Много чего ещё интересного Сектар нашел в её голове — у Валанди было слишком много мыслей о нем. Например, то, как она расстроилась из-за кольца, или как обидело ее то, что он отдал его другой. Оно было только у нее, и было приятно знать, что она такая единственная. И секрет этот был только ее, объединял их.
Сектар долго копался в её голове, и с каждым просмотром он улыбался все ехиднее, противнее, ярче.
Он видел, как Валанди хотела плакать, не желая показывать свои тайны, но он же предупреждал.
— Я догадывался. Ты всё-таки хочешь меня, — сделал умозаключение туманный, отпуская её голову и отходя на шаг. — Значит, теперь я могу заявить на тебя права брату. А ты останешься с победителем, — как высокомерно, но… с какой уверенностью он сказал это и улыбнулся.
— Нет, я уже сделала свой выбор, и это не ты. Забрал кольцо, забери и себя из моей головы, я знаю, ты можешь это сделать. Но не трогай Гинтара. Я не прощу тебя, если ты ему что-то сделаешь.
Валанди испуганно схватила его за рубашку. Она не хотела его отпускать, не хотела, чтобы он все рассказал Гинтару.
Но Сектар либо расценил это как нечто иное, либо просто не сдержался. Он пригвоздил Валанди к стене и, обхватив её левую часть лицо, захватывая волосы, впился в её губы.
Нет, это явно не Гинтар. Старший был опытным, но у младшего было его ещё больше, что немедленно сказалось на поцелуе. Он был жёсткий, уверенный, и любая уверенность в Гинтаре была в несколько раз помножена у Сектара. Все решал он: глубину, страсть, время.
Он прижался своей грудью к её груди, заставляя костяшки на державшей его рубаху руке сильнее впиться в него. Сектар, сам того не ведая, показывал Валанди, как её ждал, как хотел этих губ. И сейчас он давал своего рода обещание ей, что за сердце прекрасной эльфийки будет биться. И соблазнения не просто не прекратятся, они усилятся.
С неохотой он оторвался от губ и, открыв глаза, уставился на лицо Ваданди, ожидая её реакции.
В тот же миг она отвесила ему смачную пощечину и испуганно поднесла ладонь к губам. И непонятно, чего испугалась больше: самого поцелуя или же, что ударила его, явно разозлив. Но, вообще-то, это она должна здесь злиться.
— Не прикасайся ко мне больше, — опустив руку, она без тени страха посмотрела в его медовые глаза. Нет, о его силе помнила, знала, что он могущественнее Гинтара и победит его, но почему-то никогда не боялась. За исключением моментов, когда он угрожал отнять чувства к ней у Гина. Вот и сейчас она с вызовом смотрела прямиком в его глаза. — Завтра ты уйдешь, и мы больше никогда не встретимся ни мысленно, ни лицом к лицу. Я стану женой Гинтара и буду счастлива с ним. А тебя я забуду, как страшный сон, как те кошмары, что наводило на меня клеймо мага. Я избавлюсь от тебя точно так же — просто вырежу.
Чем больше Валанди говорила, тем сильнее распалялась. Она тяжело и часто задышала, а при воспоминании о клейме левое плечо неприятно кольнуло и зажгло. Пока ещё не осознавая, что происходит, она схватилась за него и уставилась на Сектара, хотела ещё что-то добавить, но плечо вновь обожгло, да так сильно, что она вскрикнула от боли.
— Только не снова… — взмолилась солнечная и оттянула воротник рубашки, чтобы увидеть новый знак на плече — ромбовидного паука. В ту же секунду она упала, потеряв сознание.
Сектар с самого начала даже её не слушал, а держался за свою щеку, ведь… Его никто и никогда не бил. На островах чтобы туманная такое сделала — это… Да это только если муж ей позволяет себя так вести и строго дома, где нет глаз. Да его даже мать никогда не била! А тут… какая-то девка.
И что ещё хуже… Мысли Сектара о том, чтобы заполучить её, лишь укрепились, да и после того, что он увидел — она ведь сама хочет его, так чего отталкивает? Пусть позволит братьям за неё побороться, а там…
— Эй, солнечная?.. — произошло, что произошло. Сектар опустился перед ней на колени и посмотрел на клеймо, вспоминая, что брат упоминал в письме, но… Эффект был не таким.
«Солнечная, совсем крышу снесло в обмороки падать?» — спросил он уже проникая в её голову всем телом, как с лунной.
Но эффект был совсем другим. Сектар не увидел привычных хаотичных вспышек воспоминаний и прочего, а как будто перенёсся в другой мир, в лес, самый настоящий, дикий, заросший лес. И куда идти, спрашивается? Туманный осмотрелся вокруг, дивясь такому явлению, и по наитию пошел туда, где у нормальных разумных существ в голове должен быть центр сознания.
Довольно долго ему пришлось пробираться сквозь заросли, но в центре этого леса он нашел поляну и маленький домик на ней. На крыльце он увидел Валанди и Гинтара. Они сидели на лавочке, и солнечная, облокотившись на туманного, с закрытыми глазами слушала, как Гин читает ей какую-то приключенческую историю вслух. И казалось, она была счастлива.