Мору обратился, стоя перед звёздной, теперь уже припав на одно колено. Он держал голову опущенной, не смел смотреть в глаза эльфийке, лишь бы ненароком не разозлить её недовольным взглядом.
— Да, уверен. Судя по ссоре, что я слышал, и по словам лунной, они больше, чем просто спутники.
— Отпусти меня! — и хоть была тьма, но бледную кожу держащих Кая узнала. Пока что она не боялась, оборотень просто не встречалась с «друзьями» Закнеыла с глазу на глаз. А может, под злостью и оскалом этот страх и таился?
— Госпожа, я всё выполнил, — не обратил внимания на Каю Мору, выскуливая слова. — Я присягаю Вам в вечной верности, как и обещал, но умоляю, отпустите Калиссу.
— Ты получишь свою суку обратно, я держу обещания, — оскалилась эльфийка, — но после того, как Закнеыл объявится здесь. Можешь одеться и подождать вместе с моими парнями, а я пока поговорю с нашей гостьей.
Мору сдержал глухой рык и, приподнявшись, на согнутых ногах удалился, боясь к ней даже спиной повернуться.
Теряя интерес к оборотню, звёздная подошла к Кае. Внимательно осмотрела ее с ног до головы и презрительно скривилась.
— И на это он променял меня?
Стоять вот такой нагой перед какой-то звёздной было минимум неприятно. Лунная почувствовала себя настолько безоружной, настолько уязвимой, что в секунду, как к ней подошли, попыталась наброситься, но её держали крепко.
— Значит, это ты Ливафейн? — догадалась лунная. — И это твой план? Поймать меня и ждать Зака? Как умно, до этого же никто никогда не додумается! — фыркнув, Кая уже спокойнее попыталась вырвать руки, мол, я только поговорить, но без слов своей жрицы звёздные так и стояли белокожими статуями. — Гениальный план, Зак, разумеется, не догадается.
— Догадается, ещё как, но мне все равно, если он придет, — Ливафейн неприятно усмехнулась. — Закнеыл всегда сбегал от наших ищеек, потому что нам нечем было его заставить остановиться. Не было ничего и никого, что мы могли бы использовать против него. Но теперь у него есть слабость — это ты. Дружба, любовь… Они делают его слабым. В Мутных горах вам просто повезло. Сейчас сюда движется большой отряд звездных во главе с самим королем Калантаром. Когда принц окажется в моих руках, Великий казнит его во славу Тали.
Из уст жрицы раздался громкий смех, который подхватили двое охранников. Но когда она закончила, двое мужчин тоже резко оборвали голоса.
— Чем мы с тобой займёмся, пока ждём нашего принца?
Слушая её, Кая медленно округляла глаза. Нет, она же просто блефует! Ну вот зачем после того проигрыша король помчится в такую даль? Только ради казни? Точно так же легче попросить доставить Зака. Но всё это лишь мысли ради успокоения — Кая не хотела думать, что скоро здесь будут полчища звёздных.
Была последняя попытка вырваться, когда стражи подняли смех, но резким выкрутом кисти её моментально наказали за эту попытку. Зашипев, лунная с ненавистью посмотрела на звёздную и приблизила своё лицо к ней настолько, насколько позволяли путы.
— А ты своим собакам прикажи отпустить меня, и я тебе такую жизнь устрою. Жалкие трусы. Я тебе глотку и человеческими зубами прогрызу.
— И что же он нашел в такой грубиянке? — не повелась на провокацию Ливафейн. Она снова принялась разглядывать обнаженное тело оборотня. — Скажи, ты подкупила его ножками? Зак всегда западал на хорошенькие ножки. Может, мне их отрезать?
Жрица вытащила меч, который тут же стал разгораться красным, накаляясь, и направила его на ноги лунной, словно примерялась, с какой стороны нанести удар.
Вот теперь уже страх ясно показался в глазах лунной. Она перевела свой взгляд на клинок и неотрывно следила за ним, каждый раз стараясь как бы уйти от лезвия, делая шаги то назад, то в стороны.
— Не смей ко мне приближаться с этой дрянью.
Да, очень страшно, особенно когда это заговорил взволнованный такой голос. Ведь отрежет же! Может! Вспоминая Валанди, которая лежала в пещерах, Кая мысленно представила себе, сколько часов, а то и дней её могут искать, если только Ливафейн не отошлёт какое-нибудь послание. А честно — пусть не шлёт. Всё что угодно, лишь бы её дорогие эльфы не приближались к звёздным.
