Помнить о нашей виновности перед тварью, это благо, потому что, только осознав вину, можно рассчитывать на прощение. Но это и - тень будущего истинного блага. Мы еще должны осознать свою главнейшую вину. И тогда уж получим совершенное прощение. Мы должны осознать, что своим непослушанием человек также убивает и Бога, вычеркивает Его из своей жизни. Как дети своим наглым непослушанием укорачивают жизнь родителей, но не осознают этого.
И мы должны были сделать это своими руками, чтобы никто не оставался в заблуждении. Потому что «без пролития крови не бывает прощения» (Евр. 9, 22).И чтобы это могло совершиться, Сын Божий, готовясь стать Сыном Человеческим, говорит Отцу: «Жертвы и приношения Ты не восхотел, но тело уготовал Мне». Тело дает возможность выполнить послушание даже до смерти. Для этого «Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту». И когда распяли Господа, то поняли всю правду. И вследствие этого - «освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа». «Он же, принесши одну жертву за грехи, навсегда воссел одесную Бога, ожидая затем, доколе враги Его будут положены в подножие ног Его. Ибо Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых». Кто же эти «освящаемые»? Наверное, каждый, кто, «видя происходившее» на Голгофе, «возвращался, бия себя в грудь» (Лк. 23, 48).
Четверг
О вере.
Мк. 9, 10-16
Евр. 10, 35 - 11, 7
Сегодня дается определение, что же такое - вера. «Вера ... есть осуществление ожидаемого, и уверенность в невидимом». Иными словами, то, что еще только ожидается, и неизвестно - настанет или не настанет, - для верующего человека уже настало и уже определяет его жизнь. Причем, определяет сильнее, чем то, что принято называть «реально существующим». Так же и то, что для других невидимо, и - может, оно есть, а может, его и вовсе нет, - для верующего - безусловно и несомненно есть.
Можно еще сказать, что вера - один из двух методов познания. Верою познаем то, что нельзя увидеть, пощупать, взвесить. Так, только «верою познаем, что веки устроены словом Божиим». Никто из людей не видел акта творения, но мы считаем его совершенно достоверным. Потому что происхождение мира из пустоты силами самой же пустоты - совсем уж невероятно.
«Верою Авель принес Богу жертву лучшую, нежели Каин». Как свидетельствует Библия, «Каин принес от плодов земли дар Господу, и Авель также принес от первородных стада своего» (Быт. 4, 3-4). Нам не открыто, чтобы Бог уже тогда учил, как надо совершать Ему служение. И поэтому тут дело не в ослушании Каина, а именно в вере Авеля. Он поверил, что надо делать именно так. От отца, Адама, он должен был узнать о грехопадении, о проклятии всей твари за вину человека. И еще до того, как Бог вменил это в обязанность, - он поверил, что надо именно вот так, прямым убийством пред Богом жертвенного животного, признать и исповедать свой первоначальный грех. Каин же, очевидно, понял богослужение так, что надо просто поделиться с Богом своими прибытками. И Бог призрел именно на жертву Авеля.
Далее Апостол пишет, что верою же Авель «и по смерти еще говорит». Позже, после потопа, Бог скажет Ною и его потомкам: «Я взыщу и вашу кровь, в которой жизнь ваша, взыщу ее от всякого зверя. Взыщу также душу человека от руки человека, от руки брата его» (Быт. 9, 5). А Душа Авеля, значит, еще тогда верою провидела этот закон неизбежного воздаяния, отмщения, закон справедливости.
«Верою Енох» понял, какой образ жизни угоден Богу, и настолько понял, что «Бог переселил его» на небо живым.
«А без веры угодить Богу невозможно, - продолжает Апостол, - ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает». Потому что связь с Богом - связь с живой личностью, бесконечно близкой, более чем видимой и более, чем существующей.
«Верою Ной, получив откровение о том, что еще не было видимо», о грядущем всемирном потопе, начал строить на суше огромный плавучий дом, веря, что этот нелепый дом совершенно необходим. И интересно, что этой своей верою «осудил он весь мир». Значит, и все могли верить в грядущее всемирное бедствие, все должны были чувствовать его справедливость и его неизбежность. Но - или не верили, или верили только «в душе». А живая вера должна побуждать к соответствующим делам.
