— Верховный канцлер, именем Галактической Республики, вы арестованы по обвинению в пособничестве Торговой федерации и приверженности учению ситхов!
Палпатин же, поняв, что о вертеться не получится, мигом вышел из роли утонченного, воспитанного политика и стал тем, кем являлся. Коварным и жестоким ситхом, беспощадным и крайне безжалостным. Жизнь человека в его глазах не стоила ничего и он тотчас же показал это почти без боя уничтожив двоих Магистров, стоявших по обе стороны от него. Он просто резко вскочил и пробил блоки не ожидавших такого Кита Фисто и Сейси Тиина. Да просто проткнул их почти одновременно. Винду тоже не думал, что всё так пойдёт и оставшись наедине с ситхом, начал уже сам парировать его атаки. Палпатин много лет изучал технику боя, хотя и Винду тоже не назовёшь слабым, особенно учитывая тот факт, что его боевая форма являлась формой ярости, облеченной в достойную форму. Он и сейчас демонстрировал это, отвечая на широкие, размашистые удары противника не менее агрессивными выпадами. Мейс не защищался, он нападал в ответ, и скоро стало уже неясно, кто начал первым и за кого следует вступаться. Многие скажут, что явно не за этого темнокожего мускулистого силача с фиолетовым мечом, оттеснившего в угол морщинистого сутулого старика, лицо которого до неузнаваемости исказили морщины и ожоги от молний Силы, вернувшиеся к нему, ударившись о клинок Магистра. Бывший канцлер сейчас вовсе не выглядел отчаянным злодеем, напротив, сейчас он казался самой невинной жертвой чужой несправедливости, уже отчаявшейся достучаться до мёртвого сердца агрессора-джедая. Старик уже совсем согнулся, глаза его налились слезами неизбежной смерти, а меч выпал из ослабленной усталостью и возрастом руки и со звоном покатился по узорчатой плитке. Именно эту сцену и застала ворвавшаяся Асока. Именно она и спровоцировала канцлера играть жертву. Он первым заметил тогруту в дверях и тотчас же принял «достойный» вид и даже нарочно уронил меч, дабы показать какой он несчастный и слабый и что именно он нуждается в защите. Она и вправду заметила его состояние и бросилась было на помощь вопреки правилам и чувству долга, но её взгляд перехватил Винду, который так же принебрег необходимой в таком случае реакцией и просто сказал, приветливо махнув свободной рукой:
— Тано, помогай, я почти сломил его!
Этот выкрик призвал джедайскую честь, почти усыпленную обещаниями ситха. Честь, впитанную на подсознательном уровне. И Асока, активирован оба меча, встала плечом к плечу с Мейсом и начала отбивать молнии, сходившие с его рук. При этом Сидиус не сводил с неё мнимо усталых глаз.
— Асока! — прохрипел он наконец, вытягивая к ней руки, не пуская в этот раз молний — Помоги мне, прошу, и тогда я сохраню жизнь твоему сыну и помогу вам с мужем быть вместе. Прошу тебя, не дай меня убить!
Тогрута всеми силами старалась не обращать внимание на его слова, и даже не смотрела в его сторону, но в какой-то момент всё же не выдержала и скосила взгляд на Сидиуса и поймала его полные слез и отчаянной мольбы глаза. И что-то в душе как будто бы дрогнуло и тогрута отвела мечи в сторону и блокировал ими атаку Винду.
— Постойте, так нельзя, — сказала она, глядя ему в лицо — Мы не имеем права вершить суд самостоятельно, следует доверить это компетентным органам.
— Нет, уже слишком поздно — решительно возразил ей Мейс — И теперь возможно лишь избавиться от него, чтобы он не натворил большего, чем уже успел.
