Он пожал плечами.
— Зачем же ты здесь осталась? Ужасно, должно быть, жить в том же доме.
— Из-за мамы, — просто ответила я и объяснила: ей необходимо было оставаться в доме, где мы всегда жили, на случай чудесного появления Чарли.
Он покачал головой.
— Об этом я и говорю, Сара. Пускай она не уезжает, ладно. Это ее дело. Почему тебе обязательно с ней жить? Она взрослый человек. Даже если она губит свою жизнь, из этого не следует, что и ты должна губить свою.
— Я не могу ее бросить. — Я снова и снова машинально водила ногтем по шву джинсов. — Все остальные ее бросили. Я не могу так с ней поступить.
— Как не можешь оставить Джеффа, лежащего в коме, — напористо сказал Блейк. — Я не очень-то удивился, найдя тебя здесь. — Он подался вперед. — Ты хоть осознаешь, что при другом раскладе — если бы ты рассказала мне о его поведении — ему могли предъявить обвинение в преследовании?
Я не подняла взгляда.
— Это совсем не тот человек, из-за которого ты должна страдать, — произнес Блейк, наполовину раздраженно, наполовину сочувственно. — Ты можешь даже сказать, что он получил по заслугам.
— Ты же так не думаешь.
Блейк вздохнул.
— Он вел себя как самоуверенный самец, Сара, не принимавший отказа. Тебя обижают со всех сторон. Пора научиться защищаться.
Шмыгнув носом, я попыталась загнать внутрь слезы, от которых уже щипало в носу. Блейк схватил с соседнего столика коробку бумажных салфеток и протянул мне.
— Это твое профессиональное мнение?
Я не потрудилась скрыть сарказма.
— Прошу прощения, — натянуто отозвался он. — С тобой мне трудновато вести себя профессионально.
Последовало краткое, неловкое молчание, так как оба мы вспомнили о последней нашей встрече, когда он вел себя в моем присутствии абсолютно непрофессионально. Я не смела поднять на него глаза.
— Я обещал себе, что не стану этого делать, — сказал Блейк в основном самому себе, — но я просто тебя не понимаю. Не знаю, откуда у тебя эта хромота и этот синяк на лице — сегодня утром я его увидел, поэтому нет смысла скрывать его теперь. Я не понимаю, как это, — он обвел рукой комнату, — сочетается с твоим появлением у меня в квартире в тот вечер.
Прежде чем ответить, я высморкалась, решив начать со второй части вопроса.
— Я прошу за это прощения. Мне не следовало приходить. Просто я… мне нужно было сделать нечто спонтанное. Хоть раз что-то почувствовать. В тот вечер у меня возникло ощущение, будто меня затягивают зыбучие пески. И ты казался опорой, за которую можно было ухватиться. — Я рискнула взглянуть на него. — По-моему, ты не возражал.
Он пожал плечами.
— Да нет, не возражал. Но дело-то не в этом.
— Послушай, то, что случилось в тот вечер… было великолепно. Но это не моя жизнь. Моя жизнь — день за днем ходить в школу, надеясь, что я достаточно хорошо выполняю свою работу. Вечерами возвращаться домой, никогда не зная, что меня там ждет. В хорошие вечера я сижу дома и проверяю тетради, пока мама напивается до отключки. В плохие вечера… ну, я делаю в основном то же самое. Может, мне это и не нравится, но таково положение вещей. Несколько дней назад я на минуту почувствовала необходимость сделать перерыв и оказалась достаточно храброй и глупой, чтобы это осуществить. Вероятно, мне следовало найти кого-то другого, чтобы переспать, а не человека, который связан с этим делом, но я просто…
Я умолкла. Я не могла произнести следующие два слова в этой безликой, безжизненной комнате. «Хотела тебя». Это было выше моих сил.
— Я уже сказал, что не возражаю. — По голосу Блейка стало ясно: мыслями он где-то далеко.
Я откинулась на стуле.
— Наверное, лучше оставить все как есть.
Я имела в виду: «Не пытайся меня понять. Не пытайся меня излечить. Я погибла безвозвратно».
Он же явно подумал, будто я говорю о Джеффе.
— Ты же не собираешься возвращаться туда и изображать из себя падающую в обморок невесту? — с отвращением спросил он. — Я был лучшего мнения о тебе, Сара. Все медсестры думают, будто для тебя это большая трагедия, а на самом деле ты просто любишь внимание.
— Нет, — гневно возразила я. — Я просто хотела…
— Тебе просто нужен еще один повод, чтобы убежать от собственной жизни. А когда он очнется, ты станешь его главной сиделкой? Будешь за ним бегать и позволишь ему решать, как тебе жить, чего он и хотел с самого начала? И он будет помыкать тобой вместо твоей матери?