Бум, бум, бум, БУ-УМ!
Гранаты рвались, точно гигантские фейерверки. В темноте Крэйгу даже удалось разглядеть вспышки света от взрывов.
Бум, бум, бум, БУ-УМ!
Разрывы гранат эхом отдались от склона горы. В темноте, где прятались моряки, раздались тихие восклицания. Все понимали, что это за взрывы.
Крэйг сдержал дыхание в ожидании. Нападение продолжалось. Теперь, независимо от результатов, было уже слишком поздно отступать. Убить или быть убитым — так стоял теперь вопрос. Победить — или потерпеть поражение, уничтожить — или быть уничтоженными. Поскольку все знали, что сейчас будет происходить в храме, людей не нужно было ни в чем убеждать. Никакой милости Огрумам. Взорвать их, скосить очередями, убить, уничтожить!
Крэйг ждал. В темноте стучали автоматы. Гремели взрывы гранат. Затем он увидел то, чего ждал. Из ангара вырвались языки пламени.
Гнездо стервятников было в огне!
И огонь все разгорался.
— Уходите! — хрипло выкрикнул Крэйг. — Возвращайтесь. Убирайтесь оттуда!
Он говорил сам с собой, нападавшие на ангар не могли его услышать. Их отступление было следующей фазой нападения. Отступить и выманить Огрумов за собой.
И люди стали отступать. В ангаре гудело пламя. Ангар был построен из камня, и стены его не стали бы гореть, но длинные языки огня вырвались из открытых дверей.
Еще несколько минут после того, как началось нападение, в храме продолжали бить барабаны. На секунду, когда раздался первый взрыв, показалось, что барабаны сбились с ритма, но они туг же поправились, и барабанный бой продолжался. Однако последующие взрывы оказали свой эффект.
Барабаны умолкли. Огрумы стали выбегать из храма. Луна еще не взошла. Горящий ангар был единственным освещением. В его свете Крэйг видел потоки тварей, мчавшихся изо всех выходов.
Несколько минут царило смятение. Происходило что-то, чего не было в их планах. Огрумы не понимали, что за взрывы они слышат и что происходит с ангаром. Но в конечном итоге до них дошло, что это было нападение и враг отступает. Вспышки автоматных очередей показывали те места, где отступали неведомые враги. И Огрумы ринулись за ними.
Одновременно в городе начали появляться вспышки света. Колеблющиеся языки пламени перепрыгивали с одной соломенной хижины на другую, освещая все вокруг себя. На противоположной стороне города небо начало светлеть. Массы Огрумов, изумленных новым зрелищем, остановились в замешательстве. Город был в огне. Огрумы не поняли, в чем дело, и поспешили к очагам пожара.
— Первая и вторая фазы нападения выполнены, — сказал Крэйг своим людям. — Теперь начинается третья фаза. Вперед! Наш выход!
Нападение на ангар, отступление и поджег города были выполнены на отлично. На противоположной стороне города команда факельщиков продолжала поджигать хижины. Но они тоже постепенно отступали, оттягивая на себя часть Огрумов.
«Нападение проходит успешно! — торжествующе подумал Крэйг. — Мы спалили их самолеты и подожгли город. Пока до них дойдет, что происходит, мы освободим пленников. Мы победили! — горела у него в мозгу единственная мысль. — Мы победили. Вонючка, Марджи и команда «Айдахо» — все будут спасены!»
Крэйг возглавил отряд моряков, двинувшийся прямо к той части храма, где держали пленников. Чтобы спасти их, нужно было пробиться в самое сердце здания.
Выстроившись испытанной римской фалангой, которая когда-то внушала такой страх варварам и выглядела, как построившиеся клином воины, они шли по городу Огрумов. Древние римляне были вооружены копьями, мечами и щитами, а моряки несли автоматы Томпсона и гранаты, но эффект был одинаковый — стремительно продвигающийся вперед отряд людей невозможно было остановить.
Огрумы этого не ожидали. Они пытались погасить бушующие в городе пожары. Не встречая никакого организованного сопротивления и сметая с пути случайно подвернувшихся Огрумов, моряки ворвались в храм и пошли через него. Словно слаженная команда, выполняющая давно разученный маневр, задний рад остался у входа. Крэйг не хотел оставлять свой тыл неприкрытым, чтобы оставалась возможность для отступления.
