— Сейчас, погоди, котик, — шептала Наталья и, когда ей наконец удалось сдвинуть второй ящик, переноска оказалось у нее в руках. — Ну вот… готово! — она подумала, потом открыла дверцу, опасаясь, что кот рванет сломя голову и поцарапает ее, но тот вышел медленно озираясь и тотчас прильнул к ней. Кот дрожал и жалобно мяукал.
— Ладно, ладно, давай откроем этот чертов люк, — сказала она, радуясь, что хоть с кем-то может перекинуться парой слов.
Сверившись со схемой на крышке люка, она одновременно нажала два рычага и повернула вращающееся кольцо, одновременно приподняв крышку.
Люк подался.
Волна свежего воздуха ударила ей в лицо и она зажмурилась.
Кот, почуяв свободу и относительную безопасность ринулся в проем и буквально мгновение спустя она услышала сдавленный крик, звон рассыпанных столовых предметов, невнятное ругательство, а вслед за ними — характерное шипение.
— Э-э-э! Откуда тут кот? — сказал сначала один голос, а буквально через секунду второй добавил:
— Кот? Откуда тут посторонняя женщина из багажного отсека, вот что меня интересует!
Это произнес мужской голос и когда Наталья обернулась, то увидела за спиной молодого стюарда с круглыми от удивления глазами.
— Вы откуда тут взялись? — спросил он строгим поставленным голосом, хотя было видно, что он испугался не меньше самой Натальи.
— Я? Я — оттуда, — Наталья кивком указала на люк, из которого выползла уже почти наполовину.
— Как вы туда попали? — он попятился, пока не наткнулся на стену за спиной, тогда он пошарил за каким-то шкафчиком и в руке его появилась белая трубка, в которую он запинающимся голосом произнес:
— У нас ЧП, на борту посторонние.
Потом он выслушал ответ и хотела было уже что-то сказать, как в помещение вошла испуганная стюардесса — модельной внешности девушка со значком авиакомпании на форменной блузке и со сбившейся набок пилоткой. Она взглянула на Наташу, но словно бы даже не заметила ее и сказала:
— Там… там в первом классе какой-то… дед с протезом. — Девушка была совершенно белая. — Я точно помню, что его не было на посадке.
За стеной, видимо в кухонном помещении снова что-то упало, на этот раз более отчетливо и тогда самолет снова тряхнуло.
На этот раз с такой силой, что молоденький стюард не устоял и упал на одно колено.
— Вниманию пассажиров, мы проходим зону сильной турбулентности над Атлантическим океаном. Просьба пристегнуть ремни и выполнять указания бортпроводников.
Наталья всего пару раз заговаривала с соседом, один раз когда они встретились лицом к лицу поздно вечером и второй раз, когда она затаскивала Лешкин велосипед и он откуда ни возьмись — вызвался ей помочь, а после даже оставил свой телефон, вдруг ей нужны будут билеты, да и вообще.
Конечно, она не позвонила, но теперь была абсолютно уверена — что голос пилота — это голос ее соседа. Артур. Так он представился.
Самолет стал крениться влево и сильно задрожал. В салоне послышались крики, чей-то плач и топот ног. Одна из проводниц ринулась внутрь, другая осталась стоять на месте, расширенными от ужаса глазами глядя на Наталью.
— Вы… вы тут мальчика не видели? Алеша зовут. Светлые волосы, одет в летние шорты, майка «Адидас», на шее родимое пятно. Он может быть тут, в самолете… — она умоляюще переводила взгляд со стюарда на его коллегу — но те молчали.
— Кто вы такие? — снова произнес парень белыми губами. Крен самолёта усилился. Пилоту не удавалось выровнять огромную махину.
Наталья покачала головой.
— Вы террористы? Вы взорвали самолет? — он посмотрел на раскрытый люк в багажный отсек.
— Нет… — Наталья не знала, что ему ответить, так чтобы он поверил. — Я…я просто ищу своего сына. Он пропал…
— Сына? — переспросила проводница, пытаясь понять вопрос. — Все дети едут с родителями. Посторонних детей на борту нет. Это точно. Если конечно…
— Что?! — Наталья с надеждой посмотрела на нее. — Что? Говорите!
— Если конечно он не появился так же как вы.
— Нет, нет… он мог появиться раньше. Мог…
— Когда раньше? — стюард, кажется, овладел собой и поднялся с пола.
Все переборки огромного стального лайнера трещали и лопались от сильнейших перегрузок.
— Я… я не знаю. Утром, в понедельник, сегодня утром.
— Сегодня пятница, — хмуро сказал стюард.
— Пятница?
Он покачал головой.
— Да, пятница. Двацдатое августа. Рейс триста одиннадцать Москва-Нью-Йорк.
— Двадцатое августа? — Наталья провела рукой по голове, а когда отняла руку, поняла, что бортпроводники увидели кровь. — Какого года? — взмолилась она.
Стюард вцепился в рукоятку возле него, потому что самолет снижался так резко, что в салоне было невозможно устоять.