Грот погрузился в полумрак. Гул стих, сменившись звенящей тишиной.
Ричард, не меняя выражения, извлёк из-под плаща изящный пистолет с хрустальным стволом, поблескивавшим неестественным светом.
— Драматично. Но бессмысленно. — Щелчок взведённого курка прозвучал неожиданно громко. — Фаза наблюдений завершена.
Дверь позади них с глухим стоном захлопнулась. На стенах зашевелились тени, принимая форму вооружённых стражей с клинками из спёкшейся тьмы. Ловушка захлопнулась.
Лидия, обессиленная, но не сломленная, встала над телом Дмитрия, встречая взгляд Ричарда. Григорий и Верея спинами прижались друг к другу, готовясь к последнему рубежу.
Воздух, едва оправившийся от разрыва, снова сгустился — теперь от лязга оружия и шёпота скользящих теней. Стражи двигались беззвучно, их клинки оставляли в воздухе маслянистые следы.
Ричард отступил в тень, предоставляя чёрную работу своим приспешникам. Ворг, сжимая обломки трости, наблюдал за Лидией с холодным, клиническим интересом.
— Держитесь! — крикнула Верея, и в её руке, словно из ниоткуда, возник изящный стилет. Движения её были отточены и смертельно грациозны, выдавая годы тайных тренировок.
Григорий, отбросив бесполезный прибор, выхватил тяжёлую монтировку. Учёный исчез, остался только защитник.
Первый страж ринулся вперёд. Верея встретила его, стилет блеснул, разрезая тенеподобную плоть. Существо вскрикнуло — звук, похожий на скрежет стёкла по металлу — и отступило, но на смену уже плыли двое других.
— Их слишком много! — прокричал Григорий, отбивая удар, от которого монтировка болезненно задрожала в его руках. — Надо к двери!
Но дверь была заперта. Григорий бросился к ней, пальцы скользили по древней бронзе, слившейся со стеной в единое целое.
В этот момент один из стражей, извиваясь, проскользнул мимо защиты Вереи и занёс клинок над телом Дмитрия. Лидия, не раздумывая, бросилась вперёд. Не успев подумать, она вновь ощутила внутри тяжёлую, живую пульсацию «сгустка». На этот раз она не пыталась его сдержать. Она просто… распахнулась.
Её рука взметнулась сама собой. Из ладони с невыносимым свистом, вырвался сгусток искажённого воздуха, чёрный, как смоль, и холодный, как межзвёздная пустота. Прошёл сквозь стража, не задев плоти. Существо замерло, его форма задрожала, как изображение на воде, и рассыпалась в чёрную пыль, осевшую на пол с тихим шипением.
На мгновение все застыли. Даже тени замедлили свой натиск.
Лидия стояла на коленях, тяжело дыша. Из носа по подбородку текла алая струйка. Использование силы требовало чудовищной платы. Но в её глазах горело не отчаяние, а яростное торжество.
— Лидия! — крикнула Верея, отступая к ней. — Ты можешь это контролировать?
— Нет… — прошептала Лидия, смахивая кровь тыльной стороной ладони. — Но могу… направить.
Взгляд упал на массивную дверь.
— Отойдите от двери! — скомандовала она поднимаясь. Каждый мускул горел огнём.
Григорий и Верея, не колеблясь, оттащили Дмитрия в сторону, прикрывая его своими телами.
Лидия закрыла глаза. Она снова ощутила «сгусток» — тяжёлый, живой, жаждущий выхода. Она вдохнула память: лицо сестры. Шёпот «милого». Уверенную улыбку Ричарда. Предательский взгляд тётушек. Боль Дмитрия. Не стала эту боль гасить. Вдохнула её, сделала своим горючим. И с криком, в котором сплелась вся её ярость, боль и отчаянная надежда, выпустила её.
Волна, меньше предыдущей, но плотная, как свинец, ударила в центр двери. Древний металл взвыл, прогнулся внутрь, и гигантские створки с вывертом сорвало с петель. Они рухнули в коридор, подняв облако пыли.
— Бежим! — закричал Григорий.
Верея, не теряя ни секунды, подхватила Дмитрия. Григорий взял его с другой стороны. Лидия, шатаясь, побежала за ними, отстреливаясь от наседающих стражей короткими, неконтролируемыми всплесками силы, оставлявшими на стенах чёрные, обугленные пятна.
Ричард, наблюдавший за этим, нахмурился. Его безупречная маска дала трещину.
— Доктор!
Ворг, всё ещё держась за обломки трости, смотрел на убегающую Лидию с почти религиозным восторгом.