- Я дочь... - начала она, но мужчина жестко схватил за подбородок и сжал пальцы.
- Ты не говоришь, пока я не спрошу. Всё поняла?
Всхлипнув, Аделайя кивнула и, решив не злить своего дознавателя, молча ждала очередного вопроса.
Мужчина отошёл к столу и, взяв в руки среднего размера щипцы, пощелкал ими. Видимо что-то его не устроило, он отложил в сторону это орудие пыток и взялся за другое - большего размера.
Волосы на затылке Адеи зашевелились от ужаса того, что воображение нарисовало в голове. Она готова была сорваться и начать умолять не причинять ей вреда, вот только почерпнутая из книг информация говорила о том, что скэды не ведают жалости, и все просьбы о пощаде пропускают мимо ушей.
В камеру вошел ещё один представитель расы скэдов. Влажные пряди его распущенных волос лежали на груди. В руках он держал толстый длинный кнут, который одним своим видом наводил страх.
- Кайя, - окликнул он, но запнулся, увидев Адею.
Скэд усмехнулся и, размахнувшись, рассёк воздух своей игрушкой. Кончик кнута лизнул лодыжку и теплая кровь потекла по ноге. Аделайя, срывая голос, закричала от боли.
- Замолчи, - рыкнул Кайя, который определился с размером щипцов. Он наотмашь ударил Аделайю. Ее голова мотнулась как у сломанной куклы, и она на мгновение потеряла сознание. Находясь в пограничном состоянии - между сном и явью, Адея прислушалась к разговору.
- Слабенькая, - сплюнул себе под ноги мужчина с кнутом.
- Молоденькая, - согласно кивнул второй.
- Что говорит?
- Мы только начали, - пожав плечами, ответил скэд и размял шею. Тело, привыкшее к тяжелым нагрузкам, требовало отдыха после пятидневной круглосуточной работы.
- Ты доложил о заключенных?
- Да. Ниран спустится позже.
Адея не смогла сдержать судорожный всхлип и невнятно забормотала имя того, кто мог ее спасти.
Мужчины синхронно повернули головы в сторону звука.
- Что она говорит? - нахмурившись, спросил скэд, скручивая кнут в кольцо.
- Зовет какого-то Рэна.
- Что ты успел узнать о ней?
- Я же говорю, что мы только начали, - раздраженно ответил Кайя.
- Она другая... не похожа на тех, что к нам раньше попадали.
- Я думаю на то и был расчет. Люди зря надеются, что мы не тронем ребёнка.
- Думаю, они скоро поймут свою ошибку.
Кайя согласно кивнул и подошёл к корыту в углу камеры. Зачерпнув в ковш ледяной воды, он вылил её на голову Адеи и, подождав пока девчонка перестанет отфыркиваться, уже отработанным движением нанес удар в живот.
Аделайя готова была поклясться, что у неё не получится сделать вдох. Тело напрочь отказывалось воспроизводить привычное для человека действие. Всё, что хорошо ещё получалось делать, так это открывать и закрывать рот.
Шлепок по спине и всё внутренности встают на свое место. Закашлявшись, Адея жадно втянула в себя спертый воздух и мысленно взмолилась всем Богам, чтобы они позволили ей вот прямо сейчас умереть, ибо выносить эти пытки дальше она не сможет.
- Рен, - сорванным голосом из последних сил закричала она и получила очередную оплеуху. Но Адее было уже все равно на то, с какой силой ей наносят удары. Она ощущала себя сплошным синяком, потому не прекращала звать Лирена, надеясь, что он услышит и остановит её мучителя.
Мужчина с кнутом в руках не стал больше задерживаться и молча вышел из камеры, неплотно прикрыв за собой тяжелую дверь. Он хотел точно знать, насколько хватит этой девчонки, прежде чем она скончается от потери крови, либо от болевого шока - всё это, Кайя, обещал ей дать.
Он получал толику удовольствия от криков девушки. Он видел, что девочка почти сломлена, ещё чуть-чуть и тогда её можно будет просто убить - это намного гуманнее по отношению к ней. А он в свою очередь закончит на сегодня работу и пойдет отдыхать.
Глава 8
- Зачем ты вмешиваешься?
- Мне надоело просто наблюдать! Пять душ не нанесут большого вреда.
(Белюм и Мортем)
Лирен прошёл в огромное помещение со сводчатыми потолками и мраморными колонами по периметру зала. Незанавешенные ничем окна позволяли солнечному свету проникать внутрь и освещать всё свободное пространство. Красиво и в то же время, как-то неуютно, пусто и холодно. Именно поэтому Рэн не любил бывать в тронном зале. Но необходимость гнала его сюда с завидной регулярностью. Какие бы предлоги не придумывал наследник, ему всё равно приходилось присутствовать на всех собраниях старейшин, которые в последнее время едва ли не каждую неделю норовили собраться и снова обсудить свершение пророчества. Лирен понимал всю необходимость этих сборищ, но выдержки не хватало раз за разом обговаривать все детали.