— А где я?
— Не волнуйся, дитя моё — сказал ей старик как можно спокойней — Ты в безопасности.
Но следующий вопрос просто убил мужчину наповал...
====== Глава 77. Тогрута без прошлого ======
— А кто я такая? — прозвучало в следующий миг, едва проснувшаяся девушка услышала ответ Бена.
— Я нашёл тебя на берегу реки, ты была без сознания — начал он рассказывать, чувствуя некоторую растерянность — Ты была замерзшая и поцарапанная, но твоей жизни ничто не угрожает, можешь не волноваться. У тебя ничего не болит?
Девушка некоторое время не отвечала, видно прислушиваясь к своим ощущениям, стараясь, видно, по средствам их выяснить о себе хоть что-то. Но правда ускользала, единственное, что она поняла не слишком обнадёживало: то, что пол её определённо женский, раса тогрута и лет не более двадцати. Из других ощущений была только ноющая и саднящая боль во всем теле и больше всего в затылке. Девушка подняла руку и потрогала это место, нащупала там повязку компресса и удивилась ещё сильнее. Бен остановил её, взяв за руку:
— Не трогай там лучше, у тебя шишка огромная была, мне даже пришлось вскрыть её, чтобы убрать лишнюю кровь.
Девушка покорно убрала руку обратно под одеяло и вопросительно уставилась на старого Бена своими огромными голубыми глазами, словно прося помочь ей вспомнить самое главное. То, на месте чего у любого человека всегда были разные воспоминания и чёткая информация, но у неё зиял огромный чёрный провал. Нет, она хорошо помнила как плыла по реке, уносимая бурным течением, захлёбывалась от воды, попадавшей в рот и в нос, как теряла сознание, попав на глубину. Но то, что было до этого просто выпало из памяти, стерлось как информация с голокрона. Даже такие мелочи, как имя, возраст и принадлежность затерялись где-то в небытие. Девушка пыталась вспоминать, но от этого получала лишь головокружение и туман перед глазами. Ещё постоянно хотелось спать, но вот пить совершенно нет, видимо напиталась водой из реки вперёд на три жизни. Лишь только к утру тогрута окончательно пришла в себя и первое, что она увидела перед собой, это лицо незнакомого и очень пожилого человека, кожа на нем выглядела грубой и выжженной загаром, потрескавшейся от ветра, лишь только глаза, большие и ясно-серые, смотрели молодо и живо из морщинистых складок. Над ними нависали седые кустистые брови, а чуть ниже торчал круглый обветренный нос. Но лицо было определённо добрым и глаза смотрели в участием. Девушка обвела взглядом всё обозримое пространство и поняла, что находится в небольшой комнате, обставленной небогато, но чисто и опрятно. Помимо лежанки, на которой старик её устроил, тут были ещё небольшой шкаф с непроницаемыми дверями, небольшая тумбочка и обеденный стол, накрытый вытертой, но безукоризненно выстиранной скатертью. Сейчас там стояла закрытая кастрюля, две тарелки и пара столовых приборов. Глянув туда, тогрута, помимо воли, сглотнула слюну. Внезапно она, а точнее скорее её желудок вспомнил, что пищи в нем не было уже давно и неприлично громко заурчал.
— Да ты совсем голодная — без слов понял её Бен — Вот и хорошо, есть хочешь, значит скоро поправишься. Вот только еда у меня простая, не знаю, понравится ли она тебе.
Тогрута неопределённо качнула головой, давая понять, что ей всё равно и Бен, отойдя к столу, открыл кастрюлю и положив в одну из тарелок наваристый рыбный суп с картошкой и овощами. Запах по комнате распространился просто восхитительный, вдохнув глубоко, тогрута прислушалась к себе, но никаких ассоциаций он, к сожалению, у неё не вызвал, вот только где-то совсем далеко, скорее даже на подсознании, мелькнули какие-то воспоминания, где маленький мальчик со светлыми волосами, сидя за столом, погружает ложку в тарелку с похожим супом и с аппетитом поглощает его. Она обрадовалась и попробовала посмотреть внимательнее на эту картинку, однако, при любой попытке сконцентрироваться, изображения начинало расплываться и таять, скручиваясь в воронку и постепенно куда-то улетая. Голова опять закружилась. Девушка прижала руки к вискам и тут заметила, что на ней одета свободная бежевая мужская рубашка, бывшая на ней как платье, а на руках, помимо уже виденных ранее царапин, виднелись ещё странные округлые мозоли на подушечках. Причём, явно не свежие, скорее это были следы от застарелых повреждений кожи, вызванной постоянным соприкосновением с гладким предметом, явно не особо большим, но округлым, судя по форме и расположению мозолей. Сама собой, словно не повинуясь мозгу, правая рука схватила стакан, стоявший на тумбочке и попыталась воспроизвести явно заполненное телом движение. Вот она обхватила стакан всеми пятью пальцами, переместив большой немного кверху, но вышло явно не так. Слишком широким был выбранный предмет, надо что-то поуже. Следом попалась ложка, с которой тогрута повторила движение, но её опять ждала неудача, на этот раз было слишком узко. Но общий принцип она уловила, решив в следующий раз попробовать снова, когда на глаза попадётся что-то вроде металлической трубки, длинной около тридцати сантиметров, диаметром примерно в пять... Думая об этом, а точнее просто отмечая плывущие в голове непонятно как залетевшие туда мысли, тогрута словно наяву видела эту самую трубку, сжимала её, а потом... Правая рука вытянулась вперёд и сжав пальцы в воображаемом захвате, будто и правда ощутив холод металла, согнула кисть назад и несколько раз совершила круговой оборот, как бы взяв трубку двумя пальцами, крутила её между ними. Бен повернулся и несколько секунд молча смотрел на неё, не решаясь прервать. Он чувствовал, что она вспоминает, а в этом мешать нельзя. Но так же неожиданно девушка и прекратила это, вновь схватившись за виски и откинувшись на подушку. Лицо при этом сделалось рассеянным, а глаза несчастными.