Когда тело под Валанди перестало содрогаться в экстазе, мужские пальчики заработали с удвоенное силой, пока член всё еще находился внутри, и Гинтар даже продолжил двигать им, не намеренный оставить свою красавицу без награды.
И ее пик не заставил долго себя ждать, придя почти сразу следом за его. Не успел он до конца извергнуться в нее, как тело содрогнулось первой волной наслаждения. Ощущение его семени внутри приносило столько удовольствия и необъяснимой радости. Но уже начав успокаиваться, она почувствовала, как его пальцы снова заработали, вызывая новую волну наслаждения. Все мышцы непроизвольно сокращались, заставляя извиваться тело. Дрожь нарастала, и она давно забыла, как дышать. Была близка к тому, чтобы потерять сознание, и даже желала этого забвения. Но оргазм пошел на спад, оставляя после себя лишь приятную слабость.
— Валанди… — предоставив ей пару секунд на отдых, Гинтар позвал её тихим уставшим шепотом.
В ответ она лишь сползла с него, не в силах отдышаться, чтобы говорить. Повернувшись на бок, солнечная положила свою золотую голову ему на плечо и обняла так крепко, насколько позволяли трясущиеся руки.
— Валанди… — позвал ещё раз, но она молчала. Гинтар улыбнулся и приобнял её, посмотрел в глаза и ещё тише, чтоб только её сердечко услышало: — Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Гинтар, — слабым голосом проговорила солнечная. Она кашлянула и уже с хрипотцой засмеялась. — Кажется, я голос сорвала. После такого мне точно понадобятся травы Каи.
И какой бы сказочной ни была ночь, а о реальности забывать нельзя. Лунный чай в борьбе с маленькими эльфятами точно не помешает. Но об этом она подумает завтра, а сейчас хотелось как можно дольше продлить такой редкий в их жизни момент настоящего счастья.
========== 22. Камень преткновения всех мужчин ==========
Сектар вернулся домой очень рано, когда ещё солнце не поднялось. Он устало потёр глаза и мысленно проклял старейшину со всей его свитой. Нужно бы, наверное, предупредить брата, что за артефакт придётся побиться, за тем он и пошел в свою комнату, но что он там увидел? Вроде одетые Валанди и Гин, но эти запах пота и внешний вид эльфов он узнает из тысячи.
— Просил же, — одними губами прошептал он и, подойдя к Валанди, почти неощутимо коснулся её лба. Будет знать, каково ослушаться его. Зрительного контакта не было, но ему было и прикосновения достаточно, чтобы солнечная, если вдруг захочет вспомнить эту ночь, вместо Гинтара будет видеть только его. И как бы ни старался её мозг подставить лицо Гина, ублажал её именно Сектар. Его руки касались её, его губы лобзали шею. Это не было фальшивым воспоминанием — Валанди знает, с кем она была этой ночью, но мозг будет рисовать другого мужчину.
Это было его маленькое наказание. Усмехнувшись, смотря на старшего брата, Сектар вышел из комнаты и пошёл проверить другую парочку. Оборотень лежала, свернувшись калачиком у тела звёздного, но не спала. Её глаза тут же блеснули в темноте, стоило туманному открыть дверь.
— Зачем ты это сделал? Ему теперь плохо!
— А как ты себе представляла вашу дальнейшую жизнь? — сухо спросил туманный.
— Но зачем так грубо?
— Я не люблю, когда кто-то ставит себя выше меня в моём же доме.
На это Кая ничего не ответила, но поднялась на кровати, принимая сидячее положение. Она не хотела с ним говорить. Сколько Гин его нахваливал, но из-за него пострадал звёздный! Разве такому можно доверять?
— Мне нужно было, чтобы Гин вышел из себя, — зачем-то сказал Сек.
— И ты решил это сделать за счет других?
— Ты ему очень дорога, — пожал плечами тот. — Он тебя воспринимает как сестру, а для нас, туманных, очень важно заботиться о женщинах в своей семье. Мы выбираем им спутников и не терпим, если кто-то осмелится покуситься на их честь. Ты была самым лучшим вариантом.
— У нас с ним и так из-за Валанди отношения натянуты, а ты…
— Я сделал то, что вы должны были сделать ещё в самом начале — всё ему объяснить. Теперь он думает, что звёздный тебя изнасиловал.
— А потому что ты переврал все воспоминания Закнеала! — оскалилась оборотень, вскакивая с кровати.
