Тайная Принцесса оказалась не единственной, кому сегодня крупно не повезло. Дите Рис пришлось прислуживать Клариссе Сторн, и та не хуже Северины проверяла на прочность выдержку юной дочери Зимы. Продолжала требовать менять напитки, пролила красное вино на белоснежное праздничное платье девочки. Лицо Диты вытянулось, но она не посмела и глаз поднять, хотя прекрасно понимала, какой крик в приюте поднимет Юта Дейли из-за испорченного наряда.
В завершении гостья дернула собственные бусы, и несколько десятков крохотных зеленых шариков брызнули в стороны. «Служанке» пришлось собирать их, ползая на четвереньках под злорадное хихиканье Верны Лоэ. Правильно, ей-то достался Ролин Саттер, который ничего не желал и просто наслаждался спектаклем.
— Что ты копаешься? — зашипела Кларисса. — Принеси мне еще вина!
Дита, глотая слезы, кинулась к официантам, шеренгой застывшим с подносами вдоль зрительных рядов. Но бокал в дрожащих руках так заплясал, что Мари стало страшно. Прольет девочка содержимое на платье Сторн, быть скандалу на два Дворца. И дело было не в самой Дите. Тайная Принцесса будто увидела себя два года назад, дрожащую при одном виде Королевских особ в гневе.
— Дай сюда, — Мари выхватила бокал из рук бывшей соседки по приютской комнате, воспользовавшись тем, что Северина зашептала что-то сыну, сидевшему по левую руку.
К счастью, и Кларисса не заметила подмены, неожиданно увлекшись спектаклем. На сцене как раз появилась новая актриса Соджа — Стелла из Эзры. Она играла птицу, готовую облететь всю Левию, чтобы донести стихийникам и людям страшную весть. Густые черные волосы девушки сегодня были затейливо уложены и собраны тугим обручем, а темно-коричневое платье делало ее похожей на дочь Весны, хотя, разумеется, артистка не являлась стихийницей.
— Так странно...
Мари вздрогнула, не ожидая услышать голос Весты.
— Что-то не так? — заботливо поинтересовалась Кларисса. — Ты сегодня бледная.
— Да, немного нездоровится с утра. Но дело в другом. Эта девушка. Забавно, но мне кажется, я ее видела раньше. Ума не приложу, где именно. Она ведь из Эзры, а я там была всего дважды — много лет назад. Ненавижу этот город!
— Наверное, воображение разыгралось, — вынесла вердикт Кларисса. — Она же человек. Причем, из низших сословий.
Беседу прервал окрик паучихи, обнаружившей пропажу любимой игрушки.
— Ситэрра, поди сюда немедленно! Негодная девчонка!
Мари сжала зубы, готовясь к новой порции вздорных выходок дражайшей бабки, но запястье неожиданно обхватили тонкие пальцы Весты.
— Прошу прощения, Северина, — Королева Весны повернулась к старой злыдне, изображая почтение. — Я хотела попросить юную зу об одолжении. Я потеряла перстень с изумрудом. Возможно, оставила в обеденной зале или уронила по дороге сюда. Надеюсь, он найдется до окончания спектакля.
Прозвучало так, будто Мари посылают обыскать половину Дворца в одиночку. Однако в ее кулаке стараниями Ее Величества оказалась зажата упомянутая «пропажа», а, значит, беспокоится о результатах задания не следовало.
— Не беспокойся, дорогая, — проговорила старая перечница елейным голоском. — Ситэрра постарается выполнить поручение. Если перестанет стоять столбом и поторопится.
На лестницу Мари вылетела стрелой, не замечая насмешливых взглядов вслед. Ну и пусть! Она-то знает, что в действительности ничего унизительного не произошло. Наоборот, Веста мастерски освободила ее от раздражающей рабской повинности. Теперь преспокойно можно не возвращаться на крышу до конца спектакля. Жаль, конечно, что не удастся его досмотреть. С другой стороны, из-за прихотей паучихи, стихийница едва следила за сюжетом.
На душе стало так легко, что, казалось, ничто на свете не способно испортить настроение. Внутри разливалось странное тепло от осознания, что на свете есть стихийники, способные подстраховать и защитить. Мари и раньше понимала, что Их Величества старательно оберегают ее, но предпочитала этого не замечать. Сегодняшняя же уловка Весты привела в восторг. Получилось ненавязчиво и изящно.
Девушка решила действовать согласно «легенде»: прошла, не спеша, по коридорам, по которым ранее родители проследовали от зала для приемов на крышу Замка. Теперь при необходимости любой встречный обитатель Дворца или стражник мог подтвердить, что видел ее, озабоченную поисками. Потом столь же медленно тайная Принцесса повернула назад, сжимая в кулаке якобы найденный под обеденным столом перстень.