Перед ними непонятно откуда материализовался мужчина. Красивый, но он и рядом не стоял с красотой его жены или старшего сына. Кая даже мысленно отметила, что сыновья взяли свою красоту именно от матери. Но вот взгляд… Такой взгляд был только у Сектара — наполненный надменностью и горделивостью, на уровне греха. Глава семейства имел высокий рост, даже выше Закнеыла, из-за чего Кае было намного проще скрывать свою враждебность к этим эльфам.
Глава семейства не показывал никаких эмоций, кроме высокомерия, присущего туманным. На троицу он бросил короткий взгляд, но в нём они могли прочитать всё, что он думал о них.
— Я ожидал чего-то большего, — фыркнул отец Гина при взгляде на эльфов. — Но ты не писал в письме, что это будут… — Майнсет подошёл к шеренге путешественников и, смотря на их макушки, стал медленно идти вдоль них, приговаривая: — мало что из себя представляющий звёздный… Пф, и это представитель самой опасной эльфийской расы? Я разочарован…
«А ты попробуй к нему ближе подойти, павлин набитый», — мысленно рыкнула Кая. Отчего-то с другого помещения послышался смешок Сектара.
«Так, ладно, забираю все свои слова назад, которыми успокаивал Валанди. “Мало что из себя представляю”? Да я последний чистокровный прямой потомок самого!.. Да я ему!.. Альбинос хренов, выпущу тебе кишки и добавлю цвета твоей надменной морде!» — Зак взорвался внутренним негодованием, и теперь Валанди приходилось его держать. Звёздный с трудом подавил желание снести белобрысую голову, но глаза, запылавшие алым, скрывать не стал.
Кая вновь бросила на него взгляд, дабы оценить состояние. М-да, даже его из себя вывести успели. В отличие от жены, Майнсент даже любоваться на это зрелище не стал — подошёл к Валанди и бросил на неё взгляд короче, чем на Закнеыла. Кая ревностно указала взглядом звёздному на руку солнечной, держащую его кисть.
— Какая вульгарность и в тоже время безвкусица. За одно даю аплодисменты — сочетать такие вещи просто невозможно, но вам, леди, удалось. Я ожидал от дивных эльфов лесов чего-то более… изысканного, — тем временем говорил мужчина.
— Отец, — этого Гинтар уже стерпеть не смог. — Что тебе не нравится? Валанди — одна из самых красивых представительниц…
— Твоя мать — одна из самых красивых представительниц, а это… — ох, как же неприятно он сказал «это» опуская глаза на солнечную. — если ты мне скажешь, что это лучше, чем моя жена и твоя мать, я приму это как оскорбление.
Гинтар замолчал. Он не мог сравнивать этих женщин, но и перечить отцу тоже не смел, дабы тот остался доволен. Хотя… он уже в принципе не доволен.
Валанди замерла, просто застыла, глупо уставившись перед собой невидящими глазами. Если бы не держалась за звёздного, точно упала бы. Всю ее злость как рукой сняло, оставив лишь шок. «Вульгарно»? «Безвкусица»? Она так долго выбирала этот костюм, теперь понятно, почему Гинтару она нравится больше без одежды — весь в папашу.
— Больно, — шикнул Зак, отрывая руку солнечной от себя. Он перехватил ее ладонь поудобнее, позволяя ей и дальше сжимать ее, и бросил извиняющийся взгляд на Каю — Валанди сейчас нужна поддержка, которую от Гина она получить не сможет.
А тем временем Майнсет подошёл к Кае, и Гинтар напрягся.
— А это та самая пресловутая Кая, твоя подруга?
— Да, отец.
— От дикарей я другого не ожидал, — фыркнул мужчина, брезгливо беря прядь волос девушки. Гинтар расширил глаза. «Милая, только держись. Умоляю, только терпи». Перед глазами всплыл момент, когда к ней вот так же приблизился пират в Ниварне.
«Раз, два. Черная вдова. Три, четыре, ты в паутине. Пять, шесть, хочу тебя съесть. Семь, восемь, добавки просим», — как мантру повторяла про себя страшилку Кая, дабы хоть как-то отвлечься, игнорировать, что до неё прикасается такой неприятный тип.
— Мешковатая одежда, неухоженный вид, — между тем проверял её на сдержанность Майнсет. Именно проверял, ведь возле неё он стоял особенно долго и нарочно растягивал слова. Наклонялся к ней всё ниже, заставляя прятать глаза. — И на это пугало ты променял Манари? — вот это оскорбление молча уже не могла снести. Мало того, что по больному ударил, так ещё… — Рычишь? А как нормальный эльф выражаться не можешь?
Скажет что-то — конец. Продолжит рычать — тот только продолжит насаживаться. Кая зажмурилась, но подавила в себе всю жажду убить этого ублюдка.
— Что ж… — наконец-то глава семейства отошёл от Каи и остальных к своей жене. — Она хоть умеет себя контролировать. Да и воспитанностью вы все отличились. Лучше, чем то, что я встречал в городах, — но не успел Гинтар с облегчением выдохнуть, как отец сверкнул взглядом в его сторону: — Уверен, эта вежливость — твоя работа. Столкнулись бы мы в городе, они бы сразу забыли, на чьих землях находятся.