–И не было!
–И не будет!
Выступил каждый из братьев. Но они сделали это одновременно и создали гвалт. Шеф устало потёр виски – лернейская змея – тварь необыкновенная, она приносит разрушения и ядом, и огнём, вырывающимся из каждой пасти, а их, между прочим, семь! а ещё она вёрткая, с шипастым хвостом и уродливым телом…такую и поймать было нелегко!
Один из братьев-змеевиков, чувствуя, что их убеждениям никто не верит, напомнил:
–Лернейская плюётся огнём, значит, в категории драконов!
А ведь верно! Шеф даже приободрился и напустился на отдел драконников – всю священную девятку, хранителей огнедышащих.
Девятка загалдела. Разношерстная, она возмутилась от несправедливого обвинения одновременно, принялась отбиваться.
–Она змея! Зме-я!
–Её у нас не было!
–Да когда у нас что пропадало?
–Это не наша вина!
–Друзья! – громыхнул Шеф, – кто-то виноват. Мы выясним кто и покараем. Но прежде, подумайте сами, подумайте! Опасное существо исчезло из своей клетки. Как это вообще произошло?
Это хороший вопрос. Альбер подумал, вспоминая, и заметил:
–Клетка лернейской змеи имеет только один способ открывания – сверху.
Собрание притихло. Все думали об одном. Если раньше можно было ещё предположить, что какая-то тварь просто удрала по халатности, то открывающийся лишь сверху домик – это след человека.
–Кто дежурил? – голос Шефа от волнения сбился.
Полевики переглянулись и, не дожидаясь приказа, улавливая его ещё на стадии подготовки, бросились к дверям зала собраний, запирая каждую из дверей. Напряжение усиливалось.
–Признайтесь! – вещал шеф. В эту минуту он походил на какого-то жреца, не меньше. – признайтесь, и мы сможем уладить. Вы сами видите происходящее. Мы всё равно узнаем, но тогда судить уже можем мы. А ситуация выглядит так: редкое существо похищено кем-то из присутствующих здесь, кем-то из сотрудников Центра. Похищено, как я полагаю, с жаждой наживы. Под подозрением охранники, смотрители, и те, кто работал с Лернейской тварью!
–Лернейской змеёй! – неосторожно брякнул Лепницкий, чуя, что с ним ещё, похоже, не кончено.
–Послушайте, но это смешно. Давайте просто всех допросим! – Амалия, специалист по фантастическим растениям, поднялась со своего места и победно оглядела всех. – Мы просто должны узнать, кто работал с этой…змеёй. Разве это сложно?
Шеф избегал смотреть на неё. Амалия была заслуженной работницей, открыла кое-что за годы своей работы, но в ближайшем сезоне планировалось сокращение бюджета Центра, и нужно было кем-то жертвовать. Амалия же гналась впустую уже не первый год за очередным растением и приносила убыток своими исследованиями. Шеф планировал расстаться с нею, но мучился совестью – обидно, Амалия была специалистом в своей области.
–Вызываю хранителя реестров! – с раздражением, призванным скрыть стыд перед Амалией, громыхнул Шеф. – Ну?
Должность «хранителя» – почётная и скучная. Нужно вести кучу бумажных журналов, в каждый усердно записывая, кто на балансе из фантастических существ имеется, и кто с кем работает. Журналы тяжёлые, постоянно происходят передвижения существ, и очень сложно найти сразу человеку случайному нужную информацию.
–Оглохли? – взбесился Шеф, когда никто не появился на его зов. – Хранитель реестров!
Тишина стала звенящей. Сотрудники испуганно переглядывались между собой. Наконец, понимая, что расплата неизбежна, Заместитель в сердцах признался:
–Да нет у нас хранителя!
В иных обстоятельствах на лицо шефа было приятно посмотреть. Но сейчас было не до смеха. Он побагровел, затем побледнел и в конце как-то даже посинел, прежде, чем сорвался на крик:
–Ка-ак?! Как это нет хранителя?!
–Так…бюджет…того, – Заместитель ссутулился и стал меньше ростом. – Вы-с, не велели беспокоить по пустякам.
Вдох-выдох. Ещё один вдох, глубокий выдох. Любую ситуацию можно спасти, верно? не бывает безвыходных положений, выход есть всегда!
–А кто отвечает за найм сотрудников? – зловеще-тихо спросил Шеф. – Где Милена?
–Так на больничном…– робко отозвались из зала.
–А кто её замещает? Кто-то же должен? Кто-то же закрывает вам табели, ставит посещаемость, готовит письма об отпусках?
Молчание, на этот раз злобно-ироничное.
–Ну, хоть кто-нибудь? – на этот раз в голосе Шефа была мольба.
–Никто не замещает, – глухо отозвался понявший всё Альбер. Ему невыносимо хотелось в полевые работы, драться с браконьерами, выслеживать редкие образцы, ползая по земле, вот это вот всё, куда более понятное, чем пространное и дохлое, абсолютно равнодушное собрание.