Она вопросительно взглянула на Имоджен.
– Имоджен. Я старый друг Оливера. Он пригласил меня, потому что подумал, что было бы неплохо устроить двойное свидание.
Имоджен говорила быстро, чтобы не дать Оливеру возможности снова представить ее как известного историка: «Но, если вы с Полем хотите поговорить с ним наедине, ничего страшного, я прекрасно могу пойти погулять. Я никогда раньше не бывала в Сан-Себастьяне и уверена, что с легкостью найду, чем заняться».
– Ты ирландка! – улыбнулась Бленейд.
– Да, но когда-то жила во Франции, – ответила Имоджен.
– Откуда ты родом? – это был вопрос, который любой ирландец задал бы другому ирландцу при встрече за границей.
– Я жила в Кабре, когда была маленькая, но в последнее время – в Глазневине.
– Серьезно? А я с Моби-роуд!
– У меня был дом в новом комплексе, который построили прямо за углом, – сказала Имоджен. – «Белльвуд».
– Так я его знаю! Мы же практически соседи, боже мой! – воскликнула Бленейд. – И как давно ты во Франции?
– Я жила здесь когда-то в детстве, – ответила Имоджен. – И вот вернулась недавно. А ты?
– Я живу в Сан-Себастьяне пару лет, с тех пор как познакомилась с Полем. Слушай, а ты не хочешь пройтись и выпить кофейку или сока или еще чего-нибудь на пляже, оставив этих двоих вести скучные деловые разговоры? Мы планировали пообедать где-нибудь в кафе, так что они могут присоединиться к нам, когда закончат.
– Что ж, отлично, если всех это устраивает.
Мужчины кивнули. Бленейд повесила на плечо расшитую бисером сумку, и девушки вышли из апартаментов и перешли главную улицу, чтобы выйти на набережную. Бленейд привела Имоджен в кафе на берегу, они сели за столик и заказали себе по стакану апельсинового сока.
Бленейд откинулась на спинку стула и устроилась поудобнее.
– Так ты вернулась во Францию, чтобы работать вместе с Оливером в Париже? – спросила она.
– О нет, – покачала головой Имоджен и пояснила, что устроилась на сезонную работу в Ондо.
– Симпатичный городок, – заметила Бленейд. – Мы туда однажды ездили. Меня, правда, страшно удивило, когда со мной начали разговаривать на другом языке, как только мы пересекли границу. Меня вообще это в Европе всегда поражает, никак не могу привыкнуть.
– Да, я тоже, – согласилась Имоджен. – Но вообще отлично, что книга Поля выйдет на французском, хотя вы, наверное, думали, что сначала ее издадут на испанском.
– Поля вообще не волнует вопрос языка. Он просто хочет, чтобы ее напечатали.
– Оливер очень тщательно над ней работает, – сказала Имоджен.
– Он милый, – ответила Бленейд. – Поль беспокоился относительно редактора, а потом Оливер ему позвонил и был очень доброжелательно и дружески настроен и сказал, что сам приедет с ним встретиться сюда. Поль это оценил.
– Надеюсь, это будет бестселлер. А чем ты занимаешься, когда не ведешь свой блог? Кстати, он великолепен. По-настоящему интересный и глубокий.
– Спасибо, – поблагодарила Бленейд. – Я, конечно, не в лиге Поля, но мне нравится писать. А в свободное время работаю в туристической фирме. Работы хватает. Эта часть страны привлекает много туристов, и здесь есть что показать. А ты чем занимаешься в Ондо? Культурным наследием? Изучаешь достопримечательности? Я слышала, как Оливер сказал, что ты историк. Ты работаешь с ним вместе?
– Я с ним не работаю, – ответила Имоджен. – Как я уже говорила, мы с ним просто старые друзья и встретились недавно снова, вот и все.
– Да? А по тому, как он на тебя смотрит, я бы подумала, что между вами нечто большее, – Бленейд улыбнулась понимающей улыбкой. – Я сначала решила, что у вас служебный роман.
Имоджен вытаращила глаза.
– Да ничего подобного! – воскликнула она. – Вообще.
– Ты как-то уж очень горячо все отрицаешь.
– Я только что освободилась от очень сложных отношений, – сказала Имоджен. – И не собираюсь начинать новые. По крайней мере с Оливером Делиссанджем. Это будет уж слишком.
– Я как раз приходила в себя после разрушительного романа, когда познакомилась с Полем, – заметила Бленейд. – Но как только я его увидела, все изменилось.
– Я не слишком интересую мужчин.
Бленейд фыркнула: «Эй, женщина, вот только не надо кокетства».
– Нет, правда, – против воли Имоджен улыбнулась: – Пожалуйста, не пытайся свести меня с Оливером. Моя мать… она крутила роман с его отцом. Терапия займет годы.
– Нет!
– О да. К сожалению.
– И этот роман плохо закончился?
– Очень плохо.
– Думаю, большинство романов заканчивается плохо, – Бленейд подняла руку и заказала еще два стакана сока.