Ленгли заморгал.
— Шпионы! Только не в Америке! Туг нет никаких шпионов.
Молодой человек едва заметно улыбнулся.
— Боюсь тут, месье, вы ошибаетесь. В любом случае нужно быть осторожным. Однако я пришел к вам не для того, чтобы говорить о шпионах, — продолжал молодой человек. А потом он снова указал на вырезку. — Вы раньше слышали о чем-то подобном?
Ленгли виновато покачал головой.
— Боюсь, я почти не читаю газет. Новости с полей войны в Европе мне не по нраву. К счастью, у меня и без того полным-полно работы…
Ленгли увидел, насколько его слова поразили молодого человека.
— Да, месье. Война претит всем нам, — он выдержал паузу, а потом упрямо продолжил: — Вы ученый, и очень наука — работа всей вашей жизни. Но жизни миллионов людей могут зависеть от вашей работы. Поэтому я и приехал к вам. Нам нужна ваша помощь… Мы очень нуждаемся в вас. Если наши враги и в самом деле использовали ракеты, это угроза для всей нации…
— Моя помощь… — печально протянул Ленгли. Потом он еще раз взглянул в лицо молодого человека, и ему показалось, что он видит не только его, а еще миллион молодых людей, на лицах которых написаны такой же страх и неуверенность. Они в самом деле нуждались в его помощи. — Только вот я не знаю… — начал было ученый, а потом замолчал.
Идея, пришедшая ему в голову, вызвала недоумение. Ленгли провел много лет, экспериментируя с ракетами. Он много лет мечтал построить ракету, которую можно было бы использовать как космически корабль. Он видел модель такого корабля и видел, как тот летает. Ландстрет — его учитель, светлая ему память, смастерил как-то такую ракету, но его секрет ушел вместе с ним в могилу. С тех пор Ленгли знал, что никогда не успокоится до тех пор, пока сам не создаст еще одну такую модель. И теперь этот молодой человек — Ленгли заставлял себя не думать, о том, что перед ним офицер, — предлагал ему шанс…
— Но от меня-то вы что хотите? — поинтересовался Ленгли.
Молодой лейтенант глубоко вздохнул. Сверкнув глазами, он схватил руку Ленгли и на мгновение сжал ее.
— Спасибо, господин Ленгли, — прошептал он. — С помощью великого Мартина Ленгли мы обязательно победим. Мы должны разгадать загадку. Если мы не сможем найти защиту от этого оружия, а наши ученые уже признались в собственном бессилии, то нам по крайней мере нужно найти что-то адекватное для принятия ответных мир. Иначе наш враг…
В тот же миг Ленгли побледнел, как полотно.
— Нет, — объявил он. — Нет! — Он потер лоб рукой, не зная, что еще и сказать. — Моя работа исключительно мирная, никакой войны. Моя страна поддерживает нейтралитет. И более того лейтенант, я всю свою жизнь был пацифистом. Вы просите от меня невозможного.
— Вы не понимаете! Эта война навязана нам… Она ведется против невинных людей. Наши солдаты готовы умереть в бою, но новое оружие… Это переходит все границы. У нас есть подозрение, что наши враги могут посылать эти ракеты за сотни километров, убивая женщин и детей, которые и так страдают… Мы хотим создать подобное оружие лишь для того, чтобы продемонстрировать его врагу и пригрозить: если они станут использовать его, мы им также воспользуемся.
Ленгли медленно покачал головой.
— Мне жаль, — протянул он. — Это не моя война…
Ракета влетела через большой эркер за спиной лейтенанта, раздался страшный грохот… От взрыва дом качнуло. Сбитый с ног ударной волной Ленгли отлетел к стене. Он навсегда запомнил смертоносный вихрь пыли и медленно падающие кирпичи с оседающего потолка. Потом он вспомнил, что офицер говорил о шпионах. А потом… Потом словно чья-то огромная рука закрыла ему глаза…
— Доктор сказал: «Необходимо, чтобы вы хорошенько отдохнули», — молодая сиделка в белом улыбнулась Мартину Ленгли.
Ленгли едва разглядел ее силуэт сквозь красный туман, застилавший ему взор. Он смотрел, словно через визор расфокусированного фотоаппарата. Однако, собравшись с силами, он все-таки задал вопрос. И первыми словами, которые он произнес, были:
— Как лейтенант?