И не обращая больше внимания на Тано, Магистр продолжил нападать на врага, но в этот раз это продлилось недолго, ведь не в силах больше терпеть такую несправедливость, Асока встала рядом с канцлером и активировав мечи, стала отбиваться уже от своего недавнего соратника. Винду не мог понять, когда и в какой момент это произошло. И главное почему вышло так, что его союзник внезапно сделался врагом. Может и понял бы, но на это понадобилось бы время, которое было бесцеремонно отнято у него ситхом, выпустившем в него мощные фиолетовые вспышки, поднявшие Мастера на метр от пола, а правая рука с мечом зависла над ними обоими. Винду сопротивляться как мог, но так и не сумел вырваться из фиолетового захвата, а при попытке бросить меч во врага и вовсе потерял последнее преимущество. Увидев это Асока выскочила перед ним и не позволив мечу вылететь, ловко отсекла его правую кисть почти одновременно с этим Сидиус подхватил поверженного Мастера Силой и добавив толчок, отправил в раскрытое окно. Через минуты всё стихло, последние искры погасли на занавесках, а тёмная, отсеченная кисть с опаленными краями лежала на полу, по-прежнему сжимая меч. Беспомощно и не имея больше смысла в этом, способная отныне лишь попытаться пробудить чувство вины за содеянное невольно. Почти невольно.
— Что я наделала? Как я могла сотворить такое? — прошептала Асока с отчаянием, опускаясь на пол.
— Ты поступила правильно — прозвучал за её спиной голос Палпатина — Иначе он совершил бы преступление, убив меня безоружным. Теперь ты сама увидела, кто такие джедаи на самом деле, на что они способны когда кто-то не соглашается с ними, ещё не поздно принять верное решение и стать тем, кто выше, встав рядом со мной.
Эти слова воодушевляли и давали поверить в то, что она не настолько плоха, что есть в её действиях и другая сторона. Лучшая, хотя и Тёмная. Близкая её душе. Это в сумме наверное и вынудило Асоку встать рядом с канцлером и ухватившись за его руку, почти выкрикнуть ему в лицо:
— Я согласна! Примите меня в ученики! Я не подведу вас!
— Отлично, Асока — довольно произнёс канцлер — Великим ситхом ты станешь, склонись же и прими свой удел.
Тогрута покорно склонила голову и почувствовала между монтраллами тяжёлую горячую ладонь и услышала изменившийся голос :
— Отныне твоё имя Дарт Малум. Встань же и выполни первое задание: отправляйся в храм джедаев и уничтожь всех, кого там найдёшь. Не щади никого.
То, что он сказал было ужасно и любого заставило бы трепетать от возмущения и страха, но Асока, вот уже целую минуту как переставшая зваться так, всего лишь подняла лицо на нового повелителя и коротко кивнула:
— Слушаюсь, учитель.
И оба её меча свернули в ночной темноте площадки перед храмом, так же, как до этого её глаза, сверкавшие янтарно-желтым свечением.
====== Глава 107. Дарт Малум ======
Чёрные сумерки наливались ночной темнотой, похожей на ту, что царила теперь в душе новообращенной ученицы ситха, Тьма, освещаемая лишь янтарным светом некогда голубых глаз. Асока, накрыв голову капюшоном, чтобы придать своему виду особое устрашение, неспешно направлялась к месту, что целых пятнадцать лет было её домом, где она жила и работала, место, где прошло становление её личности. Но теперь это всё было в прошлом, джедаи объявлены врагами и предателями Республики, подлежа немедленной ликвидации. Приказ был отдан и тогрута шла его выполнять, спокойно и с ровным дыханием, холодное черствое сердце ритмично билось в груди, не зная больше ни страха, ни сострадания. Её ладони лежали на рукоятях мечей, готовые в любой момент пустить их в ход. А следом за ней торжественно шествовал строй солдат-клонов, встроенные комлинки шлемов которых несколько минут назад разразились громким командным криком бывшего канцлера:
— Приказ шестьдесят шесть!
Клоны тотчас же встрепенулись и вскинув бластерные винтовки, повернулись на сто восемьдесят градусов и отправились выполнять приказанное — находить джедаев и без жалости расстреливать. Война клонов завершилась, но бойцов осталось достаточно, и далеко не все они сейчас были на Корусанте, как, к сожалению и джедаи. Поэтому, всего лишь спустя каких-то минут пятнадцать несколько ещё с утра мирных планет неожиданно превратились в поле боя. Клоны восстали против своих генералов и застав их врасплох, без особенного труда расстреляли. Таким образом у страшного приказа появились первые жертвы. Магистр Секура, повернувшись спиной к верному клону Блаю, тотчас же получила выстрел под левую лопатку и падая замертво, успела своим угасающим взором поймать глаза Блая, державшего в руках дымившуюся винтовку, и он тоже смотрел на неё. Не со злорадством, нет, и даже не с ненавистью, а с некоторым сожалением о своём поступке и даже сочувствием к невольной жертве.