– Джеймс, а они очень сильно пострадали?
От него лишь требовалось сообщить мне, что у меня нет повода чего-либо опасаться.
– Медсестра сказала, что Мэтт в коме, а больше я о нем пока ничего не знаю.
Я крепко зажмурилась. Мне необходимо было задать еще один вопрос.
– А Кэти?
Джеймс издал необычный звук, и я сообразила – он изо всех сил старается не расплакаться.
– К сожалению, Кэти не выкарабкалась, – прошептал он.
– Что?
– Кэти умерла, Ханна.
Глава 58
Закончив разговор с Джеймсом, я положила голову на руль. Я не знала, как мне быть дальше. При мысли о смерти Кэти меня начало трясти. Что я наделала? Зачем мне вообще нужно было так упорно разыскивать Мэтта? Надо было прислушаться к совету Кэти и забыть о нем. Могла бы догадаться: подруга дает мне этот совет не без особой на то причины.
Мои руки по-прежнему остались липкими, и когда я попыталась вытереть их о джинсы, то почувствовала нечто, намотавшееся на пальцы. Я смотрела на пряди длинных белокурых волос Кэти, от которых так пока и не смогла избавиться. На секунду они показались мне очень похожими на пучок волос Мэтта, который я сняла с гвоздя на чердаке.
Я взвизгнула. На пассажирском сиденье лежала бутылка с водой, и я стала лить ее себе на руки, вздрагивая каждый раз, когда снимала очередную прядь. Достала бумажные носовые платки и принялась протирать руки снова и снова, пока они не стали чистыми.
Мой телефон издал сигнал, и я опять чуть не ударилась головой о крышу машины. Я бы сейчас отдала все, чтобы сообщение пришло от Кэти. Но теперь я уже никогда не получу никаких текстов ни от нее, ни от Мэтта. Глаза наполнились слезами. Они были мерзавцами, оба обманывавшими меня самым жестоким образом. Мне следовало помнить об этом, иначе я просто сломаюсь.
У меня сжалось сердце, когда я увидела, что сообщение отправил отец.
Я только что снова разговаривал с Алексом Хьюзом. Хотел замолвить за тебя словечко. Он сказал мне, что уже слышал от одного из сотрудников о твоей беременности. Он думал, что и мне это известно. Ты в очередной раз солгала мне. Солгала, глядя в лицо. Твоя мама знает обо всем?
Я набрала его номер. Мне нужно было срочно поговорить с ним, объяснить, что к маме все это не имело никакого отношения. Но отец не отвечал на вызов. Тогда я позвонила его секретарю.
– Ханна, вы с ним разминулись, – сказала она. – Он сел в машину и поехал домой.
В ее голосе звучало раздражение, и я догадалась, что и ей перепало от отца. Зато теперь я знала, что нужно сделать: перестать притворяться, будто ничего не происходит. Настало время положить всему конец. Я набрала номер маминого мобильного телефона. И за те секунды, пока происходило соединение, я осознала: Мэтт находился в таком же положении, живя со мной, и мысль так ужаснула меня, что я нарочно ударилась головой в оконное стекло.
– Мамочка, уходи из дома! – выпалила я.
– Что?
– Отец едет домой, в ярости.
Воцарилось молчание. Прежде я не уделяла особого внимания их «ссорам», как называл их отец. Но теперь мне становилось плохо при воспоминании о них. Я ни разу толком не разговаривала с матерью об отце, как никогда не рассказывала о чертах собственного характера.
– Все будет в порядке, – произнесла она после паузы. – Я сумею успокоить его.
Но я знала, что означали ее слова. Сколько лет я отводила глаза от многочисленных синяков на ее лице. Она и хромала при нашей последней встрече, потому что «сумела успокоить» его. Но сейчас я была в таком стрессе после случившегося с Кэти и Мэттом, что не сдержалась и крикнула:
– Почему ты терпишь все это?
– Он ведь мой муж, Ханна, – неожиданно резко отозвалась мать. – Не волнуйся, я сумею с ним справиться.
А я вспомнила, как отец целовал Хелен, крепко обняв и прижав к себе. Целовал прямо на улице, ни о чем и ни о ком не беспокоясь. Я глубоко вдохнула.
– Твой муж? Да открой же глаза, мама! У него интрижка на стороне. Я сама видела это.
Снова воцарилось молчание, а потом она спросила:
– Ты действительно сама все видела?
Вот она – болевая точка! С мамой отец мог творить что угодно, и она прощала его, но измена… Я вспомнила старую фразу: «Он, конечно, подонок, но он – мой подонок». До меня прежде не доходил истинный смысл этого заявления.
– У меня даже есть фотографии. Но сейчас, мамочка, тебе лучше уйти. Он обезумел от злости на меня, но сорвет ее на тебе. Уходи, пока не поздно. – Перед моим мысленным взором возникло тело Кэти на асфальте под балконом квартиры Мэтта и сам Мэтт, лежавший в луже крови. – Уходи, пока он не убил тебя!
– Сколько у меня времени? – вдруг спросила мама.