— Он в порядке. Когда вы сможете говорить с ним, он непременно к вам заглянет.
Ленгли уставился в потолок. Постепенно в его сердце начал разгораться огонь гнева.
— Вы знаете, что произошло? — спросил он у медсестры.
Она успокаивающе улыбнулась ему, а потом сказала:
— Вам, мистер Ленгли, не надо так волноваться.
Именно в этот миг Ленгли увидел лейтенанта Андрэ, который появился за спиной медсестры. В этот раз молодой человек был одет в военную форму своей страны. Только вот лицо его оказалось наполовину скрыто повязками. Левая рука его висела на ремне, а другой он отдал салют, поднеся её к фуражке, когда навис над кроватью Ленгли. Мгновение казалось, что сестра вот-вот погонит его прочь, но потом, взглянув на Ленгли, она улыбнулась и отошла.
— Вы в порядке, месье? — с тревогой в голосе поинтересовался молодой человек, а потом добавил, словно уговаривая себя: — Конечно, в порядке. Врачи мне все рассказали.
Через час я уезжаю на родину, и я зашел сказать вам, насколько мне обидно, что причинил вам такие неприятности. Наши враги не остановятся ни перед чем, — он посмотрел на ученого, и тот увидел, что губы молодого человека бледные, как из пепел. — Простите, месье, мне слишком тяжело сдерживать свои чувства.
В этот момент Мартин Ленгли понял, что сделает, как только выйдет из больницы.
Иногда он даже самому себе казался странным. А в этот раз спокойного Ленгли охватил приступ холодной ярости. Его глаза горели диким блеском. Неожиданно он сел в постели.
— Если вы подождете, пока я оденусь, лейтенант, я присоединюсь к вам, — сказал он совершенно спокойно. — Эти ракеты заинтересовали меня.
А через четыре дня Мартин Ленгли вышел из летающего судна, которое забрало его на Азорских островах. Туда он добрался на крейсере, который высадил его в тридцати милях от Сэнди-Хука. А потом был самолет. И вот Ленгли стоял на чужой земле.
В комнате собрались шесть человек. Мартин Ленгли оглядел их мрачные лица. В комнате было тяжело дышать от сигаретного дыма. Стопки бумаги лежали на огромном круглом столе. Эти несколько высокопоставленных офицеров из корпуса разведки внимательно слушали майора Брилларда. Майор говорил спокойно, но в его голосе звучали мрачные нотки. Словно сама смерть, раскинула свои крылья над собравшимися.
— … и теперь мы определенно знаем, что наш враг изготовил подобные реактивные снаряды в огромном количестве. До сих пор они, судя по всему, лишь экспериментировали с ними. В противном случае, если бы они начали массированный обстрел… — тут майор запнулся. — Но они не станут делать этого, пока не будут готовы нанести главный удар. Пока у них не будет тысячи таких ракет, готовых к запуску. Нам надо быть готовыми к тому моменту. Иначе наша страна будет полностью и окончательно уничтожена.
— Отлично, — объявил Ленгли. — Тогда покажите то, с чем мы имеем дело.
Военные отвели ученого в лабораторию, показали ему куски искореженного металла, железа, меди, фрагменты корпуса — это все, что оставалось от ракет, только обломки.
Лейтенант Андрэ отправился в лабораторию вместе с Ленгли. В течение ближайших нескольких часов ученый был еще больше разочарован. Все обломки ракет оказались слишком сильно деформированы, чтобы можно было что-то сказать о том, как они устроены.
— Я должен получить одну из этих ракет целой, — не задумываясь, объявил ученый. — Ту, которая не взорвалась.
— Невозможно! Мы надеялись, что вы сможете воссоздать ее по обломкам. Конечно, наши патрули предупреждены, и если хотя бы одна из ракет не взорвется, ее тотчас доставят сюда.
— Нужно сделать ловушку, — объявил Ленгли. — Сети. Маты и мягкая грязь. Даже разрывные снаряды часто не взрываются, если попадают во что-нибудь мягкое.
— Мы не уверены, что они используют контактное взрывчатое вещество. Быть может, у них временный взрыватель.