— Вы ведь не против, моя госпожа?
Слушая их разговор, Валанди сжимала челюсти, а свободная рука невольно сложилась в кулак. «Ах так? Тогда она на первом же танце пойдет к королю!» Но когда он обратился к ней, она мило улыбнулась ему.
— Конечно. Тебе не обязательно спрашивать моего разрешения.
Стража открыла перед парами двери в большой зал, где уже танцевали солнечные эльфы. Это было прекрасно — девушки не могли сдержать восторженных вздохов. Прекрасный позолоченный зал, стены которого были выстроены из белого камня и украшены разными чудаковатыми рисунками. Свет от канделябров, прикреплённых к стенам и потолку, создавали эффект дня; повсюду слышались стуки каблучков, будто подыгрывающих музыкантам. Женщины были все, как на подбор. Одно не понравилось Гину и Кае — они были какими-то… одинаковыми, а эту схожесть пытались исправить лишь маски. Но по крайней мере для Гинтара теперь существовала одна солнечная, не похожая на других.
— Могу ли я Вас пригласить? — немедленно включился в игру Гин, отпуская Валанди и подавая руку Кае.
Та не могла не улыбнуться ему. Надо бы короля поискать, хоть бы взглядом — а найти его легко, ведь его трон не мог увидеть только слепой, но ведь это был такой редкий шанс для четвёрки хоть ненадолго забыть об их миссии. И им хотели воспользоваться все.
— Конечно, — взглядом извинившись перед Закнеылом, Кая отпустила его, взяла Гина, и оба они скрылись в толпе.
— Не привлекай к себе особого внимания, — шепнула Валанди звёздному, подходя ближе. — Я поищу пока короля Роулена. Посчитай выходы и стражников на случай, если придется бежать.
От глаз звездного не утаилось ее раздражение, он обратил внимание на то, каким тяжёлым взглядом солнечная проводила пару, и дабы ещё больше не усугублять ее настроение, Закнеыл согласно кивнул и пошел вдоль стен огромного зала. А Валанди повернулась к трону, который стоял на возвышении в глубине помещения. Он оказался пуст, в прочем, она и не ожидала, что будет легко. Хотя…
В самом центре танцующих находился один солнечный. Он громче всех веселился, его окружало больше всего дам, да и корона на голове лучше слов говорила о его статусе. Король Роулен не скрывал лицо под маской, и Валанди, подобравшись ближе, рассмотрела его: он действительно был красив собой. Вроде бы лицо типичное для солнечных, но даже Валанди засмотрелась на тонкие правильные черты. Длинные светлые волосы струились по спине, сливаясь с такими же светлыми одеждами. Ладно, времени разглядывать его нет. Валанди подобралась, поправила наряд и маску, и дождавшись, когда музыка затихнет, походкой от бедра направилась к королю Роулену. Толпа перед ней расступалась, словно какая-то неведомая сила разрезала морские волны перед эльфийкой. Валанди поймала его заинтересованный взгляд на себе и зацепилась за него, не позволяя отвести глаза.
Танцуя с Гинтаром, Кая иногда прикрывала глаза, представляя себе, что ничего плохого с ними не произошло. Они просто решили навестить знакомых гномов, потанцевать в их обществе. И даже когда открыла глаза, возвращаясь в суровую реальность, всё равно видела лишь своего лучшего друга.
— А ты правда сегодня очень красива, — прошептал он, закружив лунную.
— И ты очень красив. Валанди выбирала?
— Да.
— Она молодец. Я уже и забыла о вашем плане. Хочу сказать ей спасибо, что подарила нам столь замечательный вечер.
— Я с тобой согласен.
Несколько минут они танцевали молча. Гинтар время от времени бросал взгляд на свою солнечную, да и Кая искала в толпе Закнеыла, чтобы просто убедиться, что он хоть хорошо время проводит. Ага, сейчас, как же… Ходит, скучает.
— Кстати, — вдруг отвлёк её туманный. — Я получил от матери письмо.
— Правда? — ожила подруга. — Ну и как они? Как Сектар?
— Всё ещё убеждает родителей Манари, что он — лучшая кандидатура, чем я.
— А её родители, разумеется, хотят, чтобы дочь вышла за того, кого любит, — догадалась Кая, усмехнувшись.
— Верно. Мама пишет, что отец всё ещё готов простить меня и принять как члена семьи, если я женюсь на Манари, — Кая прыснула, прижавшись в танце к Гинтару, и немного неуклюже пританцовывала вокруг него, держась за руку. По печальному взгляду Гинтара было понятно, что он всё равно не связал бы свою судьбу с туманной, которую навязывала семья. Она решила немедленно сменить тему:
— Ты им ответишь?
— Я решил, что напишу им правду. Мне нужно, чтобы отец расспросил старейшину о магических знаках. И предупрежу, что вернусь домой не один.
— Твои родители будут в ярости, — расстроилась она.