Закнеыл, в счет своих натянутых отношений с Сектаром, был в компании более здравомыслящим. Он понимал боль, он понимал горечь, которая была у Гинтара, и не очень понимал её в Валанди. Но нужно было бежать вперёд, к замку.
Грубо, да, но иначе не мог, звёздный за шкирятник схватил каждого и втащил на территорию Белых магов, после чего, идя позади всех, толкал их вперёд, пока они действительно не видны на каких-нибудь магических радарах.
Башня приближалась, точнее путники приближались к ней. Гинтар немного успокоился. Он ещё не до конца осознал это… Ведь перед ним был Сектар, но лишь его духовная часть, и… Пока не пройдёт время, или пока он не увидит его тело… Поверить, что любимого младшего брата больше нет — просто невозможно.
— Стойте, — Кая резко остановилась, останавливались и спутники. Она почувствовала запах, принесенный ветром издалека. Знакомый запах, но здесь его учуять никак не думала. И он становился сильнее. Его было много, запах шерсти принадлежал не одному зверю. А потом появился волчий вой. Волки учуяли и их тоже, и теперь созывали всех стражей башни сюда. — Их много… Слишком много, — напряженно добавила лунная.
— Вперёд, просто убьем всех, кто встанет на нашем пути, — Валанди забыла все свои слова о том, что нечего убивать всех подряд.
— Не бросайся в самое пекло, — остановил ее Зак. — Стоишь сзади и стреляешь, остальное предоставь нам.
Солнечная зашипела на него, но согласилась, достала лук и приготовилась.
Если честно, и Гинтар забыл о своих словах. Маги повинны в смерти Сектара. Нет, они не убивали напрямую, но умер он из-за них, из-за этого проклятого пророчества, которое никто из четвёрки не хотел, никому это не было нужно! Все были счастливы, так почему?! Будь проклят Гинтар, который решил Кае тогда показать Ниварну! Будь проклят Закнеыл, что был тогда там, будь проклято это пророчество!
Три, четыре, пять, семь… Десять льдин появилось вокруг туманного, и четвёрка стала ждать стражей Белой башни. Ждали недолго. Сначала послышалось рычание, а потом десятки, сотни светящихся глаз окружили их. Снежные волки — крупные цепные псы магов. Они были везде — на скалах по бокам, на поле впереди, даже умудрились неслышно обойти их и встать сзади.
Ведомые чьим-то приказом звери набросились на эльфов, и Гинтар обрушил свой гнев на зверей, уничтожая всех, кто подходил к ним более, чем на метр.
Кая обратилась, не задумываясь, под её клыки и когти попали волки, решившие наброситься на самого слабого — Валанди. Зверь не отходила от неё ни на шаг, на лету ловила бросающихся волков, пока солнечная прикрывала мужчин. Так они и сражались — Валанди и Гинтар прикрывали спину Закнеыла, которому доставалось больше всех в счет его человеческой формы, в отличие от защищающей Валанди Каи, которую спасала толстая шкура. Хотя и до её мяса волками удавалось добраться.
Солнечная стреляла без остановки, уничтожая бесконечное число врагов рядом с Закнеылом, и совсем забыла о собственной безопасности. Но рев пантеры вернул ее, остудив немного горячку. Немного сбавив темп, она позволила себе осмотреться и как вовремя! Пока оборотень разбиралась с одним волком, на неё бросились ещё двое. Одного Валанди успела подстрелить, а второй, резко сменив траекторию, погнал на солнечную, да так быстро, что она не успевала наложить стрелу. Вот и пригодились «Когти Бользура» — она достала тот, что с красным камнем, но волк все равно её повалил, однако и сам напоролся на кинжал. Магия сработала незамедлительно, иссушая волка до того, как он успел сомкнуть челюсти на горле солнечной. Скинув с себя мертвую тушу, она подскочила и приготовилась отразить новую атаку, но сзади выскочил Зак, бросаясь на помощь пантере. Он исполосовал ближайшего зверя, окрашивая его шерсть и снег вокруг в красный цвет. Стая волков заметно поредела, и они уже не так резво кидались на эльфов.
Но волки бились до последнего. Они стражи, должны защищать землю ценой своей жизни. Так и получилось. Уж было трудно понять, где был снег, а где валялась волчья туша — они тем же белоснежным покровом укрыли землю, сверкая либо белым цветом, либо алым.
Когда всё закончилось, Гинтар сначала подскочил к Валанди и, осмотрев её на повреждения, подбежал к лунной — ей досталось, но, как говорилось выше, её шкура была толстой, и те полученные раны заживут ближе к вечеру. Вот только…