— Тем более надо торопиться, — поддержал его капитан, — потому что этот Моррисон Шнайдер, — американский авантюрист на японских кормах, — с бандой таких же, как он головорезов засел где-то в глубине джунглей. Насколько мне известно, он заигрывает с Чаном. В данный момент японцам выгодно мутить воду, а значит, если Шнайдер и Чан столкуются и провезут оружие, заполыхает вся Внутренняя Индия.
— Как, по-вашему, удалось этим мерзавцам столкнуться? — задал вопрос Ржавый.
— Пока они друг друга не трогают. Их банды держатся каждая сама по себе. Но Чан в любой момент может выкинуть фортель.
— Лично я убежденный сторонник «круглого стола», — подал свою реплику Малец, поскольку взгляды всех присутствующих обратились на него. — Быть может, мирным путем удастся достичь большего результата?
— Не думаю, — возразил генерал. — Время поджимает, и надо выработать общую позицию, прежде чем поступит партия оружия. Чана мы пригласили на переговоры, но он разумеется, не явился. По вашей просьбе мы отправили к нему посланца и уведомили, что ваше высочество намерены посетить генерала Чана. Он ответил, что ждет вас.
— К сожалению, — вмешался Ржавый, — нам не удалось отговорить его высочество от этой затеи.
— Нет! — решительно воскликнул Малец, смекнув, что на сей раз он действительно отстаивает точку зрения принца. — Я считаю, что, пока остается хоть какая-то надежда на мирное урегулирование, нельзя хвататься за оружие. Я желаю побеседовать с Чаном лично.
— Очень трудный и опасный замысел. Снарядить с его высочеством отряд мы не можем — это все равно, что перед быком махать красной тряпкой, а отправиться с несколькими проводниками в джунгли…
Речь генерала была прервана внезапно вошедшим адъютантом.
— Некий матрос с крейсера «Роджер» спрашивает его высочество принца Сюдэссекского.
— Что ему нужно? — неуверенно поинтересовался Ржавый, понимая, что, если кто-то из его сообщников заявится сюда, беды не миновать. — Пусть войдет.
Матрос шагнул внутрь, замер по стойке «смирно» и отсалютовал.
— Честь имею доложить…
Взгляды присутствующих устремились к вытянувшемуся в струнку моряку в белоснежной форме.
Это был его высочество принц Сюдэссекский.
Побег удался благодаря исключительной находчивости принца. После того, как праздничная церемония прибытия в порт была завершена, с капитанского мостика прозвучала отрывистая команда Грязнули Фреда:
— Пива!
Команду встретили всеобщим энтузиазмом: запасы пива на крейсере подходили к концу, и потому у очередного бочонка выбивали дно лишь в редких случаях. Сейчас, по мнению Грязнули Фреда, был именно такой случай, и, дабы поднять настроение тоскующим в трюме пленникам, он самолично сопроводил матроса, который отнес им две кружки пива. Брэдфорд сухо отклонил все попытки к сближению, зато принц вынужден был признать, что самое разумное в его положении — опрокинуть кружечку холодного пива. Поднимая кружку, он машинально сделал приветственный жест в сторону самозваного капитана крейсера.
— Нет ли у вашего высочества каких пожеланий? — галантно осведомился Грязнуля Фред, которого капитанская форма делала великодушным.
— О да! Мне бы хотелось получить в услужение одного из своих матросов. Даю слово офицера, что он не сбежит.
Оба матроса, захваченные вместе с принцем, были заперты в отдельном трюме. Грязнуля Фред прекрасно понимал, что на слово принца можно положиться, поэтому тотчас распорядился приставить одного из пленных матросов к высоким гостям.
Новый слуга сновал между камбузом и трюмом, приносил господам то кофе, то воду со льдом. Никто не препятствовал этим хождениям, ведь старший по званию поручился за него своим честным словом, словом настоящего джентльмена.
Матрос действительно не сбежал с корабля. Но ведь юный полковник не давал слова, что сам не устроит побега. Он поменялся с матросом одеждой; взяв поднос с посудой, прошел по полуосвещенному коридору и, улучив момент, из кладовки за камбузом, через иллюминатор выбрался наружу и спустился в джонку.
Таким образом принц и объявился в гостевой резиденции крепости к самому концу военного совета.
В безукоризненной белой матросской форме, неподвижно замерев в стойке «смирно», принц остановился у двери, и лишь в глазах у него прыгали искорки победного веселья. Самозванцы оторопели, а местные офицеры с легким любопытством посматривали на вновь прибывшего, не подозревая всей значимости момента.
— Честь имею доложить, — повторил матрос, — получена радиограмма в ответ на запрос вашего высочества относительно крейсера «Белморэл».