- Нет.
Рэн видел, как Адея сжала кулаки, и слышал, как шумно втянула в себя воздух.
- Ну и ладно, - совершенно спокойно, но с толикой грусти выдала она и, развернувшись, пошла в дом. Её прямая спина и нервные шаги выдавали малышку с головой. Обиделась... Расстроилась... Плевать! Но разве он должен испытывать дискомфорт от всего этого?..
Во время пути Лирен постарался отгородиться от Аделайи. На многочисленные попытки завязать с ним разговор, он отмалчивался. Все его силы уходили на то, чтобы удержать выстроенную в голове стену и не пустить постороннего в свои мысли. Чего доброго лишнего там прочитает. От сильной головной боли начало темнеть в глазах, но Рэн запрещал себе хоть на секунду расслабиться. Он догадывался, что ментальная атака закончится ровно в тот момент, как Адея окажется под защитой отца. Даже после всего того, что он сделал, люди не доверяли ему. И, наверное, это правильно.
Подойдя к нейтральной территории, Адея поравнялась с Лиреном. Если она хотела что-то сказать, то не торопилась этого делать. А ведь время поджимало. Вдали уже виднелся силуэт, облачённый в чёрную мантию. Маркус Грильо нервно расхаживал вперед-назад и периодически всматривался вдаль. Заметил. В нетерпении замер, спрятав руки за спиной.
- Вот и всё? - тихо спросила Адея, склоняясь к лошади и гладя её по шее. - Будем прощаться?
Однозначно, она обращалась к нему, к Лирену, потому что вряд ли её голос бы дрожал при прощании с кобылой.
- Да, - только и ответил Рэн и пришпорил коня, переходя на галоп. Где то облегчение, на которое он так рассчитывал? Почему не становится легче от осознания того, что ещё несколько минут и он свободен? Как заставить сердце биться спокойно?
Ветер в лицо не смог выветрить все эти вопросы из головы Рэна.
Остановившись напротив Маркуса Грильо, он резво спрыгнул с лошади и чуть склонил голову, приветствуя мужчину. Получив в ответ рассеянный кивок, Лирен отступил в сторону, не мешая ректору Академии высматривать не спешащую к нему дочь.
В напряженном молчании Рэн и Маркус ждали, пока подъедет Адея. Она же, за несколько десятков метров вообще остановила кобылу. Не торопясь слезла на землю и прогулочным шагом направилась к ожидающим её мужчинам.
Ещё бы природу вокруг начала рассматривать! Это бы стало последней каплей. Грильо не мог ступить на нейтральную территорию, видимо не получил должного разрешения от Короля.
- Дочка...
Аделайя все-таки соизволила дойти. Не успела она отпустить поводья как оказалась в крепких отеческих объятиях. Грильо беглым взглядом осмотрел дочь, пощупал её и только после этого обратил всё своё внимание на Лирена.
- Спасибо Вам! - сдержанно поблагодарил он, не отпуская от себя Аделайю. - Я не знаю, что бы я...
- Уверен, Вы бы поступили так же, окажись кто-то из наших детей у вас, - перебил Рэн и с ухмылкой посмотрел на Адею.
Маркус Грильо смолчал: не стал клятвенно заверять, что поступил бы благосклонно по отношению к скэду.
- Вы хотя бы не врёте. - Рэн оценил честность Архимага.
Со священным ужасом в глазах Аделайя выпуталась из объятий отца и неосознанно отступила в сторону Лирена.
- Папа...
- Адея. - Маркус Грильо опустил глаза и покачал головой, призывая не развивать эту тему. - Моё почтение, но нам пора, - быстро нашёлся он и, схватив дочь за руку, потянул к ожидающим их в отдалении лошадям.
Оставаясь стоять на месте, Рэн с холодным спокойствием взирал за противостоянием Аделайи. На то, как она упиралась ногами в землю, громко требовала отпустить, а затем что-то тихо шипела отцу. Архимаг был непреклонен и продолжал уводить дочь дальше от наследника трона. Чего она добивалась? Ну, отпустили бы её и что? Её прощание Лирену даром не нужно.
Меньшее, что Рэн должен был сделать, так это отвернуться, а не стоять столбом и смотреть, как Аделайю насильно усаживают в седло. Ему не нравилась та вынужденная грубость, проявленная Грильо по отношению к дочери. Да, он сам не являлся образчиком нежности и хороших манер, но он скэд - хоть немного, но это должно его оправдывать.
Архимаг усадил дочь и сам без труда, - с его-то комплекцией, - запрыгнул на лошадь. По его хмурому лицу стало понятно, что вся ситуация нравится ему ещё меньше чем Адее. Он бросил пару отрывистых фраз, после чего пришпорил коня. Аделайя с минуту сидела, опустив голову, потом в последний раз посмотрела на Лирена, слабо улыбнулась и одними губами сказала: "Спасибо".