, – пояснил Марсель. – Надеюсь, вам доставляет удовольствие пребывание у нас, а также возможность посмотреть окрестные городки.
А не могло ли это его «приходите-в-четверг» быть просто уловкой, чтобы заставить его потратить побольше денег на юге Франции? На самом деле Винс бы не удивился.
– У меня есть для вас кое-какая информация, – улыбнулся Марсель, достал из папки листок бумаги и посмотрел на него. – Пансион «Лаванда» был семейной гостиницей на Рю-Флоретт, в десяти километрах от города. Он принадлежал семье Фурнье на протяжении пятидесяти лет, а затем его купили Бенуа, которые владели им три года, а потом снова продали, на этот раз английской паре по фамилии Джонсон. Он и сейчас существует и по-прежнему является гостиницей, но только теперь называется La Vie en Rose («Жизнь в розовом цвете»).
Марсель улыбнулся: «У англичан бывают романтические идеи о том, как вести бизнес в этой стране. Но у этих, кажется, дела у них идут неплохо».
Он протянул листок Винсу: «Надеюсь, это вам поможет».
Винс взглянул на листок, хотя там все было написано по-французски, поэтому все, что он мог понять, – это фамилии, которые озвучил ему Марсель.
– Это адрес? – он ткнул пальцем в слова «Рю-Флоретт».
– Да, – кивнул Марсель. – Это за авеню дю-Прадо.
– Спасибо, – он поднялся.
– Надеюсь, вы найдете свою жену, – произнес Марсель.
– И я надеюсь.
– Хотя иногда, – чиновник вздохнул. – Иногда птичка вылетает из клетки, правда? И нам нужно с этим смириться.
– Моя жена не птичка и не летает, – отрезал Винс. – Она хочет вернуться домой, только пока сама об этом не знает.
Марсель Роял посмотрел на него задумчиво и протянул ему руку.
– Удачи, – пожелал он.
– Благодарю, – Винс пожал ему руку, а затем вышел из комнаты и из здания.
Навигатор в машине привел его на Рю-Флоретт без всяких проблем. Это была узенькая улица с налетом былого аристократизма и роскоши, вдоль которой стояли отделанные плиткой дома. Он совсем не этого ожидал. Когда Имоджен упоминала о пансионе, она рассказывала о большом доме с огромным двором. Ему представлялся отдельно стоящий дом, а вовсе не часть жилого комплекса. Но, может быть, там за домами есть дворы, подумал Винс, паркуясь, а еще вероятнее, что память жены просто подвела ее.
Он пошел по улице, глядя на номера домов и пытаясь угадать, какой из них «Лаванда», или «Жизнь в розовом цвете». Чертовски глупое название. Даже французский чиновник это понял.
Пройдя пол-улицы, Винс наконец увидел его – двухэтажный дом с терракотовой черепичной крышей за темно-зелеными двойными воротами. Перед воротами красовалась выложенная мозаикой и раскрашенная в розовые тона вывеска с названием, а стены были увиты бугенвиллией. Ворота украшал медный колокольчик, но рядом с ними был установлен современный домофон, и Винс нажал на кнопку.
Никто ему не ответил, но ворота открылись, и он вошел внутрь. Сад был очень ухоженный, и дом тоже казался недавно отремонтированным. Ставни были выкрашены в зеленый цвет, чтобы гармонировать с воротами и балкончиками Джульетты на фасаде здания, а плетущиеся растения и бугенвиллия создавали яркий контраст с песочного цвета стенами.
Входная стеклянная дверь была распахнута настежь. Винс вошел в просторный холл, где за маленькой стойкой стояла миниатюрная блондинка.
– Бонжур, – приветствовала она Винса и немедленно перешла на английский, услышав его ответное «хэллоу». – Чем могу помочь?
– Вы миссис Белинда Джонсон? – спросил Винс.
– Да.
– Тогда вы можете помочь. Я пытаюсь найти следы бывших владельцев этого дома.
Белинда посмотрела на него со странным выражением.
– Моя жена жила здесь, когда была маленькая, – пояснил Винс. – Я хочу устроить ей путешествие в ее прошлое.
– О, – Белинда попыталась заглянуть ему за спину.
– Ее нет со мной, – сказал Винс. – Хочу сделать ей сюрприз.
– О, – снова произнесла Белинда.
– Поэтому я хотел бы знать, что случилось с миссис Фурнье, которая раньше владела этим домом.