— Разве соврал? — театрально удивился тот. — Ты не была одурманена? — Кая гортанно зарычала, но смолчала. — Я сказал то, что выдала мне голова Закнеыла. Разбирайся с ним.
Кая повернулась к звёздному. Она думала, что бы такого ответить, куда бы послать этого туманного, и пока его слова эхом отдавались в голове Каи, до неё стал доходить смысл сказанного им.
— Хочешь сказать, что, по его мнению, это было… насильственно с его стороны?
Закнеыл заворочался на постели, просыпаясь. И первое лицо, которое он увидел перед собой, принадлежало Сектару.
— Ты… — зашипел он на него.
Но и слова сказать не успел, как в комнату влетела разъярённая Валанди и без предупреждения накинулась на туманного эльфа. В прямом смысле. Пока она шла от двери, произнося свою пламенную речь, хотела дотянуться до его лица и расцарапать, схватить за волосы или плечи, чтобы опустить его на уровень своего лица.
— Ты — мелкий, противный… — никак не могла подобрать слово. — Пакостник! Что ты сделал? Верни все как было!
Увидев его лицо вживую, ночные картины предстали ещё ярче с его мордашкой вместо Гинтара. Валанди завопила, не в силах выдержать это, зажмурила глаза.
— Подожди, доберусь до тебя… — она подобрала юбки поудобнее и решительно двинулась на Сектара, намереваясь отыграться за всё. И все равно, что он выше ее, сильнее, и опасный маг. — Уши откручу… Попрошу сестрицу проклясть тебя, чтобы ни на одну девушку у тебя не вставал, кроме троллих! — она остановилась почти впритык к нему, гневно сверля грудь глазами. Придумывала, что ещё такого сказать обидного, но подняла глаза на его лицо, и оно опять вызвало воспоминания. Резко отвернувшись, Валанди закрыла глаза руками. — Это слишком жестоко!
Увидев открытые глаза Зака, Кая вернулась на кровать, прикрывая собой от лица Сека, но тому был неинтересен звёздный. Он с довольной улыбкой смотрел на Валанди, как она кричит, как злится — потрясающее зрелище. Можно было с лёгкостью понять, чем она зацепила Гина. Она живая по сравнению с несостоявшейся невестой.
— О чем ты говоришь, милая? — попытался изобразить голос Гина. Но, так как у Сектара тембр был ниже, не вышло. Потому стал брать улыбкой: — Тебе что-то не понравилось этой ночью? — Кая подавилась. — Мне казалось, ты была счастлива, когда я входил в тебя, — Кая не выдержала и вскрикнула «Что?!». Но Сектар на это не то что не отреагировал, а нежно провёл по талии Валанди ладонью.
Вот не хотела доводить до рукоприкладства… Хотя нет, хотела. С громким шлепком Валанди ударила по руке Сектара, чтобы даже не смел притрагиваться к ней.
— Руки держи при себе, — угрожающе произнесла солнечная. Она без страха взглянула в его глаза своими искрящимися от гнева очами — хотел бы навредить ей, сделал бы это ещё вчера. — Ты залез мне в голову и испортил воспоминания о лучшей ночи в моей жизни, но опорочить меня — не позволю.
Повисла недолгая пауза, во время которой лицо Валанди изменилось со строго на обеспокоенное.
— А что если теперь каждый раз, когда мы с Гинтаром… я буду видеть твое лицо? — проскочила страшная мысль у нее. — Убери это! — она снова попыталась несильно то пнуть его, то ткнуть пальцами в бок.
— Будешь, моя родная, ещё как будешь, — до чего противно сладко сказал он. — Более того, когда вы с ними будете этим заниматься, ты будешь видеть не моего брата — меня.
Если уж от пинка он смог убрать ногу, вовремя заметив её рвение, то от пальца даже не пытался. Даже успел этот палец перехватить, притянуть девушку к себе и прошептать на самые губы, возбуждая те воспоминания вновь и вновь.
— Я не портил твои воспоминания. Я же сказал, что запрещаю заниматься непотребством в моей спальне. Там могут заниматься сексом либо две девушки, либо я. Но никто иной. Ладно брат глупый, но не думал, что ты будешь настолько неблагодарной, чтобы пойти против моей просьбы. Значит, ты была там со мной, — как бы намекнул Сектар, за что она сейчас страдает.