— Во владениях совета? — полукровка хитро улыбнулся, намереваясь выведать всю информацию о новой знакомой.
— Нет, — Мари не собиралась идти на поводу. — Но бываю здесь время от времени.
— По делам?
— По работе.
Парня не смущало, что разговор не клеился. Он подвинул доску ближе к рабочему месту Мари. Ей, увы, отступать оказалось некуда. Рядом была стена.
— Кстати, я Риам.
Нож проворно выпрыгнул из рук дочери Зимы, дважды перевернулся в воздухе и прицельно воткнулся в щель между половыми досками.
— Кто? — переспросила Мари хрипло, в панике глядя на соседа.
Она отлично помнила это имя. Так звали парня, которого два года назад сосватал для нее Содж Иллара, пытаясь опередить паучиху. Но «стараниями» Игана Эрслы стихийница вернулась во Дворец раньше, чем жених с родителями прибыл во владения совета для заключения свадебного договора.
Вряд ли это было совпадением. Имя старинное, по нынешним мерам редкое.
— Риам, — повторил парень, подозрительно разглядывая бледное лицо Мари.
Но она пришла в себя. Почти. Подняла нож и пошла к дальнему столу, где поставили таз с водой для мытья рук. Следовало ополоснуть «орудие труда». Грязь точно не улучшит свойства лекарства для больных стихийников. Вернувшись, Мари с деланным равнодушием повела плечами.
— Необычное имя, — проговорила она небрежно и вновь принялась за работу.
Но неловкость не исчезла. Если б главный погодник Зимнего Дворца не ранил Грэма, вовсе не ненавистный Эльмар Герт, а этот парень, умудрившийся собрать в себе четыре Времени Года, стал бы ее официальным женихом. Зря Мари в позапрошлом году мысленно рисовала ему рожки и свиной пятачок. Парень симпатичный, располагающий к себе.
А, впрочем, внешность ничего не значила! Стихийница выучила урок и знала, какими опасными бывают красавчики с бесконечными знаками внимания.
— Я не расслышал твоего имени, — напомнил о себе Риам.
— А я его не называла, — Мари была не готова к откровенности. Вряд ли парень забыл, как звали несостоявшуюся невесту.
Намек, наконец, оказался понят. Сосед замолчал, уткнувшись в собственную доску. Но отодвигаться не стал. Девушка заподозрила, что бывший кандидат в женихи занял выжидательную позицию и готовит новую атаку. И не ошиблась.
— Ты не ходила в лес на сбор трав? — спросил Риам через полчаса показательного молчания. — Могу в свой отряд записать. Завтра утром выдвигаемся.
— Спасибо, не нужно, — отозвалась Мари, «сражаясь» с упрямым стеблем, не желающим крошиться. — Завтра я начну готовить лекарства.
— Серьезно? — не поверил парень. — В эту группу берут только избранных. Кто же такой умный тебя в нее включил?
Мари отложила нож, боясь пораниться из-за нахлынувшего раздражения. Невинная колкость Риама напомнила многолетние издевки «полноценных» стихийников.
— Королева Веста. Считаешь ее недостаточным авторитетом?
В голосе невольно прозвучало высокомерие. Сосед напрягся, но постарался перевести все в шутку.
— Хочешь сказать, ты птица высокого полета? — в карих глазах зажглись задорные искорки. Нахал попытался загнать девушку в ловушку в надежде установить личность.
Мари сжала зубы, но с достойным ответом не сложилось.
— Высокого-высокого, — заверил за спиной детский голосок.
Стихийница обернулась, с удивлением обнаружив рыжих братьев Лена и Тема — бывших прихвостней Яна. Старший здорово подрос с прошлой Зимы, а младший совсем не изменился, и теперь с трудом доставал макушкой брату до плеча.
— А вы что здесь забыли? — сурово поинтересовался Риам, демонстрируя собственную значимость. Грозно расправил плечи, брови для устрашения свел.
Но мальчишки на него не взглянули. Знали, кто тут главный.
— Спросить хотели, — обратился Лен к Мари, но струхнул и опустил глаза.
Тем дернул его за рукав рубахи, но не добившись эффекта, решил отдуваться сам.
— Кристоф прислал, — пояснил он. — Ему Мастер не велел вас беспокоить. Сказал, уши оторвет и из театра выставит. Он хотел... И мы тоже... — мальчик запнулся.
— Зу Ситэрра, — собрался с духом Лен. Открыл рот, чтобы задать главный вопрос, но помешал грохот. Это Риам, услышав фамилию соседки, уронил доску с аккуратно нарезанной крапивой.
Мари догадалась, о чем хотели знать братья, и поспешила ответить, чтобы не смотреть на несостоявшегося жениха и его залившиеся краской щеки.
— Ян здоров, — заверила она, хотя со вчерашнего дня не получала вестей о двоюродном брате. — Он парень крепкий, никакая эпидемия не возьмет.