Он зачитал содержимое Кае и с её одобрения отправил птицу к хозяину.
— Мне кажется, вышло даже больше, чем нужно, — усмехнулась эльфийка. Она повернула лицо к кровати и, странно промычав в вопросительном тоне, посмотрела на Зака. — Так что… Будем спать вместе?
В лесу это не было так интимно — кроватью была одна большая земля, а тут… Узкие кровати, которых для Зака ещё и мало было — ноги свисать будут.
К этому времени Зак совсем осмелел, у него было игривое настроение, поэтому он поднялся, подхватил Каю и, закружив, осторожно положил на сооруженную гномами кровать. Сам пристроился сзади, поджимая ноги, чтобы не торчали, и обнял лунную, сильнее притягивая к себе.
— Вот так удобно, — он зарылся носом ей в шею, щекоча своим дыханием.
— Эй! Ай! Что ты делаешь? — вот этими словами сопровождалось сие действо. Но, надо признать, ей понравилось, хоть вид был такой, мол, что это сейчас было.
Да и в объятиях Зака она даже не знала, как себя вести. Просто замерла в одной позе… Хорошо, что хоть не видел её пунцовое лицо. С другой стороны, когда, как не сейчас, обсудить… «их»? Кая долго молчала, прислушиваясь к его дыханию, думая, может он что-то скажет, но Зак молчал, заставляя чувствовать лунную ещё неуютнее.
— Закнеел… А что теперь с нами? Разве это была не просто… помощь? — намекнула она на ночь.
Закнеыл дёрнулся от этих слов, как от пощёчины. Он-то думал, что они вроде как всё выяснили, что он объяснил ей все тем поцелуем. Но раз она хочет услышать, то он произнесет это вслух.
— Нет, не просто «помощь». Надеюсь, ты тоже так думаешь. Я хочу быть с тобой не только под действием сакодки, — он приподнялся, чтобы заглянуть ей в лицо, покрасневшее милое личико. — И теперь у меня есть ещё один способ наказывать тебя за то, как ты произносишь мое имя. Это уже тридцать шестой раз, я веду счёт.
И с каждым словом она становилась всё краснее и краснее. Особенно в голову впились эти слова «быть с тобой». Эхом отбиваясь в мыслях и доставая до самого сердца, согревая его. Она не привыкла, что её могут любить, хотеть быть с ней. Каждый, кто показывал ей свои чувства, потом жестоко смеялся, но она не хотела ему рассказывать. Почему так просто не может поверить его словам? Один раз по пьяне рассказала и хватит.
Нагнувшись к ней, Зак укусил ее за ушко. Не больно, лишь слегка прикусил и сразу же лизнул это место.
— Ай! — скорее от неожиданности пискнула она, и Закнеыл мог ощутить, как по её телу прошлась волна то ли мурашек, то ли просто чего, а потом сильное напряжение — ей понравился этот укус. — Тогда у меня больше причин делать в нём ошибки, — но сказано это было специально тихо, чтобы кое-кто не услышал. Хотя… Тут было так тихо, что вряд ли можно пропустить мимо ушей. — Я… я не умею «быть вместе», — хоть в чем-то она решила с ним быть откровенна. — И, раз мы решили скрывать это от Гина, то как ты себе это представляешь? Ведь будем всё время на виду.
— Сейчас их здесь нет, а потом… — он задумался, но выдал самое логичное решение, которое пришло ему в голову. — Я могу ходить с тобой на охоту вместо Валанди. Или будем устраивать тренировки почаще, уходить дальше в лес. У них же нет такого слуха, как у нас, — почти мурлыкал ей на ухо Зак. — Знаешь, я тоже не умею быть вместе. У нас, звездных, это происходит совсем иначе, чем у других. Но я хочу попробовать с тобой, хочу посылать тебе воздушные поцелуи, показывать все те милые знаки, выражающие без слов чувства, вот так хоть иногда касаться тебя.
Он опять прижался к ней, сильнее обнимая, положил свою щеку на щеку Каи. Зак прикрыл глаза и улыбнулся, наслаждаясь моментом. Он был с ней осторожен, нежен, чтобы не напугать, но даже если она побоится, он ее все равно не отпустит.
Потом, потом… А что будет после потом? Хотела она спросить, но его слова так красиво звучали, так много обещали. Чего-то нового, приятного.
Когда девичью щеку обожгло прикосновениям, она вновь вздрогнула и напряглась, но это оцепенение проходило быстро, с каждым его умиротворенным вздохом. А… почему бы нет? Кае разве плохо? Больно? Неприятно? Нет, все было очень даже наоборот, и когда до глупой головки дошёл этот факт, она медленно расслабилась в его руках, после чего даже повернулась лицом к Закнеылу, чтобы уткнуться в грудь носом и неуверенно, даже как-то боязно, положить руку ему на ребра в неком обнимании. Ногам в этот момент было особенно тесно — коленки эльфов так и наровились кольнуть друг друга, и Кая просто, в наглую, положила свою коленку на его, делая их телесный контакт ещё ближе и плотнее.
— Спокойной ночи, Зак…нэал, — он мог почувствовать её усмешку; как плечи вздрогнули от смешка… Он мог услышать спокойный, будто избавляющий от всех ее неприятных мыслей выдох и маленькое согласие в этих словах.