— Сюда проходи — коротко бросил карлик, показывая на матрас — В порядок приведи себя, а там и Йода вернётся.
Элайджа не заставил себя упрашивать, а усевшись на матрас, начал вытирать R2 лежащей в кармане тряпкой, для этого пришлось частично разобрать дроида, ведь противная тина залезла и вовнутрь. Йода тем временем колдовал над котлом, что-то вливая и ссыпая в него, потом развёл огонь и начал помешивать варившееся месиво, должное стать ужином для них обоих.
«Может для троих, кто знает, вдруг этот Йода тоже не откажется с ними поесть, вдруг он невзыскательный, несмотря на высокие чины» — подумал Элайджа, когда карлик, устав молчать, решил скоротать время за разговором:
— Отчего джедаем стать решил ты?
Юноша был несколько удивлён таким вопросом, явственно ощущая сейчас, что не готов к нему, но природная гордость не дала расписаться в невежестве. Он стал думать как ответить, причём так, чтобы этот карлик был доволен, ведь, судя по всему, они с Йодой большие друзья, вдруг наговорит ему о нем плохого. Надо заранее заручиться его поддержкой, всякое ведь бывает.
— Скорее всего, по примеру моих родителей, оба они были джедаями — ответил наконец Элайджа — Я очень бы хотел быть если не таким же, то хотя бы достойным их.
Неизвестно, понравился ли собеседнику такой ответ, лицо его осталось непроницаемым и серьёзным. За то руки продолжили двигаться, накладывая в две большие тарелки дымящуюся похлёбку. Она была серого цвета и последнее желание, какое она вызывала, было слопать её с большим аппетитом. Но Элайджа решил и дальше не спорить, боясь отрицательного мнения, поэтому смело окунул ложку и мужественно отправил в рот, преодолевая желание зажать себе нос в преддверии отвратного вкуса варева. Однако, вопреки всему, кушанье оказалось не настолько ужасным, а с голоду могло даже показаться вкусным.
— Ну как, вкусно готовлю, а? — лукаво подмигнул низкорослый старик — Не то, что стряпня повстанцев. Помочь тебе могу я?
И не дожидаясь ответа, карлик склонился над R2 и начал вставлять назад вынутые детали. R2 видно не очень понравились чужие руки в своих внутренностях и он начал активно мешать, хватая карлика за рукава своими щипцами. А когда очередь дошла до фонарика, двое и вовсе сцепились, отнимая его друг у друга.
— Хахаха! Мое! Мое! Мое! — смеялся карлик, пытаясь вырвать фонарик, робот не уступал, и в конце-концов Элайдже это надоело, он решительно встал и громко спросил:
— Немедленно говорите, когда придёт Йода?!
— Знал я родителей твоих, великими джедаями они были — игнорируя вопрос продолжил старик.
— Да откуда ты можешь их знать? И когда уже Йода придёт? — вскочил на ноги потерявший терпение Элайджа.
Карлик замолк на полуслове и отложив в сторону фонарик, отвернулся в сторону и совсем другим голосом, суровым и вдумчивым, произнёс, глядя куда-то в стену:
— Не буду учить его. Терпения нет у него.
Ответ пришёл мигом, вот только совсем не от Элайджи. Возле стены медленно выросла голубоватая прозрачная тень, в которой можно было легко узнать Оби-Вана Кеноби, призрака Силы.
— Он научится терпению — спокойно произнёс призрак — Вспомни меня, разве же я был иным в его годы? А его родители, о них не забыл?
— Сомневаюсь я, Сила большая в нем, но управлять ею поздновато учиться, взрослый он — не внял его доводам карлик.
— Вспомни, что случилось с ними, разве же не заслужил их сын лучшей доли? — продолжил убеждать Кеноби, даже из мира Силы глядя на своего подопечного.
— Сомневаюсь я. Справиться он с самим собой должен — ответил странный карлик.
— Йода — завороженно произнёс Элайджа, не веря своим глазами. Но это было только начало.
====== Глава 128. Выбор сердца ======
Тем временем друзья Элайджи стремительно летели на Беспин, на ту планету, где обосновался неизвестный Лэндо. Улетев вместе с мусором, Эбен Хоук направился в сторону, параллельно сбив корпусом несколько мелкие астероидных скоплений.
