- В дыры! В дыры! – рвет глотку Ричард.
- Стой, - вздел руку Карл. – Не стрелять – наши...
- Обижаешь, король, - пожали плечами шотландцы и натянули тетиву. Плохо, видать, их командир знает, насколько бьют длинные северные луки.
Арабам и африканцам не повезло. Вельдирий брезгливо сморщился – из облака пыли выскочили слоны, а с ними – рыцари, внимательно огибая спятивших от боли гигантов. Удар конницы англичан был страшен. Они даже не доставали мечей, одним потоком копий сминая арабов. Слоны уже остались позади – а рыцари прошивали и плющили сарацин, сравнивая с песком, утаптывая в месиво и гоня на своих.
- Да-а-а, - поник Вельдирий. – Эти черные никуда не годятся.
Архангел не проронил ни звука, впившись в поле боя.
- Он попался, - Чингисхан пришпорил коня. Глаза хищно блеснули щелками. – Он мой. Субудай, сотри позор там, - он кивнул вперед, на остатки сарацин, - атакуй противника.
Этерия македонцев под ливнем стрел, осыпаясь, приближалась слева. Треть выскочила к запоздавшим лучникам – треть, покусанная, обессиленная, но прорвалась. И началось...
- Ух! – взмах клинков. – Ух! Ух! Ух! – кавалерия царя вырубала пашню. Дождь стрел поредел – там, сзади, свои разогнули спины. Каждый пятый вышиблен – только римляне потеряли всего лишь одного. Фаланга склеивается, убирая павших, в стену.
- Если это еще продолжится, - угрюмо заметил викинг, - я угроблю всех своих людей, так и не вступив в бой.
Стрелки переключились на рыцарей. Марий сразу оценил обстановку:
- Вперед! Вперед!
- Ты хочешь лишить разбега? – догадался Роллон. – Хитро.
Викинги двинулись за легионами. Осторожно, посматривая на небо, откуда льется колючая смерть.
Жалкие кучки сарацин с африканцами, вырвавшиеся с мясорубки, вяло кружили и постреливали, цепляя неосторожных, когда залп шотландцев полностью уничтожил смуглую конницу. Полностью...
Субудай ждал. Взмах руки темника Чингисхана – и монголы вскинули луки. Рыцари бегут навстречу своей погибели и знают об этом. Даже спотыкается конь – все, рыцарь считай что мертв. Ему не подняться в пудовых доспехах.
Субудай опускает руку…
Алая накидка мелькает в куче лучников, нахлестывая с коня, забирая единственную надежду Вельдирия. Их мало – треть, а вот и четверть. Тает, тает армия Македонского, на остатки которой взял разгон сам Потрясатель Вселенной. Монголы несутся, пригнувшись к коням, и впечатывают остаткам этерии в бок. Беззащитный и голый бок, ломая хребет македонской коннице. Смяв, как тряпку. Алая накидка затоптана монгольским копытом. Чингисхан вздымает руку – и в узких глазах блестит слава, освещая нелегкий путь единственного на свете безупречного полководца. Теперь уже единственного, равному которому нет..
- Хурра! Хурра, - несется по полю. Кони переминаются, монголы трясут оружием.
- Да они ослепли! – вскочил Вельдирий. С разгона монголов сшибают рыцари; рыцари, посланные с самого начала под командование Искандера, оторванные, смешанные с гетайрами Македонского. Сшибают, ломая; снова сшибают и вязнут. Алая накидка рвет нукеров Чингисхана, прорубаясь к Самому. - Этого не может быть! – беззвучно шепчет Чингисхан. Пыль от половины тумена в первую секунду сшибки – хрипящая, корчащаяся на земле с вывернутыми кишками пыль. И не успеть схватить луки, чтобы, отступая, отстреливаться. Рыцарей мало – но удар в неподвижную конницу с разгона сминает все. Губя англичан, превращая в кашу тумен Великого.
- Спасайся, хан, - визжат нукеры и телом закрывают Тимуджина. Другой Великий, Александр, кричит в спину убегающему Чингису:
- Куда же ты, шакал? Ты хотел со мной драться!
Потрясатель пытается освободиться от железных клещей верных нукеров – телохранители плотным кольцом с застывшими лицами не дают пошевелиться. Да, им сломают хребты – но они спасут Повелителя, который вырывается, брызгая пеной.
Субудай кусал локти, со стороны наблюдая, как его хана рвут рыцари. Рвут на лоскуты, вышибая дрогнувших монголов с седел. Давно не было такого позора; да, почитай, никогда. Но сегодня… Монголы закружили карусель, и их прикрыли лучники. Поздно…С десятка тысяч осталось дай Бог три, да и те обглоданные.
Субудай, сплюнув, опять роняет руку. Залп – и два тумена монгольской тяжелой конницы срываются навстречу рыцарям. Из-за их спин несутся стрелы. Но и монголы хватают шотландские подарки от Карла – редкие, выдергивающие с седла, ломающие ребра даже в доспехах.
- Бей, ребята! – Лучники вспотели – у них самая пахота. Пот не дает прицелиться – но в такое стадо не промахнешься.