Проповеди

А строптивому рабу господин как бы говорит: «Будь ты хоть семь пядей во лбу, но я - твой господин по природе. И как бы ты ни казался себе правым, но живешь ты на моей земле, и мне принадлежишь. А в моих владениях - мои законы, и других не может быть».

 В Божьем мире - только Божьи законы, как бы я к ним ни относился. И как я могу спорить с Богом? «Ибо Он не человек, как я, чтоб я мог отвечать Ему и идти вместе с Ним на суд! Нет между нами посредника, который положил бы руку свою на обоих нас» (Иов. 9, 32-33). Так восклицал праведный Иов, которому Бог дал очень много, и от которого получил очень большое приращение.

И нет у нас другого пути, как познать Божью волю и выполнить ее. И не можем мы укорять Его и обвинять во зле. Потому что и самое добро, это не что иное, как то, что нам повелевает Бог. А зло, это лишь то, что Он нам запрещает. А за лукавой «принципиальностью», действительно, часто скрывается обычная лень.

СЕДМИЦА 17-Я ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ

Понедельник

О полноте света и полноте тьмы

Мк. 10, 46-52

Еф. 1, 22-2, 3

У апостола Павла был удивительный дар: говорить о неизреченном, говорить кратко и исчерпывающе. И для такого же как он, чистого и великого мужа этот язык понятен и достаточен. Нам же, чтобы уразуметь сказанное, поневоле приходится многословить.

 Так, Апостол пишет о Христе, что Бог, «воскресив Его из мертвых и посадив одесную Себя на небесах», «поставил Его выше всего, главою Церкви» (Еф. 1, 20-22). А о Церкви он пишет, что она есть «Тело Его, полнота Наполняющего все во всем». Казалось бы, определение Бога, как «Наполняющего все во всем», исключает всякие оговорки и дополнения. «Все во всем» - куда полнее? А между тем, сначала Апостол все же сказал о Церкви, что именно она, и только она есть «полнота Наполняющего». Хотя о самой Церкви нельзя сказать, что она все наполняет. А далее оказывается, что, при «Наполняющем все во всем» находит себе место и «мир сей» с его обычаями. И - не только «мир», но еще и «князь, господствующий в воздухе», дух, противящийся Богу. У этого князя тоже есть полнота господства, и тоже есть «сыны», в которых он действует, и которых заставляет вместе с собой противиться Богу. И получается, что, при безусловно «Наполняющем все во всем», может существовать не просто какая-то незаполненность, но и противоположный, враждебный этой полноте мир. И в полноту Христову мы пришли оттуда, из этого враждебного мира, где «жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие».

 Так, перед нами тайна сосуществования полноты спасения и полноты погибели. И это - как тайна света и тайна тьмы. Сегодня в Евангелии и говорится о Вартимее, слепом, который «сидел у дороги» в то время, как Иисус проходил по ней «с учениками Своими и множеством народа». Вокруг слепого свет, а он один во тьме. Все вокруг все видят, видят и его самого, могут видеть даже самое устройство его глаз, до последней клеточки. А он не видит даже самого себя, и так получается, что он - вне все наполняющего, все пронизывающего света, и в нем всецело господствует, и всего его наполняет тьма.

 Но вдруг он «начал кричать и говорить: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня». Иисус же велел подвести его к себе, чтобы слепой перед всеми засвидетельствовал свое желание, свой выбор, свое предпочтение света тьме. «Чего ты хочешь от Меня? Слепой сказал Ему: Учитель! чтобы мне прозреть. Иисус сказал ему: иди, вера твоя спасла тебя. И он тотчас прозрел, и пошел за Иисусом по дороге». Мгновенно рухнуло господство тьмы, и Вартимей тоже оказался в полноте света.

Так, свет и тьма, спасение и погибель в этом мире находятся как бы в одной точке. И достаточно оступиться, чтобы ввергнуться во тьму, и достаточно от всего сердца возопить к Богу, чтобы тьма рассеялась, и чтобы оказаться в Церкви, в этой полноте «Наполняющего все во всем».

