Кинжал был изготовлен из сильверита, но с прожилками, поблескивающими красным на свету. Должно быть, сплав с рубидием, но так искусно сделать это нужно уметь. Рукоять его идеально ложилась в руку, а украшал ее огромный рубин с золотой отделкой. Закнеыл вертел его в руке, проверяя балансировку. Подкидывал и ловил, ловко перебирая пальцами. И только после одобрительно хмыкнул и передал Кае.
— Вот этот подойдёт.
— У Вас замечательный вкус, господин! — ахнул Хартон, выходя ближе к звёздному. — Этот клинок был сделан ещё при великом Мартаундисе, во времена…
— Зак, — тихо шепнула Кая, пока кузнец забылся в истории и расхваливании. — Он очень дорогой, им сегодня уже интересовался один гном. Может, что-то проще? Ну, я же не мечник. Какой смысл так стараться?
— С плохим или неподходящим кинжалом можно только серьезнее пострадать, чем вообще без него. А я научу тебя таким приемам, что Валанди с её грациозными прыжками и рядом стоять не будет, — шепнул в ответ Зак. — А за деньги не волнуйся. Видишь красный отлив в металле? При Мартаундисе не умели добывать рубидий, а уж тем более обрабатывать его — так что пусть он не распинается о его древности. И такую огранку камней стали использовать совсем недавно. Как минимум за это можно получить скидку.
— Ты хуже Гинтара, — буркнула эльфийка и сложила руки на груди, наблюдая, как Закнеыл лихо ставит гнома на место. Правда, тот ясно дал понять, что свою благодарность за её труд он забирает обратно.
Но, врать не надо — Кая, присмотревшись как следует к подарку, всё же оценила его. Самое главное — ей нравилось, что это не просто голый скучный клинок, да и красный она любила.
— Спасибо, — искренне сказала девушка, когда они возвращались домой. «Но, наверное, когда вы — пара, одного спасибо мало?» — так подумала эльфийка и, остановившись, взяла Закнеыла за руку. Тот непонимающе посмотрел на лунную, проследил, как её рука осторожно хватает прядь его волос и тянет вниз. А всё для того, чтобы она поблагодарила его лёгким касанием губ в щечку. Как тогда, на стенах в солнечном городе. — Мне он очень понравился, — и смущенно опустила лицо. Для неё это было как-то странно, необычно, но приятно. — Пошли домой быстрее, а то гномы нам ничего не оставят!
Да и для Закнеыла это было тоже непривычно. Как и тогда, он почему-то сильно удивился ее жесту, даже скорее тому, что она первой сделала шаг к нему, ведь после той ночи именно ему приходилось идти к ней навстречу. Он был приятно удивлен и с довольной улыбкой наблюдал за удаляющейся эльфийкой. Поймал себя на мысли, что смотрит, как ее бедра качаются из стороны в сторону при ходьбе, и почувствовал непреодолимое желание взять ее прямо здесь и сейчас. Но это напугало его — именно такое мышление у звездных. Или это происходит со всеми, когда они видят предмет обожания? Зак отогнал эти невесёлые мысли и побежал за Каей, подхватывая ее за талию.
— Это ещё не всё. Сегодня же опробуем его на тренировке, — воодушевленно произнес он и нагнулся к самому уху лунной. — Будешь отрабатывать все свои ошибки.
— Да откуда у тебя силы берутся? — возмутилась Кая. — Я же не врала, когда сказала, что устала! — и она всё ещё не могла поверить, что он считает разы, когда его имя неправильно произносила. Сколько там было? Тридцать с чем-то? Если бы это вот такие укусы, как вчера, то она готова была хоть сотню тысяч раз называть его неправильно, а если… — Стой, подожди? На тренировке отрабатывать? Но ты же говорил, что у тебя теперь другой способ наказывать меня!
О боги, как же это звучало. Она покраснела и вырвалась из его рук, отбегая на несколько метров вперёд, кукся нос. Ещё бы чуть-чуть, и язык показала бы в дразнящей форме.
— Я против! Я не хочу тренировку именно сегодня! И наказания на ней не хочу!
— Значит, хочешь второй способ? — он хищно улыбнулся.
Если вспомнить, что Зак — звездный, то это было страшно. Он догнал ее и схватил сзади. Кая пискнула, когда он побежал за ней, а потом и когда схватил. Так они и остановились посреди дороги, благо сейчас она была почти безлюдна — гномы предпочитали не пропускать ужин.
— Просто когда я вижу тебя, во мне закипает энергия, и если я не найду, куда ее девать… — зашептал он ей с улыбкой. — Ты уже знаешь, что я и без сакодки могу всю ночь напролет.
Его слова… его дыхание… Всё обдавало и было пропитано таким жаром, такой горячестью и страстью. Кая заряжалась ей, его шепот раз за разом возвращал в ту волшебную ночь, которую хотелось повторять вновь и вновь, без устали, без остановки. Будто бы она стала воспроизводить кадры того дня, будто бы возбуждалась от одних только мыслей. Будто бы? О, нет, совсем по-настоящему. Но вот только…