— Со стороны Волонтрэ неразумно мечтать о жене из Королевского клана, — добавил стражник. — Если Его Величество женится на Сабине Лили, парень останется с носом. У нее нет сестры, только брат.
— Значит, слухи о свадьбе Короля с Сабиной до сих пор актуальны?
— Все понимают, что это случится не завтра из-за всеобщего траура, но стихийникам хочется верить в лучшее будущее, а Королевская свадьба — идеальный способ показать, что трудные времена позади. Особенно не терпится нашему начальнику Фиону Лили. В последнее время Его Величество им недоволен.
— Он надеется, что став родственником, упрочит положение? — усмехнулась Мари.
— Я вам этого не говорил, — Туи сделал большие глаза.
— Разумеется. Но я бы на месте Лили не питала иллюзий. Джеб Лоэ, даже будучи отцом Королевы, не был в любимчиках у ее родни.
Затворничество Мари закончилось вечером: за ней явился основной секретарь отца Витт Мурэ с сообщением, что их обоих ждет Король. На языке вертелись слова соболезнования из-за гибели Ульха, с которым она прежде работала в Погодной канцелярии, но девушка не посмела открыть рта. Слишком хмурым выглядел Витт, неприступным и ледяным, как когда-то Инэй. Мари поежилась, ей и раньше было не слишком комфортно в компании парня, а теперь в его облике чувствовалась настоящая Зима.
Король поджидал в одном из залов на пятнадцатом этаже, сидя за столом и разбирая кипы бумаг. Появление секретарей встретил небрежным жестом, указав на стулья. Витт устроился напротив Инэя с непробиваемым лицом, Мари потупила взгляд, изображая почтение, как и полагается верной подданной.
— В ближайшие дни вам предстоит нудная работа, — оповестил Инэй. — Стражники провели ревизию на складах: продовольственных запасов и всего остального. Неделю назад я попросил жителей составить списки необходимого. Речь не только о еде. Я решил: возможность обновить гардероб или получить иные товары, немного приободрит детей Зимы. Разумеется, в пределах разумного. Определить эти пределы я попрошу вас двоих. К сожалению, глава отдела снабжения и его правая рука не пережили эпидемию.
Оба секретаря послушно закивали. Мари подумала, что отец поступает мудро, собираясь подарить подданным маленькие радости. К тому же, склады пополнялись не только за счет Королевской казны, но и регулярных материальных вложений обитателей Замка. Жители обязаны были платить раз в месяц, если хотели получать товары наравне со всеми. Никому не запрещалось делать заказы, минуя склады в низах. Но это выходило значительно дороже и дольше.
— Я просмотрел несколько списков. Большинство просит еду и одежду. Но некоторые явно не поняли значения слова «необходимое». Среди заказов есть новая мебель для гостиной или чистокровные лошади. Оставляйте только то, в чем стихийники действительно нуждаются. Или вещи, которые есть в наличие на складе. Как только будет снята изоляция, мы наполним их заново.
— Есть ограничения на один клан? — спросил Витт.
— Смотрите по количеству членов семьи, но постарайтесь, чтобы никто не остался обделен. Нам ни к чему обиды на пустом месте. И еще...
Что хотел добавить Король, осталось тайной. Двери в зал без предупреждения распахнулись, и порог перешагнула дюжина стражников под предводительством главы стихийного правопорядка Фиона Лили. Мари с изрядной доли мстительности подумала, что родственничек Дронана не погнушался прибегнуть к лекарству, которое так отчаянно критиковал. Но секунду спустя забыла о злорадстве, едва заметила в руках стражников арбалеты, которыми обычно пользовались люди.
— Прошу прощения, Ваше Величество, — проговорил Лили с легкой издевкой и отвесил поклон, но явно шутовской. — Мне сообщили, что вы здесь.
На лице Инэя не дрогнул ни единый мускул. Но дочь почувствовала, как он напряжен. Вторжение не предвещало ничего хорошего. Как и поведение главы стражи.
— В чем дело, Лили? — спросил Инэй очень холодно, поднимаясь из-за стола.
Мари и Витт последовали его примеру.
— Мы с моими подчиненными посовещались и пришли к выводу, что нас не устраивают многие порядке в Замке.
— Вы затеяли переворот? — спросил Инэй прямо. Синие глаза нехорошо блеснули.
— Не совсем, Ваше Величество. Но пора вам перестать принимать решения единолично. Без силы мы теперь все равны.