На огромной арене горстка одетых в желтое стражников окружала озерцо кипящей лавы. Все остальные Огрумы покинули храм.
— Убить их! — мрачно приказал Крэйг.
Загремели автоматы там, что являлось первым основанным на Земле храмом Солнца. Когда же моряки увидели связанного человека, которого готовились принести в жертву светящемуся, вечно голодному чудовищу, храмовые жрецы потеряли последние шансы уцелеть.
Жертва была уже подготовлена. Моряки успели в последний момент.
Две минуты спустя после того, как отряд вошел в храм, на открытой арене в центре здания не осталось в живых ни одного жреца. Крэйг принялся вышибать запоры клеток, где томились пленники. Капитан Вонючка Хиггинс помогал ему изнутри. Возле капитана стояла Марджи Шарп. Хиггинс бросил странный взгляд на лицо Крэйга.
— Боже мой, Крэйг… — только и сказал он, когда столбы клеток рухнули.
Крэйг почувствовал, как затрещали суставы, когда капитан пожал ему руку.
Лицо девушки было белым, как известь, но она держала себя в руках.
— Доктор Ливингстон, я полагаю? — сумела пошутить она, глядя на Крэйга, а затем потеряла сознание.
— Нет-нет, все в порядке, — сказал Хиггинс в ответ на безумные вопросы Крэйга. — Это просто обморок. Она — и все мы — были тут в аду. Эти проклятые твари ворвались в клетку и схватили одного из нас. Мы смотрели, как его готовятся бросить в кипящую лаву. Крэйг, а как вы оказались здесь? — ошеломленно спросил Хиггинс.
Пленники позади него выходили из громадной клетки.
— Сейчас не время объяснять, — поспешно сказал Крэйг. — Нужно убираться отсюда. Каждый из нас принес лишний автомат и столько гранат, сколько смог унести. У нас будет чем отбиваться по пути к горам…
Моряки уже раздавали запасное оружие своим товарищам, побывавшим в плену. Выражение лиц бывших пленников, когда они нетерпеливо хватали автоматы, не сулило ничего хорошего любому Огруму, который попытался бы их задержать. Тем временем Крэйг и Хиггинс привели в чувства Марджи Шарп. Того, кого Огрумы выбрали жертвой, тоже уже развязали.
— Все! — закричал Крэйг.
Моряки длинной цепочкой побежали через храм к выходу. Вырвавшись наружу, они снова построились бы фалангой и пробились через любое оцепление. Ни малейших звуков не доносилось от выхода, показывая, что Огрумы еще не обнаружили, что их пленники освобождены.
— Мы победили! — хрипло выкрикнул Крэйг. — Мы обманули этих дьяволов!
— Вы совершили чудо, — сказал капитан Хиггинс. — Если мы вернемся домой, вы получите за это медаль Конгресса.
— Спасибо, — усмехнулся Крэйг, но усмешка тут же слетела с его лица. — А это что? — резко сказал он.
От выхода, который был уже рядом, донесся дробный стук автоматных очередей.
— Это охрана у выхода! — крикнул какой-то моряк. — Они в кого-то стреляют!
Крэйг приказал всем остановиться, а они с Хиггинсом бросились к выходу. Из отверстия, служащее в храме дверями, лился мутный свет. Охрана затаилась в самом проходе. А по проходу навстречу Крэйгу бежал энсин[3].
— Это ловушка! — кричал он. — Храм окружен! Там тысячи Огрумов. Они нарочно дали нам войти в храм, чтобы запереть нас внутри.
— Это невозможно, — прошептал Крэйг.
— Поверьте уж, что это правда, — ответил энсин. — Они заманили нас в ловушку. Должно быть, они сразу же поняли, что мы хотим предпринять. Они позволили нам начать. И теперь мы пойманы, как крысы в западне.
Значение его слов было ясно. В прямую энсин не обвинял Крэйг, но его тон намекал, что это именно Крэйг привел всех в ловушку.
Автоматы продолжали стрелять. Словно в ответ им, снаружи раздался нестройный хор голосов — боевые кличи Огрумов. Крэйг бросился к выходу и выглянул наружу.
Храм был полностью окружен. По тому, что он видел, Крэйг не сомневался, что окружено все здание. Огрумы бросили бороться с пожарами. Стало очевидно, что они всего лишь притворялись, что борются с огнем, а сами тем времени поджидали, пока отряд Крэйга войдет в храм.