— Пищу она добывает лучше нас всех вместе взятых, а крыша над головой — не всегда счастье, иначе почему ты ушел из дома? Я не богат, но серебряники в кармане найдутся. Покинув дом, чтобы изменить свою жизнь, я потерял все. И Кая — первое сокровище, которое я нашел здесь, — он искренне пытался донести до Гина, что у него серьезные намерения.
Да, он не мог предложить ей ничего, кроме самого себя. Он устал, устал быть один все время. Зак хотел иметь близкого, с которым может поделиться переживаниями, и который сможет его понять. Он помотал головой из стороны в сторону, осознавая, что Гинтар просто не хочет отпускать от себя подругу, ему ничего не объяснишь.
— Кая давно не ребенок. Изгнанник просто не выживет, если будет смотреть на мир как ребенок.
Нет, он правда готов был отдать Каю, но лишь тому, кому сам будет доверять на все сто процентов. И кто, по его мнению, действительно сделает её жизнь счастливее. Пока что, если уж не под первое, то под второе Закнеыл не подходил.
— Ты ведь о ней ничего не знаешь, — грустно усмехнулся туманный. — Жизнь ставлю на кон, но она тебе даже ничего не рассказала о себе.
И Гинтар не мог отделаться от мысли, что Закнеыл всё-таки в ней увидел лишь симпотичную мордашку. А как он отреагирует, если оборотень в порыве злости оцарапает его? С Гином был неудачный опыт, но он принял это. А звёздный готов будет терпеть такое обращение? Нет, Зак ей ничего не сделает — Гинтар верил в это, но… Сам не знал, но он искал причины!
— Когда-нибудь ты услышишь, что она убила нескольких оборотней из своей стаи, которые к ней зла не питали. Просто так. Хотела пробить путь к власти. И ты примешь это? Для тебя это будет номальным?
— Посмотри на меня, — невесело усмехнулся Зак. — Кого ты видишь? Ты знаешь мою историю. Думаешь, после того, что я творил, могу упрекать кого-то другого? Но это все в прошлом, и пусть там и остаётся.
— Я смотрю на тебя, Закнеыл. И ищу хотя бы одну причину, которая убедит меня в том, что ты достоин её, — грустно ответил Гин.
***
В это время в особняк вошли истинные хозяева. Майнсет был зол и недоволен. Он всю дорогу держал раздражение в себе, и стоило слуге закрыть за ним дверь, как он взмахнул руками, выкрикивая:
— Проклятье!
— Успокойся, милый, — ласково привлекла его внимание жена. — Старейшину тоже можно понять.
— Нам выпал шанс сделать сказку былью, — не унимался супруг. — Мы можем заполучить могущество! А не иметь эти жалкие подачки магии.
— Майнсет, ты несправедлив. Мы — единственные, кто имеет магию. Даже морские эльфы не способны управлять водами, хоть там и живут. Нам повезло намного больше, чем другим.
— Но мне этого мало. Мы больше не могущественная раса, а подобие людей! — мужчина тяжело вздохнул, будто эти слова отняли его последние силы. Заринти подошла к супругу и, обхватив его лицо ладонями, заставила посмотреть на себя:
— Я не понимаю, почему ты переживаешь? Наши сыновья смогут. Гинтар сильный мальчик — он пройдёт испытание, а верность старейшине Сектара не будет поставлена под удар — он не даст поблажки брату на испытаниях. Неужели ты не доверяешь им?
— Я не доверяю этим пришедшим… — поморщился Майнсет, но выражение его лица заметно смягчилось, стоило заглянуть в прекрасные глаза жены. Он медленно опустился перед ней на колени и, перехватывая руки, поцеловал их. Да, он был высокомерным туманный эльфом; он был не последним эльфом у старейшины. Он был суров и воспитывал сыновей так же. Но в первую очередь он был влюбленным мужчиной, чья любовь не угасала со временем к этой прекрасной женщине. Готов был стоять только у её ног на коленях, только от неё он был готов терпеть любое унижение. Заринти… Прекрасная Заринти на зависть всем принадлежала именно ему, и была настоящей гордостью в доме Майнсета. — Это они не пройдут испытания.
— Ты слишком строг к ним, дорогой. Гинтар описывал оборотня как сильную и волевую женщину. Солнечная тоже дала понять, что, пусть и не по крови, является достойной принцессой Сильверсана. Звёздные в принципе не умеют проигрывать. Они пройдут испытания. А если нет, то один из них должен, а старейшине и этого достаточно.
— Может, ты и права, — совсем успокоился Майнсет. Бросив проходящему мимо слуге «Подай завтрак», Майнсет с неохотой отпустил руки жены, поднялся и предложил свой локоть, дабы сопроводить к сыновьям. — Ты сегодня была бесподобна.
— Да? Я боялась, ты будешь ругаться, что я позволила себе немного вольностей, начав спор со старейшиной.
— Ты же знаешь, тебе можно всё, любовь моя. Да и, надо признать, видеть лицо старейшины в этот момент мне было очень приятно. Однако… — эльф остановился, и лукавая искорка промелькнула в его серых глазах, — мне придётся тебя за это наказать.