ГЛАВА 5: ПРИЗРАК ИЗ ПЕПЛА
Карета с гербом Бродских, словно погребальный экипаж, покатила по знакомым, ненавистным улицам. Лидия смотрела в запылённое стекло. Город N проплывал мимо, как декорация к давнему кошмару. Желтоватый туман, въедливый запах газа и болот. Всё было по-прежнему.
Только она стала другой.
Изнутри её выжигала холодная ярость, скрытая под слоем ледяного безразличия. Она вернулась. Не с повинной головой. А с мечом, спрятанным в ножнах собственного бессилия.
Встречали её с подобающей случаю чопорной скорбью. На крыльце особняка, словно два изваяния из морёного дуба, застыли тётушки Лилит и Лилибет. Их жабры мелко трепетали, имитируя напускное сожаление. Глаза-бусины сканировали её с ног до головы, выискивая трещины в броне.
И он. Дмитрий.
Он стоял чуть поодаль, в тени колоннады. Его фигура казалась выше и угловатее, чем помнила. Лицо — всё та же непроницаемая маска аристократа Старшего Света. Но что-то было не так. Не та холодная надменность. В его позе читалась усталость, тяжёлая, как свинец. А в глазах, когда их взгляды на мгновение встретились, — не торжество, а тяжёлая, почти физическая настороженность человека, ожидающего взрыва. Ждал истерики, протеста, борьбы.
Он получил безмолвную, покорную куклу.
Лидия позволила взгляду стать пустым, плечам — ссутулиться. Не сказала ни слова. Лишь кивнула в ответ на его сдержанное
«Добро пожаловать домой».
Шла по знакомым коридорам, чувствуя его взгляд у себя в спине. Он не пытался остановить её. Лишь молча наблюдал, как тень его жёны растворяется в полумраке.
Её комнаты были теми же. Тяжёлая дубовая мебель. Гобелены с болотными сюжетами. Бархатные портьеры, глушащие любой звук. Роскошная клетка.
Но теперь это была клетка, которую она выбрала сама.
Первые часы она провела, сидя в кресле у холодного камина. Не двигаясь. Приучая себя к новой роли. Она мысленно стирала с лица все следы воли, гасила огонь в глазах. Должна была стать призраком. Пустым местом. Безупречной имитацией сломленности.
Ночь прошла в тревожной дремоте. На следующее утро, когда серая мгла за окном едва начала светлеть, в дверь постучали. Не горничная с завтраком — стук был робким, почти испуганным, похожим на царапанье мыши.
Лидия медленно, как автомат, повернула голову.
— Войдите.
Дверь приоткрылась. В щель проскользнула фигура в тёмном, простом платье, с платком, скрывавшим волосы. Не одна из тех, что прислуживали здесь. Лидия всмотрелась в сгорбленную спину, в знакомый разрез глаз...
— Ляля? — имя сорвалось с её губ тихим, неверующим выдохом. В груди, словно лезвие, повернулась ледышка страха.
Девушка вздрогнула, будто её хлестнули по ногам. Она подняла на Лидию взгляд, полный такого животного, немого ужаса, что смотреть стало физически больно.
— Барышня... сударыня... простите ради бога... я не знала, куда идти... — её шёпот был хриплым, надорванным.
Лидия встала. Сердце заколотилось, нарушая выстроенный ритм отрешённости. Ляля. Сиделка Елены. Та самая, что, по официальной версии, погибла в огне. Она была здесь. Живая. Дрожащая.
Мысли понеслись вихрем. Побег. Притворство. Но зачем? Это ловушка?
— Говори, — приказала Лидия. Голос прозвучал резче и ниже, чем она планировала. Маска смирения сползла, обнажив стальной стержень воли. — Ты жива. Почему? Что случилось?
Ляля, не в силах выдержать её взгляд, рухнула на колени.
— Я не хотела... он заставил... обещал, что мы будем вместе... уедем...
— Кто? — Лидия сделала шаг вперёд, забыв о роли. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел.
— Милый... — прошептала Ляля. — Я не видела его лица... только голос... ласковый, бархатный... Он приходил ко мне по ночам... Говорил, что я особенная... Дал флакон... маслянистый, без запаха... сказал вылить на ковёр и поджечь... что это усыпит всех... чтобы мы могли бежать...
Лидия застыла. Невидимый манипулятор. Маслянистая жидкость. «Милый», сулящий свободу ценой предательства.
И в этот миг внутри неё что-то шевельнулось. Тёмный, холодный сгусток отозвался не болью, а смутным, ядовитым узнаванием. Словно зверь в клетке, учуявший запах сородича. Он потянулся к страху Ляли, к её отчаянию, как к пище.
Холодная волна разлилась по жилам. Подступила к горлу. Лидия с усилием оттолкнула её. Сфокусировалась на дыхании. На ощущении складок платья под пальцами.