Великий Четверг
Проповедь, сказанная прот. Василием Ермаковым 24 апреля 2003 г. в храме прп. Серафима Саровского на Серафимовском кладбище
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Больно хорошо, что вы сегодня все причастились, а больно только то, когда молились мне, вспомнились раскулаченные годы 30-х годов, когда за куском хлеба ваши праотцы, давились, я то видел всё, разве можно давить. Разве можно давится, никто из вас неутешенным не уйдет, получит благодать, в том числе и я. И вот эта печать улицы, она, к сожалению осталась. Глянешь со стороны — страшно становится, а чего они не идут, что им не хватает? Всё есть, хор есть, благодать Божья есть. Мы на месте, всё для вас, когда в это великий день Святого Четверга, когда Господь нам даровал 2000 лет назад всю благодать Божию, чтобы каждый живущий на земле этой благодатью питался. Мы всегда ищем сегодня и в жизни людской — силы. Ищем людей посильней нас, кто нам помогает в несчастье, кто нам поможет в болячках, кто нам даст житейский совет. Это одна сторона говорильни человеческой, и вы «не видев брода», бросаетесь в объятия того, что вы не знаете. Как человек простой, земной, может помочь в несчастьях, болячках ближних? Как? Души он не знает, все желания ваши ему не понятны. Что он может посоветовать? А вы бросаетесь в объятия страстей человеческих, когда стоит чуть-чуть немножко поднять голову, зайти в Церковь и посмотреть, а что здесь совершается? Почему так много народу? Куда они идут, почему? Да потому что, когда душа расположена к Богу, когда человек верит в Бога, когда человек ищет Бога, когда не понимает, что мне нужен Бог, а не люди. Он всегда, пройдя тот заград лжи, обмана неприязни, найдет дорогу к Богу. Всегда найдет, если сознание человеческое поймет, что без Бога жить нельзя. Нельзя жить без Храма, нельзя жить без домашней молитвы.
Сегодня мне отцы жаловались, я вчера сам видел, потому что приходят в этот момент, когда поезд уже полный и цепляются за последний вагон «мы тоже хотим». Нечего хотеть! «А причаститься»? А что это такое? Дайте! Нет, не надо. Так, что вы цепляетесь-то за нас? Вы молитесь дома, нет? А когда причащалась? «Я ни разу, только сегодня мне сказали — иди и в четверг причастись»! А то, что тётя за 20-30 лет уже не понимает ничего и будет по шее тем, кто сказал, за оскорбление и унижение нашего Таинства. Что нет времени посмотреть у нас? Что нет желания поразмыслить, как я живу и как должна жить? Что, нет языка, спросить доброго совета? Вот у меня то-то, то-то в жизни, как мне быть-то? Вы всегда отзоветесь по своему горькому, печальному опыту такой же жизни без Бога, без молитвы, когда вас никто не учил и не указал дорогу в Храм Божий. Всё вы кувыркались в своих несчастьях, а потом кувыркнулось, где-то сказалось, громыхнулось, как говориться, человек и пошел. А что вы получили? Вы получили и радость утешения, помощи, спокойствия, надежду, отраду, твердость в своей жизни. Потому что я иду к Богу, и Бог мне помогает. И когда уже вы воцерковились, когда уже являетесь молитвенниками Храма Божьего, исполняйте всё то, чему учит Церковь и вам не какие силы ада не страшны. А поймите, что может сделать нам с вами человек зла? Ну что? Ну, обругает, ну ограбит, ну может в самое страшное время — лишить жизни, умирать-то всё равно. А когда умирать с Богом — дорога прямая к родителям, всегда одна — лествица небесная. И мы знаем, что у нас есть благодать, ведь она нас хранит в нашей жизни, во всех страшных путях земного бытия. И если посмотришь немножко в жизнь на больших людей и увидишь человека, далеко стоящего от Бога, живущего своей жизнью, а в прошлом у него были такие события, как он говорит, что судьба его хранила. Ему говорят: «лети на самолете», он отвечает: «я поеду на автобусе». Самолет разбился. Другой случай. Запоздал на поезд, в каком вагоне случилось падение, а он жив остался. А кто этот человек? Это я был в больнице и слышал немножко и сказал, что расскажу своим эти два случая своим как должный верить в Бога, как идти за Богом, как Бог Вас хранил. Никакой блат, никакая злая сила нас не тронет. У нас ведь благодать и она нас хранит, а тем более в эти спасительные дни Поста Великого Бог нам всё даровал.
Но больно за тех, кто далёк и является проходимцем жизни, он проходит мимо нас со взором жестокости, со взглядом ненависти. А почему, за что? Да потому что, «дурная голова ногам покоя не дает». Вот я какой, не то, что вы, чего там молитесь. А взять глубину, сокровенную сущность нашей души — это подвластно только нам с вами, кто действительно идет ха Христом. Бог нам даровал всё, что мы не одни в этом мире, чтоб мы жили в радости, спокойствии, здоровье, благополучии и Господь нас призывает в эти дни, чтобы каждый идущий ко Христу, он понимал — зачем, для чего, во имя чего он пришел. Но, к сожалению не все на сегодняшний день это понимают, почему пишет Апостол Павел сегодня в послании к Коринфянам, что «многие из наших болеют». И начинают роптать на Бога, «а что мне давал Бог, а почему так получается»? Погоди, а с каким ты чувством идешь? Поразмысли, идешь ли примиренный, идешь ли с сознанием того, чтобы Господь мне даровал исцеление, идешь ли затем, чтобы я вырос в могучую силу Веры и благодати? Нет, форма «давай пошли» — и идут. «Мне сказали — иди и как получится». Но ничего не получиться. Вот почему мы более всех, стоим под страшным ударом Америки на нас. Мы — есть мы. А вот душу надо отдать верующего и тогда великий россиянин, россиянка — теперь вас можно брать голыми руками. Нет уж. Они прекрасно понимают, в чём наша с вами сила — в Вере, в молитве, в благодати Божией. Вот почему они на нас направили страшный, жестокий удар против Православия, против постов, против того, что бы вы были стойкие в нашей традиционной жизни русского православного человека. Это — могущество. А то приходят «как получится, как выйдет». Но они «льют воду на их мельницу». Не хотят понять в исторической правде, осознать как же я сын и дочь России должна жить-то. Наесться, напиться или найти другой путь. Путь Христа, путь радости, путь Воскресения, путь того торжества добра. Только мы ещё — русские ещё должны сказать, и скажем, это же ваше поколение — в это верьте, правда. А иной жизни, не жизни кулака американского, а жизни русского человека любви, Веры и молитвы. Вот вам надо хранить Веру, вам надо об этом говорить, вам надо об этом наставлять, не срывайте эту силу братцы.