И с каким же остервенением Гинтар впился в её губы, но быстро взял себя в руки, превращая поцелуй во что-то более нежное, осторожное. Добился, наконец-то добился того, чего хотел, и чего хотела она. Её тело, каждое её движение говорило о том, что она всё-таки засунула те ужасные воспоминания куда подальше, что очень льстило самому Гинтару. Внутреннее эго ликовало, а на губах через поцелуй вырисовывалась самовлюблённая улыбка.
Недолго он пытал свою солнечную — не мог терпеть уже сам, так давно её желал. Он думал — сам ли стал таким горячим, или невольно повысил температуру воды? А может, и сама Валанди возбудилась и накалилась до такой степени, что в купальнях стало необычайно жарко? Неважно, этот жар лишь раскалял желание, жажду этой красавицы, которая теперь принадлежит ему. Его! Его! Одно только это слово вскружило голову туманного эльфа.
Издеваясь, раскаляя эльфийку, Гинтар прекратил все действия — магические, физически… Он медленно и с неохотой отстранил свои руки от неё, отодвинул девушку от себя, но лишь за тем, чтобы повернуть её лицом и с большей жадностью поцеловать эти соблазнительные раскрасневшие губы. Без резких движений он подхватил девушку на руки, приподнял выше и посадил себе на живот. Скоро он овладеет ею, сделает своей и будет любить весь день, не просто отгоняя — вышибая из золотой головы этих треклятых звёздных. Нет их! Никогда не было! Только он! Только туманный, который станет всей её жизнью. Он добьётся этого; уже добивается, ожидая от неё той самой сокровенной просьбы… Нет, даже приказа, чтобы он мог ей телом доказать свою любовь.
Валанди прижималась к нему всем телом, пару раз ей удалось перехватить инициативу в поцелуе, затеивая соблазнительную игру языком. Когда ей стало невыносимо ждать, а ведь его руки покинули те места, гладя лишь спину и иногда переходя на бедра, она зашевелила тазом, ища столь долгожданного наслаждения. И именно в этот момент она поняла, что хотела его всегда. С того самого вечера, когда увидела его в той треклятой таверне, их судьба была предрешена — это случилось бы рано или поздно, и неважно, соединило бы их жизни пророчество или нет.
— Ах, Гинтар… — нехотя разорвав страстный поцелуй, Валанди простонала его имя и взглянула полными желания глазами. — Сделай это. Сейчас.
Произнеся эти слова, она снова накрыла его губы поцелуем и с силой подалась вниз бедрами, наконец уткнувшись в желанную головку.
С огромной силой он удержал себя от шутливого комментария, испугавшись, что красавица может разозлиться или чего еще хуже — перегореть. Нет, это был её пик, надо пользоваться.
Он удостоил её лишь лукавой улыбкой, после чего опустил девушки ниже и медленно вошел в неё, не сдержав стона наслаждения. Какая горячая внутри, какая тугая, плотно обхватывающая его член. Гинтар наслаждался этим сполна, медленно выходя и с тем же темпом входя, смакуя, как мышцы солнечной плотно катаются по его стволу.
Но также он боялся причинить ей вред. Пусть прошло много времени, но он не знал, как именно над ней издевались, что именно с ней делали кроме обычных плотских утех. Гинтар был осторожен; совмещал тягучее удовольствие с беспокойством за состояние Валанди.
Он усердно держал глаза открытыми, томно смотря на солнечную, ловя каждую её эмоцию, чувства… Но то и дело закрывал их, стоило той напрячь мышцы внизу. Любые попытки взять инициативу он наказывал, выходя из девушки и оставляя внутри лишь головку, а её вновь приподнимая. Любил её инициативу, но не сейчас. Он главный! Его просили об удовольствии! Он к нему ведёт! Но покорность он вознаграждал, позволяя показать ему, как она хочет.
Каждый раз, открывая глаза, она ловила его взгляд, но потом он делал ещё одно движение, и Валанди невольно выгибалась и закрывала их от наслаждения. Пусть он сейчас главный, пусть сделает все сам. Лишь иногда она позволяла себе намекнуть на ускорение темпа или качнуть бедрами из стороны в сторону, чтобы ему было так же приятно, как и ей.
Лицо звёздного, стоящее до этого перед глазами, совсем пропало. Сейчас перед ней был Гинтар, был в ней. Только он, один, только ее! Она заглядывала в его глаза и видела в них желание. Он хотел её, она упивалась этой мыслью и сама хотела его ещё больше. А каждое движение внутри приносило умопомрачительное удовольствие.
Ни капли не стесняясь своих стонов, Валанди прислушивалась к его быстрому дыханию, мечтая повторения услышанного в самом начале стона. Она была близка к пику, но хотела продлить этот долгожданный момент их единения, поэтому кусала его за шею, чтобы он наказал ее за это и почти вышел. Но это только сильнее сводило с ума.