Поэтому Апостол Павел, объясняя важнейшие вопросы веры, обычно заканчивает свои богословские рассуждения обращением прямо к слушателям: «итак ... да приступаем»; «будем держаться исповедания»; «будем внимательны друг к другу»; «не будем оставлять собрания своего» (Евр. 10, 19-25). Или как сегодня: «Итак, не оставляйте упования вашего, которому предстоит великое воздаяние. Терпение нужно вам, чтобы, исполнивши волю Божию, получить обещанное».
Да и вообще цель всякой христианской проповеди, всякого христианского увещевания - чтобы предметы нашей веры стали видимыми, объемными, яркими, и чтобы исходя именно из них, мы начали определять свои дела и строить свою жизнь.
Пятница
О нашем отечестве.
Мк. 9, 33-41
Евр. 11, 8, 11-16
Апостол Павел продолжает перечислять великих подвижников веры. И на первом месте - Авраам. Он настолько слышал голос Божий, что не задумался перевернуть свою жизнь, повинуясь «призванию идти в страну», совершенно ему неведомую. Так что буквально «пошел, не зная, куда идет». И это испытание длилось всю жизнь. Он все время помнил, что ему назначено эту землю «получить в наследие», и не поколебался от того, что до самой смерти жил на этой земле, «как на чужой» (Евр. 11, 9).
Павел пишет и о подвиге веры его жены: «Верою и сама Сарра (будучи неплодна) получила силу к принятию семени, и не по времени возраста родила; ибо знала, что верен обещавший». Бог Своим могуществом дал, и Сарра своей верой приняла. Для нее сказанное Богом было как уже осуществившееся. Услышав обетование, «Сарра внутренне рассмеялась, сказав: мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение» (Быт. 18, 12)? Но смех ее не был смехом над нелепыми словами, но - радостным смехом, когда невероятное вдруг стало очевидным. Ведь Павел подчеркивает, что именно благодаря ее вере, - «от одного, и притом омертвелого, родилось так много, как много звезд на небе, и как бесчислен песок на берегу морском».
И далее Апостол говорит о главном, что объединяло всех подвижников ветхозаветной веры. Разные у них были подвиги, но все они «говорили о себе, что они странники и пришельцы на земле. Ибо те, которые так говорят, показывают, что они ищут отечества». И, разумеется, если бы это их вожделенное отечество было где-то на земле, то они «имели бы время возвратиться». Поэтому ясно, что «они стремились к лучшему, то есть к небесному». И именно за это «Бог не стыдится их, называя Себя их Богом». Ведь когда родители стыдятся за детей? - когда дети забывают родителей, бросают отечество. Значит, не увидели в отчем доме настоящей любви, не услышали слов истины. Позор детей покрывает позором и родителей, и ничего тут не сделаешь. А слава родителей, - когда их дети в любой стране помнят об отечестве, стремятся в него, и со слезами возвращаются.
Так и слава Бога - в Его верных, помнящих о Небесном отечестве. Хваля детей, хвалим родителей, и хваля верных, хвалим Бога. Поэтому и говорит Он: «Кто примет одно из таких детей во имя Мое, тот принимает Меня; а кто Меня примет, тот не Меня принимает, но пославшего Меня». Поэтому не «кто больше» из нас, должны мы спорить, но лучше - помнить о нашем общем отечестве, о нашем общем Отце Небесном, у Которого на всех хватит любви
Суббота
О болящих и о целителях.
Лк. 14, 1-11
Еф. 5, 1-8
Однажды Господь пришел «в дом одного из начальников фарисейских», где оказался «человек, страждущий водяною болезнью. По сему случаю Иисус спросил законников и фарисеев: позволительно ли врачевать в субботу? Они молчали». По их законам, врачевание, в числе прочих дел, в субботу было запрещено, и они не могли сказать: «позволительно». А сказать: «не позволительно» - не давала человеческая совесть. Потому что одно дело - когда сидим и рассуждаем в кабинете, и совсем другое - когда живой, страждущий человек молит о помощи. Тут теории проверяются на прочность.