— Главное, не сбить космобомжей, говорят, это караемся местным законодательством — рассмеялся Никс, прежде, чем понял, что смеяться в общем-то нечему. Одно из таких столкновений повредило корабль и теперь требовалась замена гипердрайва. По счастью ему удалось залететь в какую-то пещеру, чтобы спокойно рассмотреть повреждения. Никс вышел из кабины и разглядев то, что случилось, присвистнул от удивления. Оказалось, ещё немного и они просто свалятся вниз на скорости света, хоть так корабль сможет её развить. Хорошо, что Беспин не так далеко, до него-то как раз он только и дотянет.
— Брайн, попробуй заделать всё хотя бы на время — велел он напарнику, а сам решил пройти в салон, однако, Лорены там не оказалось, она стояла между ним и кабиной, глядя в иллюминатор глазами, полными ужаса и кажется, готовая закричать. Никс подошёл и спросил в чем дело.
— А ты туда посмотри, чтобы понять, что это не пещера — ответила она по привычке дерзко, не желая, однако демонстрировать открыто истинные свои чувства. Олдман проследил за её взглядом и тоже оказался близок к крику — прямо перед иллюминатором виднелись два ряда белых и острых зубов, плотно сомкнувшихся перед носом корабля.
— Точно, это не пещера, а космический зубастый слизняк, местный хищник, очень любит пожирать всё то, что так удачно само летит к нему в зубы — ответил Никс с иронией — Но ты не бойся, принцесса, я заставлю его открыть рот. Ну сейчас мы его Брайн! Запускай!
И отдав приказ, покрепче вцепился в кресло, одной рукой машинально обхватив Лорену на талию, она не воспротивилась, но скорее от неожиданности, потом, видно, решила, что так и правда будет надёжнее и не стала менять положение. Брайн завёл двигатель и корабль начал раскачиваться в стороны, доставляя чудищу неприятные ощущения, а вибрации щекотали ему во рту. Никс был прав, слизню такое обращение оказалось не очень приятно и вскоре он захотел чихнуть, отчего корабль с огромный толчком, сопровождаемый оглушительным воем, вылетел на поверхность, весь облепленный слюной и через секунды полетел относительно ровно, насколько это было возможно с его наспех починенным гипердрайвом. И только когда прошло ещё несколько минут, Лорена заметила, что она по-прежнему стоит, прижатая к Никсу, хотя необходимости в этом уже не было, хотя и он сам тоже не спешил убрать от неё руки. Однако, он всё же заметил эту неловкость первым и прежде, чем изменить положение, спросил:
— Ваше сиятельство, вам удобно?
— Простите, я сейчас отойду, нет больше нужды меня подпирать, я вполне могу стоять сама — язвительно бросила принцесса, пряча за этим неловкость, вызванную, однако не самой ситуацией, а тем, кто в ней замешан помимо неё.
— Да брось ты прикидываться — усмехнулся в ответ Никс — Так и признайся уже, что я тебе нравлюсь!
— Отнюдь! — вспыхнула тотчас же Лорена и попыталась высвободиться — Мне нравятся хорошие люди.
— Я хороший — с неожиданной мягкостью и вместе с тем страстью произнёс Никс и легко удержав принцессу альдераанскую за руку и наклонив лицо на её уровень, внезапно прижался губами к её и поцеловал. Властно и удивительно чувственно, с нежностью, которую так трудно распознать в этом грубоватом, резком на язык и совсем не сентиментальном контрабандисте. Такое открытие ждало лишь тех, кого Никс решался пустить себе в душу и рассказать то, что сам был рад бы забыть и никогда не знать. То, каким образом он стал тем, кем его знали последние лет пятнадцать. А именно то, каким все знали его прежде, когда Орден джедаев был жив и процветал. Никто не удостаивался такой чести, никто, кроме вот этой странной девушки, такой своенравной, но вместе с тем удивительно милой, похожей на изящную лотальскую кошечку. Она с первых минут завладела сердцем бывшего джедая и он готов был прямо сейчас, вот в эту самую минуту, поведать ей обо всем, вот только сама Лорена явно не была готова к этому и смутившись, отстранилась от него, опасаясь смотреть ему в глаза.