— Я влюбился в твою солнечную.
Гинтар молчал. Сектар знал, что он его услышал. Он знал, что Гин заговорил с ним мысленно. Нет, даже не так. Он столько всего хотел рассказать ему, но не знал, с чего начать, не знал, как на это среагировать. В его душе был какой-то испуг, который младший немедленно уловил. Страх соперничества? Возможно, но Гинтар верил, что брат не будет отбирать его невесту с помощью магии.
Потом была злость. Как посмел младший посмотреть на то, что принадлежит ему — старшему? Как посмел посмотреть на его игрушку, потянуть к ней руки? Как. Посмел?
— И что дальше? — неожиданно спросил Гин холодным голосом. Таким он никогда не обращался к младшему, отчего Сектар понял, что если уж их отношения вернутся в такие, какие были той ночью, то очень и очень нескоро.
— Я не буду стоять в стороне. Я буду бороться за неё, — не стал скрывать и своих намерений младший.
Гинтар резко сел, с такой злобой взглянув на Сектара, что, казалось, вокруг него заискрился воздух. Почему показалось? Сектар, лежа на спине, видел эти искры, ощущал, как вокруг Гина тяжелела атмосфера.
— Да как ты смеешь? Сектар, она уже моя невеста!
— Это ничего не меняет, Гинтар.
— Ты обезумел! Это самые бредовые мысли, которые у тебя когда-то были. И идея твоя бороться за её сердце отвратительна и глупа!
— У меня всегда были глупые идеи, — в отличие от старшего, младший продолжал быть спокойным. — И кому, как не тебе, знать, что какими бы ни были мои идеи, они всегда осуществлялись, — с этими словами он повернул лицо к старшему и как-то грустно усмехнулся: — Я упрямый.
И Гин знал это. О да, в его глазах страх усилился. Валанди была ему очень дорога, а тот факт, что Сек всегда добивался своего, не мог не пугать. Так было всегда. И каким бы ни было велико доверие к Валанди, доверие к младшему брату пошатнулось.
Гинтар не собирался дальше вести этот диалог. Он встал с пола и убежал в свою комнату, чувствуя себя каким-то преданным. Сразу с трёх сторон: Кая больше не была его маленькой девочкой, которую нужно защищать. Валанди ушла, даже не попыталась разделить с ним свои тревоги, словно он был каким-то чужим человеком. И брат. Всю жизнь будучи холодным, он посмел проявить теплоту своего сердца к его невесте, к его сокровищу!
Гинтар смог уснуть только рано утром, но перед сном он знал, что Сектар так пытается проявить заботу. Женщина женщиной, но брат оставался братом, даже если старший и тихонько возненавидел за это младшего. Сектар усыпил Гина. Ему предстояла дальняя и опасная дорога. Он должен был отдохнуть.
***
С утра Закнеыл и Кая заглянули в комнату Сектара, но обнаружили там только одного туманного. Выяснив, что Гинтар уснул только под утро, пара решила пробежаться по магазинам вдвоём. Они накупили теплых вещей, а по дороге Зак показывал Кае буквы на вывесках, и каждый раз, когда она угадывала буквы, радовался, будто это его достижение.
Ближе к обеду они решили вернуться в таверну и проверить братьев, а заодно и перекусить. И подходя к ней, Зак заметил маленькую белую птичку, которая влетела в окно Гинтара.
— Письмо от Валанди? Надеюсь, она возвращается, — обеспокоенно произнес звёздный. Он ожидал, что она вернётся, а не пошлет очередную записку. Нет, ну точно найдет ее, силой притащит и бросит к ногам Гинтара вымаливать прощение.
«Я у ворот. Нужно поговорить. Наедине. Валанди».
Так гласило письмо, которое Гинтар тут же скомкал, чтобы его не увидели остальные. Кая так точно по его принципу будет говорить, что это может оказаться ловушкой. И не было после ночи у Гинтара никакого настроения на разговоры. Да и… на встречу не было. В смысле, нет, он рад, он счастлив! С ней всё хорошо. Но… содержание было не радостным.
Гинтар молча встал и вышел. Молча прошелся по городу. Даже не торопился. Что-то не давало ему покоя в этих строках. Обычно такие серьёзные вещи говорят перед расставанием или раскрытием какой-то тайны, которую Гинтар точно не хотел бы слышать.
И как бы он ни оттягивал момент, быстро дошел до ворот и сразу увидел Валанди. Нет, он к ней не подходил. Глубоко в душе порадовался, что она жива и в порядке, но внешне… он был холоден и смотрел на неё так, как туманные смотрят на другие расы.
Солнечная помахала ему рукой и улыбнулась, но, заметив его настрой, тут же сникла. А чего ожидала? Что он после такой выходки встретит ее как ни в чем не бывало? «Соберись, ты репетировала», — мысленно поддержала она себя. Но когда Гинтар приблизился, и слова вымолвить не могла. Хотела обнять его, но вдруг оттолкнет? Так и стояла, стыдливо опустив глаза, под его холодным взглядом.