— Скот… — Валанди не успела договорить — на ногу ей больно наступил Зак, заставляя подавиться этим словом.
— Тихо, мы почти выдержали это, — зашипел он ей в ухо.
— Гинтар, переодень этих бездомных к обеду. Убедись, чтобы солнечная была хоть немного симпатичнее, чем сейчас, а лунная не имела блох. Ужин будет в семь. Тогда и поговорим. Но недолго. Нам с Заринти ещё нужно посетить старейшину.
— Спасибо, отец, — наконец-то этот ужас закончен. Гинтар повернулся к товарищам и указал им рукой на лестницу. — Прошу, я покажу вам ваши комнаты, — как же ему не терпелось убраться подальше от родителей. Точнее убрать друзей от них. Он приобнял Валанди и Каю, и девушки почувствовали даже через одежду, насколько заледенели от волнения его руки. Да, он старался вести себя стойко, не показывать слишком ярко выраженных эмоций, но лично до Каи только сейчас дошло, каких трудов ему это стоило. Они гости — не могут ничего сказать. Но он — полноправный член семьи и такой же хозяин дома, обязан был проглатывать оскорбления в сторону его друзей.
— Я согласился усадить твоих друзей за наш семейный стол, — вдруг повысил голос Майнсет, да так неожиданно, что это было сродни с громом, — но я не выделял им гостевые комнаты.
— Отец, но не в таверне же им ночевать.
— Как раз именно там! Или, как хочешь, умещай эту ораву в своей комнате.
Гинтар одарил своего отца неприятным взглядом, но смолчал. Ладно. На троих там вполне будут места, а сам либо у брата заночует, либо в той же гостевой. Но в таверну их не отправит. Им просто будут врать, что нет мест.
Отец бросил испепеляющий взгляд на троицу и, предложив жене руку, поднялся с ней наверх. Наконец-то! Гинтар расслабленно расправил плечи и выдохнул.
— У нас есть время до ужина? — мертвым голосом спросила Валанди. Ей не хотелось ни минуты больше находиться под крышей этого дома. И ночевать здесь она не собиралась. Как только выдастся момент, сбежит в сад, найдет тихий угол и изобьет какой-нибудь чертов куст, чтобы выпустить пар. Как же остальные были с ней солидарны.
Зато Кая не стеснялась в выражениях. Она подскочила к Гину и, взяв его за ворот, потянула к себе:
— Это ты мне обещал?! Это что за чёрт сейчас был? Пугало? Да я…
— Вот! — из соседней двери, в которой прятался младший брат, вышел Сектар и театрально захлопал в ладоши. — Именно этого представления я и ждал!
— Не смешно, Сек.
— Нет, это было бы очень смешно! — младший смеялся, а Гинтар, пусть неискренне, но улыбнулся ему, и братья обнялись. — Что это за представление выдрессированных собачек было?
Так и не получив ответа на свой вопрос, Валанди просто развернулась, чтобы уйти. Она вдруг осознала ту пропасть, что разделяла ее и Гинтара. И она ещё на что-то надеялась? Даже смешно стало.
— Ты куда? — но Зак ее остановил. И обратился к Кае, пытаясь и ее успокоить: — Ты вовсе не пугало.
— А ты не лечи меня! — рявкнула лунная уже на звездного. Она была зла не только на этого павлина, но и на Зака. У Валанди теперь был Гин! Это его работа её успокаивать! А Зак с ней и за ручки держался, и сейчас не отпускает. Это Кая была на грани убийства!
— Нам нужно добро отца, — между тем рассказывал Гинтар брату. Он увидел Валанди, хотел её остановить, но просто не успел.
— Тогда этот идиот вас просто за нос провел, — засмеялся Сектар, говоря остальным. — Отцу все равно на вас, но за магию он сам готов унижаться.
— Что?!
— Не слушай его, Кая. Это не так.
— Зря ты, братишка, ох зря. Это мне приходится с ним жить, так что поверь, я его знаю уже лучше, чем ты.
Тихий смех прервал их всех. Он медленно нарастал, пока не стало понятно, что это смеялась Валанди.
— Получается, что этот индюк оплевал нас всех, а сам готов в ногах валяться, лишь бы мы закончили этот путь? — она подняла глаза на Гинтара, и в них он увидел долю безумия. Она скинула капюшон, гордо задирая голову, откинула полы плаща, демонстрируя свой «безвкусный» наряд. — Я вторая правительница Сильверсана, мне поклоняется любой мужчина, как только я захочу. Если хоть ещё одно оскорбление в сторону меня или моих друзей слетит с ваших грязных языков…
— С ума сошла, балбесина? — Зак отвесил солнечной хорошую затрещину. — Без их помощи мы далеко не уйдем.
— Эй! Ты сам готов ему кишки выпустить, — возмутилась она.
— О, поверь, я ещё отыграюсь за каждое его слово, но позже, — нехорошая тень проскользнула по лицу звёздного.