Вторник

О святыне храма

Мк. 11, 11-23

Еф. 2, 19-3, 7

На следующий день после торжественного входа в Иерусалим Господь вошел в храм и «начал выгонять продающих и покупающих в храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; и не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь. И учил их, говоря: не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников». Наблюдая это, Апостол Иоанн Богослов вспомнил слова пророка Давида: «Ревность по доме Твоем снедает Меня» (Ин. 2, 17). Господь видел много греха, но лишь небрежение к святыне храма побудило Его к таким действиям.

Ведь что такое храм? Царь Соломон при освящении Иерусалимского храма молился: «Поистине, Богу ли жить на земле? Небо и небо небес не вмещают Тебя, тем менее сей храм, который я построил. Но... призри на молитву раба Твоего», и «да будут очи Твои отверсты на храм сей день и ночь... Услышь моление раба Твоего и народа Твоего Израиля, когда они будут молиться на месте сем; услышь на месте обитания Твоего, на небесах, услышь и помилуй» (3 Цар. 8, 27-30).

Храм необходим, потому что нематериальная душа человека заключена в ограниченное пространство тела. И поэтому надо не только воспарить душой к Богу, но еще и прийти вместе со своими единоверцами в особое, освященное молитвой место. В Ветхом Завете это место было строго единым, чтобы не возник соблазн допущения многих богов по числу храмов. Но когда Сам Господь пришел на землю, Он сказал, «что наступает время, когда» «не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу», но - в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин. 4, 21-23).

В новозаветных книгах часто говорится о новом, духовном храме, который в духе и истине должны созидать христиане, «быв утверждены на основании Апостолов и Пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем», «слагаясь стройно», возрастать «в святый храм в Господе». Но и чтобы созидать из себя это «жилище Божие», ученикам Христовым с самого начала надо было и собираться где-то вместе, что они и делали (Деян. 2, 42). И пока стоял Иерусалимский храм, они «каждый день единодушно пребывали» в нем (Деян. 2, 46), а специально христианское «преломление хлеба» совершали «по домам». С разрушением храма все перешло в дома. А когда гонения прекратились, стали строить и свои храмы. Эти здания изнутри и снаружи были проникнуты христианской символикой, украшены изображениями, напоминающими о священных лицах и о священных событиях.

Но храмы становились все богаче, а христианский дух собиравшихся в них людей оскудевал. Называться христианином в христианской империи стало нормой, а вера была далеко не у всех. И Господь промыслительно устраивал, чтобы дух, оскудевающий в христианах, сохранялся в их молитвенных зданиях. Храм становится мощной поддержкой тому, кто приходит сюда недостаточно осознанно; он без слов дает ощущение присутствия Божия, как без слов возвещает о своем Творце Божий мир. И этот дух ощущается даже в оскверненных, полуразрушенных храмах. Многие архитекторы и реставраторы, работая с этими развалинами, постепенно и сами становились камнями в духовном здании Христовой Церкви.

Таким образом для обращения иного человека храм может стать последней надеждой. И как Господь очистил тогда Ветхозаветный храм, так Он очищает и наши храмы. И когда это действительно делает Сам Господь, внешне это выглядит примерно так: в храм, где творится беззаконие, приходит благочестивый служитель. Он исправно делает свое дело, терпеливо перенося поношения. Но когда зло покажется особенно несокрушимым, вдруг исчезает то один, то другой беззаконник. И получается по словам Псалмопевца: «Видех нечестивого превозносящася, и высящася яко кедры ливанския; и мимоидох, и се не бе, и взысках его, и не обретеся место его». Итак, «храни незлобие и виждь правоту» (Пс. 36, 35-37). А бич Господень не замедлит, как только окончательно будет попрано Господне долготерпение, и как только будет, кому заполнить опустевший дом.