Сон к ней так и не вернулся.
1 января 1975 года.
Девочка проснулась от страшной боли внизу живота.
Она выкарабкалась из постели и закричала в агонии, покуда боль усиливалась.
— Пресвятая Богородица. О, Господи! — прокричала она.
Мать вбежала к ней в комнату.
— Что за шум?
Она остановилась при виде крови и воды, лившихся по ногам ее дочери. Неожиданно она поняла, что происходит. Перекрестившись, она подошла к девочке и уложила ее на кровать.
— Что ты натворила?
Девочка закричала, потом снова и снова. Мать в ужасе смотрела на дочь, пока та одним единственным толчком произвела на свет ее внука.
Малыш заплакал. Они оба плакали. И никто не знал, что делать. Они все плакали и плакали.
— Я позову акушерку, — сказала девочке мать. — И священника. Он должен знать, что делать.
— Нет!
Девочка вскрикнула пронзительным, переполненным ужаса, голосом.
ДЕНЬ ТРЕТИЙ
1 ЯНВАРЯ 2015 ГОДА
Глава 23
— С Новым годом меня, — сказала Лотти, поднимая жалюзи на кухне.
На улице было темно, и Лотти уставилась на свое лицо в синяках, отражавшееся в окне. Она провела руками по волосам, подумав, что надо бы их постричь и покрасить. Каштановый оттенок тускнел, уступая место тоненькой полосе седых волос. Но у нее были и другие заботы помимо того, как бы не стать похожей на барсука. Черт, она выглядела так, будто билась десять раундов с олимпийским боксером Рагмуллина.
Проверив телефон, она прочла сообщение, пришедшее поздно ночью от отца Джо Бёрка, но не ответила ему. Так даже к лучшему. «Он подозреваемый», — подумала она.
Заняв себя уборкой по кухне, она расплющила пустые бутылки из-под «Кока-Колы» и сложила коробки из-под пиццы в мусорный ящик. Два вечера подряд ее дети ели еду на вынос, что совсем не хорошо. Нужно было сходить в супермаркет, и Лотти надеялась, что «Теско» будет открыт, несмотря на новогоднее утро и всю эту праздничную чепуху. Она открыла шкафы, мысленно составляя список нужных продуктов, а затем вспомнила, что у нее не было ни кошелька, ни банковских карт — ничего.
Высыпав в тарелку две последние упаковки сухого зернового завтрака, Лотти села за стол и задумалась о нападавшем. «Мог ли это быть убийца Салливан и Брауна? Пытался ли он убить ее?» Она отмела эту мысль. Нужно было позаботиться о своих детях.
Ее детях: Хлоя испытывала давление в школе; Кэти боролась с нескончаемыми заданиями в колледже и мысленно замкнулась в себе после смерти Адама; Шон целыми днями играл в приставку. Лотти отчаялась. Как она могла справиться и с ними, и со своей работой? Может, стоило попросить маму приглядывать за ними? Но воспоминания об их последней ссоре были еще свежи.
Вздохнув, Лотти налила кофе в чашку и молоко в тарелку со злаками. Молоко плюхнулось в тарелку плотными сгустками. Подавив позыв рвоты, вызванный кислым запахом, Лотти сделала глоток кофе. «Сигаретка бы не помешала», — подумала она, когда головная боль начала усиливаться. Лотти поискала в ящике болеутоляющие, нашла «Ксанакс» и проглотила таблетку. Обняв свое ноющее тело, она мысленно прогоняла боль прочь.
Вероятно, ее детки проспят до обеда. На следующей неделе их снова ожидали утренние подъемы — обратно в школу.
А ей — на работу.
***
К тому времени, как Лотти доехала до участка, настроение ее было холоднее ледяного ветра, дувшего ей в лицо всю дорогу.
— Кирби, Линч, — скомандовала она, снимая куртку и входя в тесный кабинет.
Названные двое повернулись к ней в своих креслах, посмотрели друг на друга, затем снова на Лотти.
— В мой офис!
«Черт, это же теперь и есть мой офис», — подумала она.
Бойд сидел за своим столом, болтая по телефону. Он посмотрел на Лотти, затем на Кирби и Линч, смирно стоявших перед ней. Кирби барабанил пальцами по карману в жажде закурить, что было запрещено делать в помещениях; выглядел он так, словно голова его раскалывалась от похмелья. Линч собрала волосы в строгий хвост. Лотти кивнула Бойду исчезнуть. Он поспешно завершил телефонный звонок.
— Боже, что с тобой случилось? — спросил он.
— Ничего. — Лотти бросила куртку на спинку стула, избегая его настойчивого взгляда.
— А на мой взгляд, это не выглядит как «ничего». Столкнулась с парочкой стремянок в коридоре?
— Позже расскажу.
— Не хотел бы я увидеть того второго.
— Отстань, Бойд. Это был какой-то мелкий воришка в промышленном квартале, недалеко от старого зернового магазина. Возможно, какой-то наркоман, один из тех, что снуют по железнодорожным путям, хотел поживиться. Он забрал у меня сумку.