— Да, покажи мне больше страха, — голос Ливафейн стал каким-то странным, в нем проскакивали нотки некоего восторга. Она самым кончиком клинка прикоснулась к нежной коже лунной эльфийки, прижигая ее. Совсем лёгкое касание, но жрица надеялась и им выдавить из пленницы крик.
Но вместо крика было сдавленное мычание. Она знала, чего от неё добивались, но готова была терпеть это до… Нет, не сможет. Она стала совсем как человек! Все, что причиняло боль, причиняло её гораздо сильнее, и чем дольше жрица держала клинок, тем сильнее и глубже прожигалась кожа, и тем громче становилось рычание.
— Отлично держишься, мы с тобой повеселимся, — заулыбалась Ливафейн, отрывая меч от тела. — В цепи ее и к столбу, — приказала она своим подчинённым. Те тут же повиновались, унося пленницу глубже в пещеру.
Кая не успела и рта распахнуть, как её тут же потащили. Она вырывалась, брыкалась и кусалась. Стражникам пришлось долго повозиться, чтобы выполнить приказ, но когда Кая взглянула на звездных, во взгляде был страх, но еще и вызов в сверкающих гневом глазах.
Однако звездная только усмехнулась на этот взгляд и покинула комнату, оставляя лунную одну, прикованную цепями к единственному столбу в пустом помещении. Жрице нужно было время, чтобы подготовиться, она же не какой-то палач, чтобы просто так пытать всех подряд. Нет, она делала это во имя своей богини, а Тали требовала выполнения четких правил и обрядов.
Вернулась Ливафейн обратно спустя примерно час. На ней была темно-фиолетовая мантия с крупным символом Тали на спине, а в руках она держала такой же изогнутый кинжал, как на изображении.
— Не беспокойся, убивать тебя не входит в мои планы, — сказала звездная, приближаясь к напуганной эльфийке. И обходя по широкому кругу комнату, она запела, прося благословения для воинов ее отряда в предстоящей битве.
В томительные минуты Кая уже было надеялась, что её тут так и оставят ждать прихода эльфов, и когда она позволила себе хоть немного расслабиться, увидела подходящую к ней звёздную. Нет, сначала на глаза попался кинжал, при виде которого тело лунной сильнее прижалось к столбу, а пальцы сжались в кулаках.
Когда же звёздная запела и стала её обходить, истинный страх и даже паника вырвались наружу, которые лунная позволяла себе показывать, только когда жрица была позади неё. Во время каждого шага тело оборотня вздрагивало, холод толстой пеленой обвил её тело. И не только из-за помещения, но и из-за ужасного ожидания, что вот-вот её полоснут сзади кинжалом.
Кая молчала. Хоть на языке было много слов, которые она раз за разом проглатывала. Когда же песня подошла к концу, жрица оказалась перед лунной и, зловеще улыбаясь, сделала шаг к ней. Кинжал медленно поднялся, и острие уткнулось Кае в грудь в районе сердца. Но за этим не последовало ожидаемой боли. Ливафейн подошла еще ближе и переместила клинок на живот пленнице, и только тогда сделала неглубокий надрез затем, чтобы пустить кровь. Кая сдавленно зашипела, но скорее от неожиданности. Точнее, она ожидала всего, что только можно, и на каждое действие звёздной эльфийки вздрагивала. Свободной от кинжала рукой жрица нарисовала ритуальный символ своей злой богини и вновь пошла по кругу, надрезая уже свою руку и оставляя за собой дорожку из крови.
— Что ты делаешь? — глупый вопрос, на который она вряд ли получит ответ. Но всё выглядело так зловеще, так странно и непонятно, что это было сравнимо с ощущением, что ты стоишь под грудой камней, которую придерживает слабая сеть. И кто-то там сверху режет её… медленно. Мучительно медленно, и ты ничего не можешь с этим сделать — стоишь и ждёшь. И Кая ждала, когда эти камни посыпятся ей на голову. — Прекрати эти фокусы и просто порежь без этой клоунады! — срываясь на крик сказала лунная. Нет, пусть лучше всё сразу, без этого ожидания. Это невыносимо!