Закнеыл закрыл дверь за собой, повернулся и… уронил стакан с водой. Он что-то говорил о том, что не притронется к ней? Красный огонек в глазах говорил об обратном.
— Нечестно! Ты это сделала специально, — возмутился Зак, но даже и не подумал отвернуться. — Вот как с тобой иметь дело?
Но как же она была соблазнительна в этом наряде. И как устоять перед такой?
— Нет. Если я сейчас отступлю, ты будешь пользоваться этим приемом всегда, — все же он нашел в себе силы отвести взгляд, замотал головой, но то и дело возвращался глазами к соблазнительнице.
Сначала Кая испугалась его реакции, но потом… Поняла, что он у неё на крючке. Ну, кто теперь будет наказывать другого? Да как он смеет лишать её поцелуев? Это непростительно! Вот за это и будет наказан.
— Ну что ты! — театрально ахнула Кая, медленно, пользуясь и показывая каждый изгиб своего тела, встала с кровати и подошла к звёздному, повиливая открытыми бёдрами. — Милый, я всё поняла! Наказана, значит, наказана. Я ни на что и не надеюсь. Просто… — показала ладонями на свой наряд, — переоделась ко сну.
Она осторожно ступила между осколков, взяла его руку, что не так давно держала стакан, и с вожделением посмотрела на Закнеыла.
— Ты не поранился? — поцеловала кончик фаланги. — Подожди, кажется, я вижу кровь, — провела язычком по всему пальчику. — А ты мне пока расскажи, что за сюрприз готовил. Я же должна понять, насколько сильно оказалась наказана, — обхватила палец губами, и всё же ехидная улыбка прорвалась, но она быстро спрятала её.
— Ах ты ж… И где только набралась такого? — Зак сделал рваный вдох. — Сама догадалась, как со мной справиться?
Ливафейн всегда пользовалась подобными приемами, чтобы расположить к себе Зака, когда он был не в настроении. Но она бы не стала рассказывать сопернице все секреты. Остаётся только…
— Или тот туманный надоумил? — неожиданно разозлившись, он схватил Каю под локоть и рванул на себя. — А он тебе рассказал, что ещё ты можешь сделать, чтобы подчинить меня себе?
Второй рукой Зак схватил ее за ягодицу и прижал к себе, чтобы она почувствовала напряжение в его штанах. Не способный больше держать себя, он впился в её губы жадно, страстно, сразу углубляя поцелуй. Он переместил ее руки себе на шею, а своими подхватил бедра и поднял ее, чтобы отнести на кровать. Повалившись вместе с ней на матрас, он гладил ее руками и разрывал поцелуй, только чтобы усладить свой взор видом любимой в таком наряде.
И вновь лунная сначала испугалась его злых глаз, но позже сквозь поцелуй только улыбнулась. С каким наслаждением она смотрела на подчиняющегося мужчину. неужели ими всеми так легко управлять? Или только ей с Заком повезло? Нет, она не собиралась его из-за этого как-то опускать или плохо думать… Но когда в твоих руках есть такая сила, невольно хочется ей пользоваться.
— Он мне только сказал, — прошептала она, подставляя под его ладони все части тела, которые тот только хотел потрогать, — что этот наряд успокоит тебя, если ты на меня разозлишься. А набралась такого… Ни от кого… Просто, мне показалось, что такое тебе тоже может понравиться, но если нет… — так, минуточку. Она же вроде тоже его наказывать хотела! Но… он так редко бывает таким… агрессивным, а ей это так понравилось тогда, после того, как Сек что-то в чай подмешал. Лунная уперлась руками ему в грудь, отталкивая. — О нет, нет, Закнеы-ы-ыл, подожди… А как же наказание? Я же так не усвою урок. Нет-нет, нам нельзя.
Она плотнее сжала свои ножки, и, перевернувшись на живот, стала выползать из-под него. Знала, чем всё закончится, к тому и вела, но надо же поиздеваться над ним, подразнить. Тем более, не так часто им удавалось во что-то «поиграть». А тут от одних только мыслей, от слова «наказание», но немного в другом ключе, воспламеняли внутри сильнее, чем порой и сам процесс.
— О, нет, дорогая, — зашептал ей на ушко Зак, прижимая ее к кровати собой, — теперь ты никуда не денешься. Сейчас ты узнаешь, что означает дразнить звёздного.
Язычок прошёлся по её мочке, а за ним длинное ушко прикусили зубки. Закнеыл убрал волосы с её шейки и прошёлся по ней губами, оставляя влажную дорожку. Пальцами заводил по спине, щекоча позвоночник и заставляя ее выгибаться. Пробрался руками к ее груди и он сильно замял приятные округлости, трясь пахом о ягодицы лунной. Он нетерпеливо зарычал, больше не в силах сдерживаться.